Миллиарды потрачены — жилья нет: почему переселенцы годами живут в общежитиях

Согласно расследованию издания "Экономическая Правда", Украина потратила десятки миллиардов гривен на обеспечение жилья переселенцам, но более 4 млн ВПЛ все еще остаются без дома. В 2022 году на выплаты ВПЛ ушло 53,5 млрд грн, на сертификаты — 17,8 млрд грн, на размещение — 3,8 млрд грн. Однако эффективность программ низкая из-за несогласованности данных. Единая база данных внутренне перемещенных лиц фиксирует 220 тыс. жилищных потребностей, но обеспечено только 63. Минразвития называет 4,2 тыс. обеспеченных жильем ВПЛ за 2022-2024 годы. Отсутствие единой системы учета и четкой категоризации потребностей затрудняет решение проблемы.

Жилье для ВПЛ: сколько было размещено переселенцев с 2022 года

По словам народного депутата Украины, председателя подкомитета по вопросам временно оккупированных территорий, восстановления и развития деоккупированных территорий Максима Ткаченко, с 2022 года около 75 тысяч ВПЛ были размещены в местах временного проживания по всей Украине. Эти места включают преимущественно общежития, государственные и коммунальные учреждения, а также небольшое количество частных объектов. В большинстве случаев проживание в таких местах является бесплатным, а государство полностью компенсирует расходы на коммунальные услуги. Это позволяет уменьшить финансовое бремя для ВПЛ, которые вынуждены покинуть свои дома из-за войны.

Однако Ткаченко отметил, что в некоторых городах и областях существует небольшой процент мест временного проживания, где ВПЛ вынуждены частично оплачивать жилье. Эта информация, полученная от Министерства развития общин и территорий, подчеркивает неравномерность подходов к обеспечению жильем в разных регионах.

"Также является проблемой то, что статистика по количеству ВПЛ, в частности с временно оккупированных территорий, которые воспользовались каждым из компонентов программы по компенсации за разрушенное жилье не ведется. При подаче заявления на получение компенсации за поврежденное/уничтоженное имущество, в таком заявлении не указывается наличие или отсутствие у получателя статуса внутренне перемещенного лица", — говорит Фокусу депутат.

Ткаченко обратил внимание на проблемы, связанные с государственной программой "еВідновлення", которая направлена на компенсацию за разрушенное жилье. Сейчас люди, которые потеряли дома на временно оккупированных территориях или в зонах, где жилье было уничтожено, не могут полноценно воспользоваться этой программой. Это особенно актуально для жителей сельской местности, где потребности и возможности значительно отличаются от городских.

Для решения этой проблемы Ткаченко анонсировал новую инициативу, которая предусматривает создание программы "Жилье в селах". Ее цель — обеспечить ВПЛ, которые приехали из сельской местности, доступным жильем в селах. Такой подход позволит государству оптимизировать расходы, ведь строительство или приобретение домов в сельской местности стоит значительно меньше, чем в городах. Депутат подчеркнул, что эта программа требует отдельного финансирования, которое будет учитывать реальную стоимость сельского жилья.

"Программа "еВідновлення" предусматривает выдачу жилищных сертификатов на суммы от 2 до 3 миллионов гривен, что ориентировано на приобретение жилья в городах. Однако для сельских жителей, которые потеряли дома, такие суммы не всегда уместны, поскольку стоимость жилья в селах значительно ниже. Дома в сельской местности можно приобрести за 120-160 тысяч гривен, что делает действующую программу менее эффективной для этой категории ВПЛ", — отмечает Ткаченко.

Проблемы с которыми сталкиваются ВПЛ: почему сложно получить жилье

Директор по адвокации Центра прав человека ZMINA Алена Лунева отметила, что одной из главных преград для внутренне перемещенных лиц в Украине является отсутствие жилищных программ, которые предусматривали бы передачу жилья в собственность. Сейчас ВПЛ размещают в местах временного проживания, таких как общежития или государственные учреждения, где люди могут жить бесплатно, с компенсацией коммунальных услуг от государства. Однако эти места не предназначены для длительного проживания, хотя многие ВПЛ вынуждены оставаться в них годами, как до, так и после 2022 года.

"Раньше существовали льготные ипотечные программы, но сейчас их нет. Зато действуют программы временного или социального жилья, которые не предусматривают передачу в собственность. Местные власти могут передавать жилье общинам, но оно обычно предоставляется ВПЛ только во временное пользование. Это создает проблему, ведь отсутствие постоянного жилья остается ключевым вызовом для переселенцев", — говорит Фокусу Лунева.

По словам эксперта, программа "еВідновлення" не в полной мере доступна для ВПЛ с оккупированных территорий. Хотя недавно правительство приняло постановление, которое позволяет компенсировать разрушенное имущество на таких территориях, процедура подтверждения разрушений сложная. Она требует детальных доказательств, в том числе снимков с дронов, и обращений в специальные комиссии при органах местной власти. Лунева не уверена, активно ли эти комиссии уже работают и сколько заявлений подано, но юридически ВПЛ с оккупированных территорий уже могут претендовать на компенсацию.

"В то же время жилищные программы для ВПЛ и "еВідновлення" слабо связаны между собой. Многие люди с разрушенным имуществом являются ВПЛ, но программа компенсации ориентирована на факт разрушения, а не на статус переселенца. Например, жители городов, таких как Львов или Киев, чье жилье разрушено, не всегда становятся ВПЛ, ведь остаются в том же населенном пункте. Это затрудняет доступ к жилищным программам, которые могли бы решить их потребности", — добавляет Лунева.

Эксперт отмечает, что отсутствие жилья, которое передается в собственность или постоянное пользование, остается критической проблемой. Без системных изменений в жилищной политике ВПЛ будут продолжать сталкиваться с нестабильностью и ограниченным доступом к достойным условиям проживания.

Также Фокус писал, чтооткрытие границ для мужчин 18-22 лет спровоцировало дискуссии о демографическом "провале" и потере молодежи. Есть опасения, что нехватка молодых кадров и партнеров для женщин угрожает будущему.