"А если вы будете жить - и прилетит?" - за аренду жилья от военных требуют значительные суммы

Два поста в фейсбуке, написанные один за другим, проявили проблему, существующую с 2022 года, но о которой предпочитали не говорить: где размещать военных на прифронтовых территориях. Старые порядки оказались опасными, новые – не отработанными. За редким исключением, военнослужащие сами должны беспокоиться о том, куда выходить на отдых из окопов, сами оплачивать аренду жилья в городах и селах, которые враг поливает беспощадным огнем, - причем цены могут превышать киевские или львовские. Почему сложилась такая ситуация - в материале Коротко про.

«Поиск хаты – цирк…»

Толчком к дискуссии стал пост военного из 56-й отдельной мотопехотной Мариупольской бригады, общественного активиста Сергея Гнездилова. Он задался вопросом:

– Почему у нас согласно законодательству, в условиях военного положения до сих пор ОВА не уполномочены снимать для личного состава воинских частей пустое жилье в прифронтовой полосе? К кому кричать? Вопрос уже не стоит в деньгах. Прифронтовые города, Краматорская агломерация, через один – пустой дом. Самим военным приходится демпинговать, цена за аренду на частный дом уже больше 20 тыс. грн, и хрен где что найдешь даже за эти деньги!

Под постом куча комментариев, подтверждающих актуальность темы. «20 тысяч грн за дом, в котором не жили годами и в котором нет нормальных условий для проживания, - это ох…лы называется», - пишет доброволец ВСУ пресс-офицер Анастасия Блыщик. «Поиск дома – цирк, где военные - клоуны. Полгода назад в Констасе через соседей нашел номер хозяйки пустого дома. Хозяйка где-то в Европе. Дайте пожить, пожалуйста. Она не желает. Сейчас там уже развалины. Зато, наверное, пол чистый... в погребе», - вспоминает военный Николай Мануйленко.

Пишут, правда, и о положительных случаях, когда переселенцы бесплатно пускают защитников в свои заброшенные дома или сельсоветы организуют проживание для взводов и рот. Однако возмущений больше. В Дружковке, менее чем в 20 километрах от линии фронта, квартиру или дом с хорошими условиями можно снять за 2000 - 7000 в месяц (сами проверяли по объявлениям на OLX). Но когда речь идет о военных - цены заскакивают за 10 000 и лезут дальше. Это объясняют несколькими причинами: военных либо боятся, либо считают денежными из-за 100 000 гривен боевых доплат.

- Оно вроде и не очень дорого, когда пятеро мужчин снимут дом за 20 000, а если десять, то и совсем дешево. Но чем больше военных в одном месте, тем больше риска, что предатели сдадут и будет "прилет". Это понимают и хозяева жилья, и сами военные. Большими группами селиться опасно, – поделился с Коротко про военнослужащий с позывным «Калина». – Многие люди не хотят сдавать жилье в краткосрочную аренду, хотят договор на полгода. А мы сейчас под Краматорском, завтра бросят на Изюм. С каждым передвижением нужно искать, где жить.

Проблемы солдат решают сами солдаты

О заоблачных ценах на жилье для военных – по 20 000, 30 000, 40 000 гривен за обычный сельский дом, где нет воды, где никто не жил годами, - говорит и командир подразделения ударных БпЛА Игорь Луценко. Военных он с грустью называет «армией бомжей».

– В целом государство и местное самоуправление эту боль фронтовиков игнорирует. Также этой проблемой не занимается, как следует, военная вертикаль. Если есть воля у командира воинской части, он что-то пытается сделать. Но в принципе фактические порядки в армии не предусматривают такую ​​обязанность. Проблемы солдат с поселением решают сами солдаты, – констатирует аэроразведчик.

В сложившейся ситуации он обвиняет старую систему, которая велит селить военных централизованно на государственных площадях - в казармах, общежитиях предприятий, зданиях детсадов или школ.

- По правилам жилье должен обеспечивать специальный квартирно-эксплуатационный отдел в бригаде. Его руководитель и ответственное лицо подписывают договор на размещение военных, договором предусмотрена компенсация за электроэнергию, коммунальные услуги. Чтобы арендная плата при этом оговаривалась, я не видел, – говорит военный адвокат, юрист Центра оказания поддержки ветеранам Роман Лихачев.

Централизованное поселение практиковалось в начале войны и стоило, по словам Игоря Луценко, украинскому народу тысячи утраченных воинских жизней, а бюджету – миллиардов компенсации семьям погибших. Вспомнить хотя бы трагедию в учебном центре «Десна», когда в одну ночь в результате российского ракетного удара погибли 87 человек. Советский принцип "кучности" военных не учитывал современное развитие дальнобойных систем поражения.

Инструкторам, работающим в учебных центрах, также рекомендуют снимать жилье. Поэтому и в тылу вокруг военных полигонов, аэродромов, воинских частей цены на аренду подскакивают в полтора – два раза выше от средних рыночных.

Компенсация для контрактников, мобилизованным - самовольство

Государство должно оплачивать военным аренду жилья! Военные имеют право бесплатно селиться в заброшенные дома! Если они их не защитят, то ни домов, ни городка не будет. Это подчеркивают все, кто понимает проблему. В Минобороны заявляют, что компенсации по найму предусмотрены:

• в Киеве – 4560 грн,
• в областных центрах – 3420 грн,
• в других населенных пунктах (включая приближенные к фронту) – 2280 грн.

Не считая трижды раскритикованные размеры сумм, следует понимать еще один момент:

– Компенсацию за аренду жилья могут получать только контрактники. Для мобилизованных не предусмотрено ничего, – отмечает Роман Лихачев.

Поэтому существует и другая сторона медали – тезис о «имеющих право бесплатно селиться» местами уже реализован.

– Мой сын был в Славянске, сейчас на Харьковском направлении. Их селят в заброшенных домах с удобствами во дворе. Но не жалуется – все же лучше, чем в окопах. Денег за жилье он не платит, – поделилась с нами 65-летняя киевлянка Людмила.

В соцсетях рассказывают, что такое заселение чаще всего происходит даже без официального разрешения местных властей - закрывают глаза на факт, и все.

- Такие действия незаконны. Право частной собственности нерушимо. Только у меня много обращений от владельцев самовольно заселенного жилья и по Купянску, и по другим населенным пунктам, когда военные пожили, накрутили электричества на 50 000 гривен и уехали, оставив хозяев с долгами. А бывает, что и бытовые вещи какие-то пропадают, в армии тоже случаются разные люди, – говорит Роман Лихачев. – Беда в том, что у нас до сих пор нет законных правил, чтобы можно было военным принудительно заселяться. Ведь реалии таковы, что потребность в этом есть.

Об этом говорит и Игорь Луценко, вспоминая «миллионы квадратных метров свободного жилья».

– Как только кто-то из военных занимает такое жилье, то с удивлением обнаруживает для себя, что в данной местности существует местная полиция, охраняющая священную частную собственность. Доходит до анекдотичного. У автора этих строк есть знакомые, сражавшиеся за населенный пункт, восточно-северный край которого уже атаковала российская пехота. В то время при попытке занять дом на западной части городка к ним под обстрелами прибыл участковый (!), чтобы сообщить о запрете такого самовольного заселения, - приводит военный пример.

Повинность есть, порядка нет

Что парадоксально, закон таки есть – о правовом режиме военного положения, принятом в 2015 году. Его п. 17 ч. 8 вводит «для физических и юридических лиц военно-квартирную повинность по расквартированию военнослужащих, лиц рядового и начальствующего состава правоохранительных органов, личного состава сил гражданской защиты, эвакуированного населения и размещения воинских частей».

Эта обязанность должна выполняться в порядке, установленном Кабинетом министров, но такого мы, признаться, не нашли. Зато нашли упоминание о том, что в 2020 году Кабинет министров дважды – в конце срока премьера Алексея Гончаренко и в начале работы премьера Дениса Шмыгаля – подавал в Раду законопроекты об отмене квартирной повинности. Из-за сопротивления депутатов они были отозваны.

– Этот закон, если его применять, решит проблему квартирования раз и навсегда. Просто начальники всех уровней не хотят брать на себя никакую ответственность, чтобы его использовать, придумывают басни о недостаточных механизмах реализации положений, - убежден Игорь Луценко.

И это еще не всё. С 2013 года у нас действует закон о принудительном отчуждении или изъятии имущества в условиях военного положения. В такое имущество включается и частная недвижимость, о чем также упоминают комментаторы «квартирного вопроса». Проблема в том, что отчуждение имущества осуществляется с полным возмещением его стоимости. То есть государство должно купить у владельца дом или квартиру, которая через месяц-два может быть полностью разбита или перестанет существовать населенный пункт.

Одно дело - писать законы о войне в мирное время, другое – использовать их в военное.