Станет ли Северная Корея опорой Кремля в войне против НАТО?

Ким Чен Ын стал почетным гостем самого большого в истории КНР военного парада, в котором приняли участие 26 мировых лидеров.

Появление на публике рядом с Си Цзиньпином и Владимиром Путиным стало не только символом демонстративного слияния трех режимов, но и важной личной победой северокорейского лидера. Для него это шанс повысить свой международный статус и показать себя дома и за рубежом как равного участника глобальных процессов, особенно на фоне возможных переговоров с США, о готовности к которым сигнализирует Дональд Трамп, а также стремление новой администрации Южной Кореи восстановить отношения с Пхеньяном.

Дебют Ким Чен Ына на параде в Пекине и новые стратегические расчеты

Нынешний визит Ким Чен Ына в Пекин — это не только дань глубоким историческим связям между странами, которые уходят корнями во времена победы над Японией во Второй мировой войне (дед северокорейского лидера был партизанским командиром Северо-Восточной антияпонской объединенной армии, воевавшей против японцев в Маньчжурии в 1930-х годах). Этот визит четко демонстрирует современную взаимозависимость между двумя странами. КНР остается последовательным и незаменимым дипломатическим и экономическим партнером КНДР. Именно в Пекине Ким Чен Ын искал поддержку накануне и во время переговоров с Дональдом Трампом в 2018–2019 годы, посетив страну четыре раза. После усиления военно-технического сотрудничества с Москвой и участия в войне против Украины появились предположения о возможном охлаждении отношений между Китаем и Северной Кореей (основанием для таких предположений стало уменьшение традиционных дипломатических контактов и обменов между странами, в отличие от РФ). Впрочем, почетная роль Ким Чен Ына на параде в Пекине и теплый прием со стороны китайской власти свидетельствуют о нормализации отношений между ними.

Изменение геополитического ландшафта и общий интерес в противодействии США увеличивает стратегическую ценность КНДР как для самого Китая (это позволяет ему проектировать влияние на Корейский полуостров), так и для треугольника КНР—РФ—КНДР в ответ на трехстороннее сближение США, Республики Корея и Японии. Добавим к этому российскую агрессию против Украины, ставшую катализатором формирования российско-северокорейского военного союза, в котором Северная Корея смогла продемонстрировать свою незаменимость для Москвы. Эта ситуация создает благоприятные условия для Северной Кореи, власть которой сделала выбор в пользу поддержки России и Китая, больше не стараясь балансировать отношения между обеими странами и США.

Дебют Ким Чен Ына на многостороннем мероприятии призван продемонстрировать, что КНДР не изолированное государство, а близкий союзник КНР и РФ. С одной стороны, это делает политику трех стран относительно США и многих международных вопросов более скоординированной, с другой — позволяет Пхеньяну заручиться поддержкой Пекина и Москвы в преодолении санкций и международной изоляции, а также усилить давление на США и их азиатских союзников.

Трехсторонняя солидарность лидеров КНР, РФ и КНДР на параде не осталась без внимания Дональда Трампа. На своей странице в социальной сети Truth Social он напомнил о помощи США Китаю в получении свободы от «очень недружественного иностранного захватчика» и пожелал президенту Си и замечательному народу Китая «большого и продолжительного праздника», а также сказал: «Передайте самые теплые приветствия Владимиру Путину и Ким Чен Ыну, пока вы сговариваетесь против Соединенных Штатов Америки».

Впрочем, проблема заключается в том, что американский президент в своих заявлениях и интервью неоднократно отрицал угрозу для США со стороны Китая и его союзников. Он ведет непоследовательную политику относительно каждой из трех стран и их лидеров. Кроме того, демонстрирует иллюзорную уверенность в том, что достигнет соглашения с каждым из них отдельно, игнорируя их стратегическое взаимодействие на двустороннем и глобальном уровнях. Это приводит к стратегическим просчетам и подрыву доверия в мире как к Трампу лично, так и к США в целом. Это существенно подрывает усилия Вашингтона в его стремлении закончить российскую войну против Украины и добиться денуклеаризации Корейского полуострова, а в более широкой перспективе приведет к снижению способности США реагировать на вызовы авторитарной оси, которая активно консолидирует свои позиции в мире.

Пхеньян и Москва: опасная ось в центре мировой геополитики

На полях мероприятия Владимир Путин и Ким Чен Ын провели личную и расширенную встречи в два с половиной часа. Публично руководитель Кремля поблагодарил северокорейского лидера за отправку военных, которые «помогли освободить Курскую область». Со своей стороны, Ким Чен Ын назвал помощь «братской обязанностью» и подчеркнул, что готов сделать все, чтобы помочь РФ. В апреле КНДР официально признала свое участие в войне, а накануне отъезда в Китай Ким встретился с семьями погибших солдат. По информации Национальной разведывательной службы РК, две тысячи северокорейских солдат были убиты в войне на стороне РФ. Пхеньян не только не скрывает потери, но и, по данным разведок, отправил на помощь РФ еще шесть тысяч солдат, в частности тысячу саперов.

Готовность Ким Чен Ына и дальше поддерживать агрессию России подчеркивает невозможность Запада эффективно остановить военное сотрудничество между Москвой и Пхеньяном. Этому способствует не только ограниченность механизмов влияния на этих двоих, особенно когда у них за спиной стоит еще и Китай, но и недооценка угрозы военно-технического сотрудничества между РФ и КНДР, которая сейчас вышла за пределы краткосрочных трансакционных обменов и трансформировалась в полноценный союз, объединенный общим противостоянием Запада и основанный на военно-технологическом сотрудничестве и личной близости лидеров.

Во многих западных и прежде всего южнокорейских экспертных кругах распространено мнение о неопределенности будущего российско-северокорейских отношений в случае прекращения российско-украинской войны. По их мнению, Северная Корея пытается избежать риска быть «покинутой» Москвой, выравнивая отношения с Китаем, — именно этим объясняют решение Кима принять участие в параде, несмотря на его нелюбовь к многосторонним форматам. Такая оценка вписывается в парадигму традиционных подходов северокорейской политики, с учетом наследственности лидерства и методов управления, но не учитывает готовность Ким Чен Ына выходить за рамки условной «предсказуемости», исходя из глобальных изменений. Примером этого может служить решение Кима об участии северокорейских солдат в войне на стороне РФ, которое никто не смог предвидеть.

Опыт ведения современной войны, который северокорейская армия получает на поле боя, вместе с военно-технической поддержкой РФ будет иметь долгосрочные последствия для региональной безопасности, а сам альянс приобретает опасные черты для безопасности как Европы, так и Восточной Азии. Во-первых, стоит вопрос российского участия в поддержке Северной Кореи в случае возникновения конфликта с Сеулом. Во-вторых, в случае возможного нападения РФ на какую-то из стран НАТО, вероятность которого все больше допускают европейские военные и разведки, Северная Корея может стать крепкой опорой Кремля как поставщик не только оружия, но и солдат (действующая армия КНДР составляет свыше 1,2 миллиона человек, количество резервистов — 6,3 миллиона), отточив это взаимодействие в войне против Украины. В-третьих, в случае военных действий Китая против Тайваня северокорейцев могут не только использовать как источник напряжения на Корейском полуострове, чтобы сковать тамошний американский контингент, но и привлечь к войне при возникновения американско-китайского конфликта. В-четвертых, Пхеньян является частью авторитарной оси и готов поддерживать любую из стран-единомышленников без особых ограничений (один из примеров — поставка оружия прокси-силам Ирана, которое обнаружили, в частности, в ХАМАС), что усиливает глобальные риски военных конфликтов и усложняет сдерживание агрессии со стороны авторитарных государств. Пока эти потенциальные вызовы остаются недооцененными, а северокорейская угроза в мире имеет более региональный контекст, связанный с наращиванием ядерного оружия, Северная Корея и дальше поддерживает Россию, значительно усиливая ее потенциал для ведения войны на истощение против Украины.

Сеул и Вашингтон играют по-старому в новых реалиях

Тем временем новая южнокорейская администрация пытается вернуться к мирным переговорам с Пхеньяном. Узнав, что на параде будет Ким Чен Ын, в Пекин прикомандировали спикера Национальной ассамблеи У Вон Сика — третье лицо во властной иерархии РК, чтобы попробовать кулуарно наладить контакты с Пхеньяном, который их упрямо отвергает. Расчет был, очевидно, на то, что спикер как лидер Демократической партии участвовал в межкорейском саммите в Пханмунджоме и засветился на фото во время беседы с Ким Чен Ыном. Однако беседа ограничилась лишь рукопожатием и фразами вежливости. Зато проблемой Корейского полуострова ожидаемо заинтересовался Путин, который предложил У Вон Сику передать послание для Кима во время разговора с ним.

До этого президент Ли Чжэ Мён заручился поддержкой Дональда Трампа на недавней встрече в Вашингтоне, попросив его сыграть свою роль в установлении мира на Корейском полуострове. Он подчеркнул, что с нетерпением ожидает встречи Дональда Трампа и Ким Чен Ына, а также строительства Trump Tower в Северной Корее. В ответ Трамп заявил, что хотел бы провести встречу с северокорейским лидером до конца этого года. Другое дело, что Пхеньян не проявляет интереса к такой встрече, подчеркивая, что не рассматривает вопрос денуклеаризации как предмет переговоров. В нынешней позиции при поддержке России и Китая Северная Корея чувствует себя намного увереннее, настаивая на признании ее ядерного статуса. Возвращаясь к неоднократно испробованному и безрезультатному пути переговоров с Пхеньяном, как Дональд Трамп, так и Ли Чжэ Мён пытаются решить проблему Корейского полуострова, отделяя ее от общемировых изменений, а также от расширения роли Северной Кореи за пределы региона из-за ее участия в войне против Украины.

Таким образом, парад в Пекине — это не только картинка, призванная произвести впечатление на США и мир, а прежде всего реальность, которую выстраивают авторитарные режимы, пока демократии ее игнорируют и надеются примириться с автократами.