НАТО не хватает людей для борьбы с РФ: что делает Альянс для решения проблемы

Рост расходов НАТО на оборону сам по себе не сможет гарантировать безопасность Альянса.

Впервые за 76-летнюю историю Альянса один из членов НАТО столкнулся с угрозой со стороны России в своем воздушном пространстве. Польская ПВО сбила три российских дрона, а позже на восточной границе НАТО было обнаружено еще несколько сбитых БПЛА. Этот инцидент стал проверкой Альянса на прочность во время второго срока президента Дональда Трампа, доказав как готовность Москвы испытывать оборону НАТО, так и острую необходимость усилить боеготовность НАТО. Хотя в ближайшие недели внимание будет ожидаемо приковано к усилению ПВО и устранению пробелов в потенциале, инцидент в Польше выявил более серьезную уязвимость: нехватку военного персонала в НАТО.

Фокус перевел статью экс-сотрудника Минобороны США Алекса Вагнера и аналитика по безопасности Кристен Тейлор о проблемах армий стран-членов НАТО. В статье под названием "Как восполнить дефицит человеческих ресурсов в НАТО" для портала National Interest говорится о решениях, которые пытаются найти страны Европы, которые не раз подвергались угрозам Москвы.

Сейчас НАТО не хватает человеческих ресурсов для реализации своих региональных оборонных планов, не говоря уже о сдерживании растущей угрозы со стороны России или выполнении амбициозных обещаний по трансформации, данных на саммите НАТО в июне. Практически все союзники испытывают трудности с набором и удержанием достаточного количества военнослужащих для эффективного сдерживания российских вооруженных сил, даже с учетом огромных потерь Москвы на поле боя. Демографический спад и рост разрыва между гражданским и военным секторами еще больше усугубляют эту проблему.

Даже если союзники выполнят новое обязательство тратить 5% ВВП на оборону, справиться с нехваткой личного состава может оказаться сложнее, чем выписать большие чеки. В среднем союзники по НАТО тратят примерно 36% своего общего оборонного бюджета на личный состав, а некоторые, например, Италия, — почти 60%.

Готовясь инвестировать беспрецедентные суммы в свою коллективную безопасность, союзники по НАТО должны одновременно разрабатывать нестандартные решения для набора кадров, чтобы их амбициозные планы в области обороны сопровождались столь же амбициозными стратегиями рекрутинга.

Европейский демографический кризис — прямая угроза для рекрутинга. В 2022 году количество рождений в ЕС впервые с 1960 года упало ниже 4 миллионов. Десятилетия мира после холодной войны привели к тому, что молодые европейцы редко рассматривают для себя военную карьеру. Конкретные примеры трех членов Альянса демонстрируют масштаб этой проблемы.

• Германия. Амбиции Берлина в области обороны больше всего страдают из-за культурно обусловленной неприемлемости военной службы. Несмотря на значительные успехи в военном планировании и обеспечении ресурсами, слишком мало немцев готовы поступить на службу, что позволило бы расширить вооруженные силы. Германия объявила о своих амбициях увеличить численность военнослужащих на 30 тысяч человек в течение шести лет, чтобы создать "самую сильную армию" в Европе. Однако эти цифры все еще слишком скромны для эффективной защиты страны. Берлин уже ощущает последствия нехватки кадров: Германия является вторым по величине поставщиком оружия в Украину, но при этом не желает направлять войска в миротворческую миссию в Украину из-за текущего ограничения в личном составе.
• Норвегия. В 2024 году Осло объявило об амбициозном 10-летнем плане обороны, направленном на усиление безопасности, который включает 60 миллиардов долларов инвестиций в оборону и приобретение новых вооружений. Чтобы обеспечить этот переход, Норвегия принимает меры по увеличению своих вооруженных сил на 50% к 2036 году. Однако, несмотря на уважаемую и популярную программу всеобщей военной службы, Осло часто испытывает трудности при переводе этих призывников в кадровые военнослужащие. При максимальном сроке призыва в 19 месяцев высокая текучесть кадров негативно сказывается на опыте и преемственности службы в армии в целом. Эти тенденции еще больше усиливаются из-за относительно небольшой численности населения Норвегии, составляющей 5,6 миллиона человек. Стране, которая уже испытывает трудности с набором необходимого количества личного состава, безусловно, будет непросто поддержать усиленную оборонную позицию НАТО.
• Италия. Как и Берлин и Осло, Рим уже сталкивается с серьезной нехваткой кадровых военных и, наверняка, будет испытывать трудности с набором новобранцев. В прошлом году начальник Генерального штаба Италии объявил, что численность вооруженных сил страны, которая составляет 165 тысяч человек, "абсолютно недостаточна" и что любая численность ниже 170 тысяч человек "ниже необходимого минимума". Однако, в отличие от Германии и Норвегии, кадровая проблема Италии легко решается. Средняя заработная плата военнослужащих неконкурентоспособна по сравнению с заработной платой в частном секторе или в государственных гражданских структурах. Низкая зарплата в сочетании с относительной удаленностью Италии от зон российской агрессии снижает общественную поддержку службы в армии: только 16% итальянцев заявляют, что готовы сражаться за свою страну.

Эти проблемы не являются уникальными для Европы. Соединенные Штаты сталкиваются с аналогичными демографическими проблемами, хотя и по другим причинам, и уже вынуждены адаптировать свои методы рекрутинга, чтобы поддерживать численность вооруженных сил. Этот опыт может помочь союзникам по НАТО превратить расходы на оборону в реальную военную мощь.

В течение следующих 15 лет количество выпускников американских средних школ, по прогнозам, сократится примерно на 13% (к 2041 году). Однако предыдущие инициативы высших учебных заведений, направленные на преодоление последствий демографического спада, могут послужить примером для армий США и союзников по НАТО. Эти инициативы включают расширение возможностей для недостаточно представленных групп, таких как женщины, меньшинства и иностранные студенты.

Недавние успехи вооруженных сил США в области рекрутинга также могут стать дорожной картой для союзников по НАТО. Столкнувшись с аналогичным демографическим давлением, армия США превысила целевой набор персонала на 2024 год благодаря акценту на развитии лидерских качеств, новаторским инициативам, таким как подготовительные курсы при лагерях подготовки военнослужащих, и прагматичным изменениям в политике: ослабление ограничений на татуировки, разрешение на повторные тесты на марихуану и обновленные стандарты физических параметров для новобранцев. Европейские союзники могли бы позаимствовать эти методы, решая при этом свои уникальные проблемы, такие как немецкий культурный барьер против военной службы и неконкурентоспособные оклады военных в Италии.

НАТО следует как можно быстрее извлечь свои уроки. Историческое обязательство Альянса тратить 5% ВВП на оборону необходимо, но недостаточно. Без достаточного количества обученного персонала для эксплуатации все более сложного оборудования дополнительное финансирование не даст необходимого сдерживающего эффекта.

Для устранения дефицита кадров союзникам нужно принять смелые, скоординированные стратегии по расширению кадрового резерва, модернизации политики рекрутинга и формированию образа армии как организации, привлекающей лучших из лучших и ценящей тех, кто уже служит. НАТО, которое дополнит свои финансовые инвестиции необходимым количеством и качеством человеческого капитала, достигнет гораздо большего, чем Альянс, сосредоточенный только на увеличении расходов.

Об авторах

Алекс Вагнер — бывший помощник министра ВВС по кадровым вопросам и резерву во время администрации Байдена, адъюнкт-профессор в Школе Максвелла Сиракузского университета и старший научный сотрудник Геостратегической инициативы Атлантического совета.

Кристен Тейлор — заместитель директора Инициативы по трансатлантической безопасности Атлантического совета, которая курирует вопросы, связанные с трансатлантической обороной, промышленностью и инновациями.