Дело Татьяны Крупы: куда делись взятки и какие имеем последствия

По делу бывшего главы МСЭК Хмельницкой области Татьяны Крупы скандал за скандалом. Сначала общественность шокировал ее выход на свободу под залог, который суд с 500 миллионов гривен уменьшил до 20 миллионов, а затем оказалось, что и эта сумма в указанный срок не внесена. Впрочем через несколько дней деньги нашлись, залог внесли, однако  зародилось подозрение, что фигурантка резонансного расследования могла скрыться за границу.

История с драгоценностями, недвижимостью и миллионами долларов на кровати заслуженного врача Украины стала очередным маркером, согласно которому общество оценивает степень лояльности государства к коррупции. Эта история не завершена, но уже можно говорить об определенных промежуточных последствиях. Об этом - в материале Коротко про.

Вопрос к следствию, а не к суду

«Коллектив областной МСЭК радостно поздравляет Татьяну Васильевну с выходом из тюрьмы!» - фото, сделанное на День медицинского работника в 2022 году, сейчас бродит по соцсетям. На самом деле это уже мем, но есть люди, которые воспринимают его за правду. Комментаторы возмущаются, в частности, и в адрес суда, выпустившего из СИЗО топ-коррупционера. Однако есть эмоции, а есть закон. Содержание в следственном изоляторе - это не наказание, а только предохранитель, чтобы подозреваемый не скрылся, не давил на свидетелей, не пытался уничтожить доказательства по делу. Эта мера избирается на два месяца и продлевается на такой же срок по ходатайству следствия. Но все имеет свой предел.

- Максимальный срок содержания в СИЗО - 12 месяцев. Это касается всех преступлений. 12 месяцев дается, чтобы орган досудебного следствия завершил производство, составил обвинительный акт и направил дело в суд. Тогда суд может продлевать срок содержания под стражей, – консультирует адвокат Виталий Наум. – Если следствие не завершено, то это его проблема – плохо работают или не имеют доказательств. Ожидание приговора не должно заменять приговор. Мы помним, как раньше людей держали в СИЗО годами, а уголовные дела лежали под сукном. Ограничения внесли, чтобы следствие работало эффективно и знало свои рамки.

Что касается возможного побега, то пользователи соцсетей вспоминают опыт покойного ректора налоговой академии Петра Мельника, сбросившего электронный браслет, не повредив его. Но в этом случае наш консультант считает такой вариант маловероятным.

– Не та ситуация на границах. Раньше бежали через Россию и Беларусь, а сейчас эти пути перекрыты, - отмечает Виталий Наум.

Да и бежать прямо сейчас Татьяне Крупе особого смысла нет, потому что в тюрьму она в ближайшее время не вернется. Во-первых, на внесение залога еще есть время – до заседания суда по новой мере пресечения (сейчас прокуроры думают, что просить), во-вторых, «правило 12 месяцев» будет работать и без денег.

- Если не внесут залог, прокурор может ходатайствовать о более жесткой мере пресечения в виде домашнего ареста - круглосуточного или ночного, - говорит Виталий Наум.

Да и бежать прямо сейчас Татьяне Крупе особого смысла нет, потому что в тюрьму она не вернется. Даже если бы залог не был внесен, «правило 12 месяцев» оставалось бы в силе.

- Прокурор мог ходатайствовать о мере пресечения в виде домашнего ареста - круглосуточного или ночного, - говорит Виталий Наум.

Разве что появится новое подозрение…

Фигурировать – не значит быть обвиняемым

После того как в октябре 2024 года в квартире и рабочем кабинете Татьяны Крупы из всех шкафов, сейфов и ящиков вытряхнули 6 миллионов долларов, брендовые украшения и драгоценности, ГБР заявило об открытии уголовного дела по оформлению фиктивной инвалидности мужчинам с целью уклонения от военной службы. Списки «инвалидов» якобы тоже нашли. По сообщению Высшего антикоррупционного суда, бывшая чиновница фигурирует также по делам о служебном подлоге, получении неправомерной выгоды, мошенничестве, легализации и отмывании незаконно полученных средств.

Но фигурировать – это не быть обвиняемым. Официально Татьяну Крупу подозревают (пока подозревают) в незаконном обогащении плюс недостоверном декларировании. Статья серьезная – от 5 до 10 лет, но прямо на взятку не указывает. В конце концов у семьи Татьяны Крупы есть приличный бизнес по производству солнечной энергии, к осени 2024 года (проданы после скандала) были две доходные строительные компании.

– Это довольно распространенное явление, когда есть факты, свидетельствующие о коррупции, но нет доказательств. Следствие не может их собрать и подкрепить. У меня в работе тоже есть несколько дел по МСЭК, где не упоминается о «взятках», потому что их невозможно доказать, - отмечает Виталий Наум. – К сожалению, наша правоохранительная система сейчас больше работает на заголовки в новостях, чем на конечный результат.

Эффект от задержания руководителя областной МСЭК действительно был непревзойденный: фото мужчины на кровати с долларами, две сумки с валютой, наспех выброшенные за окно, 9 элитных авто, корпоративные права на 48 миллионов гривен, гостинично-ресторанный комплекс, недвижимое имущество в Австрии, Испании и Турции. Ко всему осквернена репутация сына – начальника областного Пенсионного фонда (летом этого года против Александра Крупы также было возбуждено уголовное дело о незаконном обогащении. – Ред.). Публика хлопала в ладоши от этого раскрытия. Но есть и такое мнение:

– Подозреваемую брали тупо. Взятки раскрываются «на горячем», когда документируется передача денег. Обычно это провокация, она незаконна, но в противном случае доказательств не получить. Это называется «оперативная комбинация», похоже, ее не смогли организовать, - делится адвокат, бывший следователь Алексей Сиротин.

Юристы отмечают, что половина приговоров, вынесенных Высшим антикоррупционным судом в этом году, составляли утвержденные соглашения о признании в виновности.

- По всей вероятности, так случится и с делом о незаконном обогащении, - предполагает юрист. - Будет срок наказания ниже низшего или условный, особенно если обвиняемая пожертвует часть арестованных активов на ВСУ.

Потрясли прокуроров и создали ЭКОПФО

И все же дело Татьяны Крупы не прошло просто так. В первую очередь, встряхнуло прокуратуру: генеральный прокурор назначил глобальные проверки, когда оказалось, что более 60 прокуроров в Хмельницкой области имеют справки об инвалидности, а полсотни уже получают до зарплаты пенсии. Оказалось, что это явление массовое – каждый пятый прокурор успешно прошел «инвалидизацию», а два законника ходят на работу, имея I группу.

В итоге Минздрав отменил доходный статус 74 прокурорам, но около 400 его сохранили. Скандал получил продолжение с приходом на должность генерального прокурора Руслана Кравченко, который отправил 348 подчиненных в Квалификационно-дисциплинарную комиссию прокуроров с дальнейшей перспективой увольнения. Двое фиктивных инвалидов уже лишились должностей.

Скандал в Хмельницкой области дал резкое ускорение реформе МСЭК, которую Минздрав откладывал несколько лет. За менее чем полтора месяца - с конца октября по 31 декабря 2024 года - медико-социальные комиссии ликвидировали, а создали ЭКОПФО - экспертные команды по оценке повседневного функционирования. Они работают на базе крупнейших и наилучше оснащенных больниц, для каждого случая определяется новый состав оценщиков. К новому порядку у пациентов также есть замечания, однако коррупционная составляющая, как говорят люди, действительно стала меньше.

Так что определенную пользу из событий октября 2024 года мы имеем.