Союз двух хищников: как Гитлер и Сталин поделили Европу за спиной "демократического Запада"

Подписанный 23 августа 1939 года в Москве договор о ненападении между Советским Союзом и Германией стал громом среди ясного неба для мировой политической элиты и общественности. От имени правительств двух государств соглашение подписали народный комиссар по иностранным делам Вячеслав Молотов и министр иностранных дел Йоахим фон Риббентроп. В дальнейшем договор получил название Пакт Молотова — Риббентропа.

Договор о ненападении и Секретный протокол

Утром 24 августа в "Правде", главной газете Советского Союза, органе Центрального Комитета и Московского Комитета ВКП(б) на первой странице появилась редакционная статья "Советско-германский договор о ненападении", в которой обосновывалась необходимость подписания "инструмента мира" между бывшими непримиримыми врагами:

"Заключение договора является несомненно фактом крупнейшего международного значения, ибо договор представляет собой инструмент мира, призванный не только укреплять добрососедские и мирные отношения между СССР и Германией, но и служить делу всеобщего укрепления мира. Вражде между Германией и СССР кладется конец. Различие в идеологии и в политической системе не должно и не может служить препятствием для установления добрососедских отношений между обеими странами. Дружба народов СССР и Германии, загнанная в тупик стараниями врагов Германии и СССР, отныне должна получить необходимые условия для своего развития и расцвета".

Также на первой странице "Правды" опубликовали и полный текст договора, в котором было семь пунктов, где на сухом дипломатическом языке рассказывалось о том, какой важный прорыв совершили эти два государства для укрепления мира во всем мире. Стороны обязались воздерживаться от агрессивных действий, даже когда одно из государств будет совершать агрессию. Естественно, о Секретном протоколе, в котором эти "мирные" государства пока что на карте делили Восточную Европу, не было сказано ни слова.

Именно в Секретном протоколе были определены сферы влияния двух государств в этом крупном регионе. В советскую попадали Финляндия, Эстония, Латвия, большая часть Польши с Варшавой (восточнее рек Нарев, Висла и Сан). Западнее этой линии будущего разграничения уже находилась сфера интересов Германии.

Совместная оккупация Польши

Подписанию этих документов предшествовал ряд событий: ситуация на континенте стала взрывоопасной весной 1939 года. 15 марта состоялось окончательное расчленение Чехословацкой республики, которая по результатам Мюнхена-38 уже не была способна себя защищать; Подкарпатская Русь (Закарпатье) провозгласила независимость, но в считаные дни была утоплена в крови венгерскими фашистами; днем раньше Словакия также стала независимой и одновременно — сателлитом Германии.

Нацистская Германия и фашистская Италия 22 мая 1939 года подписали Стальной пакт (ось Берлин — Рим). В Испании подходила к концу гражданская война, в которой франкисты побеждали республиканцев, поддерживаемых Кремлем. СССР начал консультации с Великобританией и Францией в надежде остановить маховик победного продвижения нацистов и фашистов. Попытки договориться на вялых переговорах завершились крахом, и Москва неожиданно сменила курс: начались секретные переговоры с Берлином, который усиленно готовился к нападению на Польшу.

19 августа 1939 года в столице Германии было подписано Торгово-промышленное соглашение между двумя автократиями. Оно предусматривало "предоставление Германией СССР кредита в 200 миллионов немецких марок сроком на семь лет под 5% для закупки немецких товаров в течение двух лет со дня подписания соглашения". СССР в свою очередь в счет кредита должен был отправить в Германию в тот же срок сырье на 180 миллионов немецких марок. 21 августа "Правда" на первой полосе сообщила о подписании этого соглашения.

Это был первый шаг к братанию двух тоталитарных режимов. И уже через день министр иностранных дел Германии Йоахим фон Риббентроп прилетел в Москву.

Итак, в сентябре 1939 года, согласно Секретному протоколу, нацисты и коммунисты начали окончательное разрушение европейской системы безопасности. Предстоящая совместная оккупация Польши стала пробным шаром.

Не обошлось без совместного парада с участием германских и советских войск, который состоялся 22 сентября 1939 года в захваченном Бресте.

Менее чем через два года, в самом начале германо-советской войны, защитникам Брестской крепости пришлось отчаянно отбивать атаки своих недавних братьев по оружию…

Сталин и Гитлер стали союзниками в новой войне в Европе — войне, которая практически сразу переросла в мировую. Немецкие войска начали 1 сентября 1939 года боевые действия на территории Польши, а советские войска, выдержав паузу, 17 сентября перешли Збруч.

"Как официальный повод для ввода своих войск советское руководство называло защиту жизни и имущества населения Западной Украины и Западной Белоруссии. Правительственные советские заявления не раскрывали настоящих мотивов Москвы. Помощь "единокровным братьям-украинцам" и "братьям-белорусам", которые проживали в Польше, не была высшим приоритетом советского руководства. Этот мотив скорее давал возможность СССР не выглядеть агрессором и представлять интервенцию Красной армии в выгодном свете", – отмечал украинский историк Ярослав Грицак в "Нарисі історії України".

28 сентября 1939 года правительства государств-агрессоров решили подписать новое соглашение (Договор о дружбе и границах между СССР и Германией), которым несколько изменили пункты Секретного протокола. Германия получила большую часть польской этнической территории вместе с Варшавой, взамен СССР добавил в свою сферу влияния Литву.

Поджигателями войны Москва и Берлин назвали будущих союзников СССР по Антигитлеровской коалиции: "…если усилия обоих правительств не принесут желаемых результатов, это будет демонстрировать, что Англия и Франция ответственны за продолжение войны, правительствам Германии и СССР следует провести совместные консультации относительно необходимых мер".

Отныне у оккупантов были окончательно развязаны руки: чудовищные репрессии против местного населения, и в первую очередь политической и экономической элиты, интеллигенции и духовенства по обе стороны новой границы, уже советско-германской, стали обыденностью. Начался банкет на теле Второй Речи Посполитой. Жертвами его стали сначала поляки, а затем и все остальные национальности – украинцы, белорусы, евреи, литовцы…

Противоестественный союз смертельных врагов

На территории государств Балтии, капитулировавших перед мощным восточным соседом летом 1940 года, а также в "освобожденных" советскими войсками Северной Буковине и Бессарабии была аналогичная ситуация. Практики массового уничтожения оппонентов, настоящих, потенциальных и воображаемых врагов руками гестаповцев и энкаведистов, были весьма схожи; происходило своего рода состязание репрессивных органов. Часто на границе проходили обмены политзаключенными. Острие репрессий, которые проводили нацисты, было направлено, помимо вышеназванных категорий населения, в первую очередь против одной нации – евреев. Расовая политика с ее проверками человеческих черепов, начальный этап Холокоста с созданием гетто, проходили параллельно с наполнением концентрационных лагерей врагами Третьего рейха. А в Советском Союзе начались депортации населения на "освобожденных" территориях и жесточайший террор в застенках НКВД.

Антифашисты, коммунисты стран Европы и даже некоторые советские граждане были озадачены столь неестественным союзом недавних антагонистов. Коммунистический интернационал и его руководство оказались в сложной ситуации, потому что полностью контролировались Кремлем. Многие сторонники коммунистической идеологии в мире, которые закрывали глаза на массовые репрессии в сталинской империи (и верили в наличие миллионов "врагов народа" или боялись потерять поддержку Москвы), отныне отождествляли два тоталитарных режима как близнецов и находились в прострации. Авторитет могущественного государства, где проходил коммунистический эксперимент, упал до самого низкого уровня.

Экономическое сотрудничество еще недавно смертельных врагов — нацистов и коммунистов — в период между подписанием Пакта Молотова — Риббентропа и началом 22 июня 1941 года германо-советской войны это отдельная тема. Ее все послевоенные годы в СССР пытались держать подальше от общественности – в сейфах архивов. Лишь в 1990-х годах в Российской Федерации начался процесс по открытию архивов КПСС и КГБ, свернутый уже в середине следующего десятилетия.

"Германо-советский пакт часто называют разрешением Гитлеру начинать войну. Это правда, однако только наполовину, потому что этот пакт был еще и разрешением Сталину начинать войну. Как только высохли чернила, каждый, кто подписался, был волен нападать на своих соседей, не имея препятствий со стороны своего партнера", — писал британский историк Норман Дэвис в книге "История. Европа".