Решение о завершении войны в Украине будет принимать не Кремль: Пендзин – о том, кто поставит точку

Удары по территории России и санкции Запада не остановят войну в Украине, да и не Путин будет решать, когда ее заканчивать, считает экономист Олег Пендзин.

После поездки Путина в Китай из Соединенных Штатов Америки прозвучал ряд обнадеживающих для Украины заявлений. Они давали основания надеяться, что Вашингтон начнет действовать более решительно и жестко в отношении России и заставит Москву начать движение к завершению войны. Так, в частности, министр финансов США Скотт Бессент заявил, что Штаты готовы вместе с Европой довести экономику России до "полного коллапса". В то же время президент США Дональд Трамп заявил о том, что "Россия потеряна в глубинах Китая", и анонсировал переход ко второму этапу санкций в отношении РФ и тех, кто покупает у нее энергоресурсы. Впрочем, пока все это остается исключительно словами, и Россия при поддержке Китая продолжает убивать украинцев и останавливать войну не собирается.

Экономист, исполнительный директор Экономического дискуссионного клуба Олег Пендзин рассказал Главреду, есть ли признаки готовности США давить на Путина жестко и довести российскую экономику до краха, от чего зависит способность России продолжать войну против Украины, и почему удары по российской нефтепереработке и западные санкции мало на это влияют, какой запас прочности имеет экономика РФ, почему не Кремль будет принимать решение о завершении войны, а также от кого зависит наступление мира в Украине.

Учитывая сигналы, которые мы в последнее время слышим из Вашингтона, к каким действиям могут прибегнуть США в отношении России? И какие по-настоящему действенные инструменты, способные обрушить российскую экономику, есть в их руках?

Давайте не будем тешить себя иллюзиями, а в отношении подобных заявлений их у нас, к сожалению, немало. Обвалить российскую экономику санкциями невозможно, если существуют страны, которые помогают России эти санкции обходить. Россия до сих пор выдерживает санкционное давление только потому, что Китай практически полностью замещает все то, что РФ не может получить из-за введенных ограничений. А то, чего не может производить Китай, он поставляет России, находя механизмы обхода санкций. Именно это не дает возможности санкциям работать должным образом.

Общий объем товарооборота между Россией и США составляет 3,5 миллиарда долларов в год. Это настолько мало, что прямые американские санкции в отношении российских товаров не будут иметь никаких серьезных последствий. Следовательно, единственный способ повлиять на Россию – это уменьшить объем ее экспорта, то есть ввести вторичные санкции против тех стран, которые покупают российскую нефть.

Но ведь Трамп именно это и начал делать, в частности, в отношении Индии – второго по величине покупателя российской нефти после Китая.

Да, но есть нюанс. Мир максимально глобализирован. Вводя вторичные санкции против Китая, который покупает 60% российской нефти, экспортируемой на мировой рынок, Америка очень рискует внутренней стабильностью, потому что общий товарооборот между США и Китаем составляет 750 миллиардов долларов в год, и это очень большая сумма. И заместить китайские товары на американском рынке нечем.

США настаивают, чтобы к этим санкциям присоединилась Европа, потому что они хотят убытки, которые несет американский внутренний рынок, перекрывать в том числе за счет европейцев. То есть создать "единый фронт".

Но пока все то, что мы с вами обсуждаем, является не более чем политическими дискуссиями. С момента прихода в Овальный кабинет Трамп не ввел против России никаких новых санкционных ограничений. Поэтому все эти дискуссии, честно говоря, кажутся мне исключительно теоретическими, ведь пока Трамп даже не присоединился к новому прайсингу на российскую нефть в размере 46 долларов за баррель, который ввели европейцы, Канада, Япония, Великобритания, среди стран G7 только Штаты не присоединились. Если США хотят показать хоть какое-то движение, пусть они как минимум присоединятся к этому, но ведь и этого нет.

Поэтому пока что политика Трампа по отношению к Российской Федерации напоминает собаку, которая лает, но не кусает.

Изменится ли хоть как-то политика США в отношении России после слов Трампа о том, что "мы потеряли Индию и Россию в глубинах Китая"? Когда к Трампу пришло осознание того, на чьей стороне играет Москва, возможно, и действия Штатов в отношении России начнут меняться?

Когда эти действия начнут меняться, тогда и будем говорить. Пока что все это не более чем эмоции.

Когда сейчас Трамп говорит о втором этапе санкций, о чем именно может идти речь, о каких ограничениях для России? И какой будет вред для РФ от них?

Имеются в виду вторичные санкции против стран, которые покупают российскую нефть.

Вред для российской экономики от таких действий был бы очень большой, но я не верю в то, что все это осуществится.

Почему?

Я не верю в то, что США введут против Китая подобные санкции, поскольку это будет мощное давление на американскую экономику. Трамп на это не пойдет. Так что пока что нет ничего, кроме угроз.

Тем более, США и Китай достаточно долго дискутируют о торговом соглашении. Американцы попытались ввести пошлины на уровне 135% для китайских товаров, но эти пошлины просуществовали не более недели. И сейчас стороны вернулись к взаимным пошлинам на уровне 20-30%.

Поэтому призываю обсуждать действия американцев, а не слова.

А, по вашему мнению, Штаты готовы и заинтересованы в том, чтобы, как сказал министр финансов США, довести российскую экономику до коллапса?

Если мы увидим действия в этом направлении, то скажем, что США этого хотят. Пока что это просто заявления.

А как наши удары по российской нефтепереработке, энергетической инфраструктуре, портам влияют на российскую экономику, какие проблемы создают и насколько сокращают возможности РФ воевать? Reuters недавно подсчитал, что Украина вывела из строя 17% нефтепереработки РФ.

Я тоже видел эту цифру, и это все хорошо, но это не то, что может остановить войну. Да, наши удары по нефтепереработке РФ действительно влияют, в частности, уменьшают общий объем нефтепродуктов на внутреннем российском рынке, что перекрывается за счет Беларуси. Но хочу подчеркнуть: все это не влияет на войну. Это следует понимать, чтобы мы не преувеличивали значение определенных вещей. Это важно, это ухудшает общее состояние российской экономики, но это не является критическим для нее.

Как вы оцениваете состояние российской экономики сейчас, ее запас прочности и курс, по которому она идет? Какие у нее перспективы без дополнительного, то есть сейчас обещанного давления США и в случае, если Штаты поступят так, как сказал их министр финансов?

Запаса прочности у российской экономики не осталось. Россия вошла в режим технической стагнации, об этом сказал глава Сбербанка РФ Герман Греф. Но не стоит тешить себя иллюзиями по этому поводу, потому что пока за спиной у российской экономики стоит Китай, он будет за счет перебирания на себя экономического суверенитета Российской Федерации финансировать российскую войну.

Российская экономика сейчас находится в чрезвычайно тяжелом состоянии. Впрочем, советская экономика, находясь в чрезвычайно тяжелом состоянии, просуществовала пять лет – до развала Советского Союза. Нет механизмов, которые способны в течение недели остановить войну России против Украины из-за экономических проблем РФ. Создание экономических проблем для России – это игра в долгую, это не является механизмом тактических действия. Тактические действия – это, например, усиление ВСУ. А стратегия – это санкционные ограничения и экономические проблемы для России, это вторичные санкции против стран, которые покупают российскую нефть. Но эти вещи дают результат не быстро, а будут играть определенную роль длительное время. Именно поэтому так важно понимать место Китая в этой истории, и на сегодняшний момент его роль крайне негативна для нас.

Получается, при поддержке Китая Россия действительно может "воевать вечно", как когда-то отмечали россияне?

Китай ничего не делает бесплатно. Пока у России есть деньги, которые она получает от продажи нефтепродуктов, Китай будет продавать ей товары, которые будут перекрывать потребности внутреннего российского рынка. Китай – не альтруист и ничего не делает бесплатно. Поэтому сказать, что Россия с помощью Китая будет воевать всегда, нельзя. Чем будет платить Россия Китаю за эту помощь? Когда у России закончатся деньги, Китай не будет помогать ей совсем или потребует в обмен на помощь территориальные уступки. Так что там не все так просто, и там нет линейных схем.

Если на войну Россия будет находить деньги и воевать при поддержке Китая, то какие тогда социальные и экономические реалии ждут россиян в ближайшие годы?

В России сегодня нет организованной оппозиции, там подавлено любое инакомыслие. В каких-то субъектах федерации, доведенных до края, вполне вероятно, могут быть стихийные бунты, которые будут очень жестко подавляться силовыми структурами при полном замалчивании СМИ.

Вся история российской государственности – это история диктаторских режимов то ли в виде монархий, то ли в виде монополии на власть со стороны определенной партии, в частности коммунистической. Россия никогда не была демократическим государством, разве что в течение незначительных периодов, например, в начале 90-х годов, и то при условии широких полномочий президента. А так, Россия всегда была тоталитарным государством. А в тоталитарном государстве воспитывается определенный психотип населения, которое в лучшем случае на кухне может позволить себе некоторые высказывания, а в реальной действительности молчит и терпит. Молчать и терпеть – это особенность нынешнего российского менталитета.

Поэтому если вдруг в России начнутся бунты, они просто будут жестко подавляться, и все. Для того, чтобы происходили какие-то демократические процессы, должна быть оппозиция с организационным центром – без этого народный бунт превращается в стихийное бедствие.

То есть даже если произойдет стремительное падение уровня жизни российского населения, россияне будут молчать. В демократических странах ухудшение условий жизни населения, как правило, приводит к смене политического строя через демократические выборы.

Вот что было движущей силой развала Советского Союза? Народно-демократическая революция? Нет! Поэтому я и говорю, что стремительное снижение уровня жизни населения, образование системы дефицитов и сокращения товаров народного потребления никак не повлияет на политический строй России. В цивилизованных странах снижение уровня жизни приводит к смене политического устройства и руководства у власти. А в Российской Федерации, в тоталитарной стране, этого не будет, потому что тамошний психотип населения выстроен в механизмах восприятия тоталитарной власти, то есть россияне готовы жить хуже. И это не значит, что будут какие-то стихийные процессы. Если станет совсем плохо, будет бунт, который завершится жестким подавлением его. А в России от этого ничего принципиально не изменится.

Как тогда действовать Украине и миру в отношении России, которая имеет настолько мощную поддержку Китая, как вынудить ее к завершению войны? Насколько долго война может продолжаться, если на санкции Запада никаких надежд, а наши удары по российской территории тоже принципиально ничего не меняют в этой войне, как вы говорите?

Решение об окончании войны будет приниматься не в Кремле. Решение об окончании войны будет приниматься в Пекине. Это главный постулат, который мы должны понять. С Кремлем не о чем говорить – следует говорить с Пекином и Вашингтоном. Только там, на встрече Вашингтона и Пекина, будут приниматься решения о дальнейшей судьбе украинско-российской войны. Без китайской поддержки Россия войну вести не сможет.

Насколько Китай заинтересован в том, чтобы война в Украине продолжалась, и почему?

Китай выстраивает биполярный мир и формирует из себя новый центр принятия геополитических решений. Это является основной целью Китая. Китай создает вокруг себя круг стран, которые в своей внешней политике будут ориентироваться на позицию Пекина, а не Вашингтона.

Что может заставить Китай приказать России сворачивать войну, ну, или просто прекратить помогать ей, лишив возможности воевать?

Здесь мы возвращаемся к началу нашего разговора. Китай – это мировая фабрика. Он не может существовать и кормить 1,5 миллиарда собственного населения, если у него не будет рынков сбыта собственной продукции. Сегодня общий объем товарооборота между Россией и Китаем составляет 200 миллиардов долларов, между Евросоюзом и Китаем – 850 миллиардов долларов, между США и Китаем – около 800 миллиардов. Совокупно объем товарооборота между США, Евросоюзом и Китаем составляет 1,6 триллионов долларов в год. Заместить эти два рынка Китаю нечем. Поэтому Китай будет идти на уступки, чтобы сохранить эти рынки. Следовательно, консолидированная позиция Европы и США по поиску компромиссов с Китаем - не давления, а поиска компромиссов – может дать результат.