Барские квартиры, "углы"-хостелы и бунты из-за аренды: как снимали жилье в Киеве начала ХХ века

Конец лета в столице - время традиционной активности на рынке недвижимости. Такая тенденция далеко не новая, предосенняя «квартирная лихорадка» была в Киеве и в начале ХХ века, когда город несколькими волнами переживал строительный бум. Как тогда заключались сделки на аренду квартир, что такое «арендные забастовки», почему девушкам было проще найти комнату, чем парням, - в материале Коротко про.

Обгоняя Париж и Лондон

«Строительная горячка» - так называли первое десятилетие ХХ века в Киеве. Город стремительно начал расти, ежегодно расширяясь на несколько кварталов, застроенных совсем новенькими многоэтажными домами.

«Интенсивная постройка домов объясняется громадным спросом на квартиры, особенно средних размеров, - писала газета «Кіевлянинъ» в январе 1911 года. - Вновь построенные дома в настоящее время сплошь заселены, и пустых квартир, в особенности средних размеров, почти нет. Всего разрешений на постройку новых домов в 1910 году городской управой выдано 382».

Статистика тех лет удивляет темпами прироста населения. Если в 1900 году здесь проживало 260 тысяч человек, то в 1905-м - уже 450 тысяч, а в 1914-м - 626 тысяч. Невиданный бум был связан с массовой миграцией сельских жителей в стремительно растущий город, укреплявшегося в статусе промышленного и логистического центра. Всё те же въедливые статистики выяснили: при приросте населения в 7,5% в год Киев опережал по этому показателю Париж и Лондон (с их 0,5% и 2% соответственно).

Естественно, всем этим людям нужно было где-то жить. Возможность для долгосрочного бизнеса - строительство доходных домов - стали использовать все, кто имел хоть какие-то капиталы.

Жильцы - в полицию, хозяева - в налоговую

Поиск жилья и договор о съеме квартиры был чем-то похож на существующий ныне, хоть и со своими особенностями. Объявления о поиске размещали либо на специальных досках (фонарных столбах, входах в подъезд), либо публиковали в газетах. Первым вариантом чаще пользовались собственники «углов» (современных хостелов). Второй - больше подходил уже для людей «при деньгах» (ведь разместить несколько строк в прессе тоже влетало в копеечку).

Типичные объявления обычно были максимально конкретными: «Квартира из 2-х комнат и кухни, чистая, светлая. Подол, недалеко от Гаванской. Сдается семье. Недорого, 25 руб./мес.», «Квартира в новом доме на Банковой, 6 комнат, электричество, паровое отопление, лифт. Для состоятельной семьи, без маленьких детей. 120 руб./мес.» или «Сдается квартира на Крещатике, 3 комнаты и гостиная, кухня и кладовая. Балкон с видом на бульвар. Для порядочной семьи. 65 руб./мес.».

Такие ограничения, как «без животных», «без маленьких детей», «не евреям», были обычным делом. Равно как и некоторые другие пожелания хозяев жилья: «мебель не двигать», «на балконе не курить», «посторонних в квартиру не водить». Правила оговаривались при личной встрече хозяина и потенциального жильца. Если она заканчивалась успешно, то тут же на месте заключался договор (или устный, или формальный письменный). Обычно он был долгосрочным - от полугода до нескольких лет. Любопытно, что существовала и система скидок и дополнительных бонусов. Например, если жилец был готов оплатить проживание на год вперед, то мог рассчитывать на снижение цены от 5 до 10%. На такую же поблажку он мог рассчитывать, соглашаясь выполнять отдельные работы в домохозяйстве (помогать с заготовкой дров для отопления, ухаживать за садом во дворе и т.д.).

Апартаменты от 4 комнат принято было называть «барскими», предполагалось наличие в таком жилье прислуги, для которой либо выделялась отдельная каморка, либо «угол» в подвале или на чердаке. Такому жильцу важно было не только доказать свою платежеспособность, но и предоставить рекомендации, доказывающие его порядочность и уважаемость в обществе.

Если стороны приходили к соглашению, то арендатор мог вселяться в тот же день, предварительно став на учет в местном отделении полиции. А арендодатель был обязан раз в год предоставлять в Киевское городское «присутствие» ("налоговую" современным языком) информацию о всей своей недвижимости, сдаваемой под жилье, с указанием личных данных «гостя», а также стоимости аренды «метров». За нарушение грозил штраф – ощутимые 150 рублей и общественное порицание, что в некоторых случаях могло быть даже хуже, ибо страдала репутация.

Девушкам было проще

Но если с квартирами система работала как хорошо отлаженные швейцарские часы, то с комнатами при подселении и «углами» часто происходили сбои. Такое жилье по большей части находилось на окраинах, иногда даже не в черте города. Подобные районы называли еще «нахаловками» из-за хаотичности и бессистемности застройки. Проще говоря, здесь каждый хозяин сам устанавливал свои правила. Тогда к таким относились Куреневка, Шулявка, Демеевка, Соломенка. При сдаче комнаты или части комнаты в квартире, подвале, на чердаке или в бараке хозяин требовал оплату на месяц вперед и мог выселить жильца, даже если он не заплатил всего за месяц. Объявления в этих районах обычно были такими: «Флигель при усадьбе, Куреневка, хлев и место под дрова. Дешево.», «Сдается угол в кухне порядочной барышне. Недорого. Подол, Глубочицкая.», «Сдается одна комната в квартире с хозяйкой, печное отопление. Женщине-служащей. 7 руб./мес.», «Комната светлая, но без отопления. Только летом. Для порядочного молодого человека. 3 руб./мес.». Даже беглый обзор показывает - в качестве жильцов в приоритете были женщины. Объяснялось это просто: с ними меньше хлопот, маловероятны пьяные дебоши с их участием, да и смутных мыслей в голове у представительниц слабого пола, считалось, было меньше.

Семейные же мужчины-рабочие обычно находили место в бараках при заводах и фабриках, в своеобразных заводских общежитиях. Впрочем, без скандалов и протестов там тоже не обходилось. Случались даже «арендные бунты». Так, один из них описывала газета «Кіевлянинъ» в 1912 году: «На Лукьяновке рабочие устроили сходку, решив не платить по новым ставкам за квартиры, где «вода течет по стенам и дети мерзнут зимой».

И если вернуться к статистике, то, по ее данным, на пике «строительной лихорадки» в бараках и по углам жило около 200 тысяч приехавших покорять Киев – треть его населения в то время.

В тему

Доходный дом, ставший резиденцией президента Украины

Яркий и удивительный пример доходного дома – Дом с химерами. Он стал настоящим явлением в архитектуре Киева и реализацией самых смелых фантазий польского зодчего Владислава Городецкого. Причудливость форм всех этих бетонных голов носорогов, жирафов, львов, крокодилов, антилоп и мифических созданий и сегодня выглядит необычно, а уж в начале прошлого века попросту повергла публику в шок. И это была одна из фишек, привлекающих потенциальных жильцов. Яркий фасад здания добавлял авторитета людям, живущим в нем.

Это не единственные маркетинговые ходы для богатых постояльцев, которые использовал Городецкий. В доме был установлен лифт фирмы «OTIS». Работал он на паровой машине и требовал постоянного присутствия технической службы. К тому же часто ломался и доставлял только богатых жильцов верхних «пентхаусных» этажей. Было и электроснабжение, обеспечиваемое городской электросетью (запущенной в 1896 году). Но свет тоже был не для всех, подведен лишь в дорогие апартаменты.

Администрация гордилась и своим ноу-хау - коровой, дающей для жильцов парное молоко. Цены на жилье, безусловно, были выше среднекиевских. «Двушка» с окнами во двор - от 50 рублей в месяц, а пятикомнатные хоромы с видом на Печерск - от 250 рублей.

Зданию, в общем-то, была уготована счастливая историческая судьба. Оно пережило времена советских коммуналок, было конторой ветеринарного управления Киевского военного округа, осталось целым во время войны 1941-1945 годов, здесь квартировали семьи артистов театра имени Франко, а уже во времена независимости Украины с 2005 года стало резиденцией президента страны.

Кстати

Дома-коммуны не прижились

При «советах» с доходными домами разобрались быстро и кардинально. 20 августа 1918 года их национализировали декретом ВЦИК. Попросту забрали у владельцев и передали государству. Нужно же было как-то бороться с социальным неравенством? Как следствие - элитное жилье разобрали на комнаты и разбили на коммуналки.

В 1920 году вообще решились на эксперимент, создавая дома-коммуны. По этой идее, семьям в личном пространстве оставляли лишь комнаты для сна, все остальные помещения становились общими. Не только кухни (где готовили еду для всех жильцов сразу) и санузлы. В этот перечень входили комнаты коллективного отдыха (залы), домовые библиотеки и даже общие детские комнаты. Советская идеология предполагала появление новой социальной ячейки, способной заменить традиционную семью. Почему-то «проект» не получил поддержки у населения и был быстро свернут.

Сравним?

Какая часть заработной платы уходила на аренду тогда и сейчас?

Главный вопрос - как сравнивать цены на жилье с современными и оценивать реальную стоимость тогдашнего рубля и сегодняшней гривны? Возьмем за основу стоимость еды. Самый доступный и народный метод. Буханка ржаного хлеба в начале ХХ века обошлась бы в 3-5 копеек. Сейчас - от 25 гривен. Комната («угол») «тянула» на 5-12 рублей в месяц (100-240 буханок). В пересчете на сегодняшние гривны это составит от 2500 до 6000 гривен в месяц. По той же схеме высчитываем цену 2-комнатной квартиры. Просили за такое жилье 20-35 рублей в месяц. В «хлебе» это выйдет - 400-700 буханок. Получится 10 000 – 17 500 гривен.

Насколько это было дорого для человека, снимающего жилье? Зарплата среднеквалифицированного рабочего в среднем составляла 20-30 рублей (400-600 буханок). На съем жилья у него уходило от 25% дохода. Представитель среднего класса (учитель, врач, мелкий чиновник) получал 50-70 рублей (от 1000 до 1400 буханок). За 2-комнатную квартиру ему приходилось отдавать от 30% «кровно нажитых».

Безусловно, сравнение условное и не совсем корректное. Но вполне актуальное для почти миллиона человек, снимающих жилье в Киеве сейчас, в 2025 году.