Война выйдет за пределы Украины и перебросится на другие страны, в Европе пахнет порохом – Золотарев

Отработка нанесения ядерного удара, игры с "Орешником" и "танец с саблями" в исполнении Путина адресованы трем странам, считает политолог Андрей Золотарев.

Путин выступил с рядом заявлений о ядерном оружии и Договоре России и США о сокращении стратегических наступательных вооружений, срок действия которого истекает в феврале 2026 года. Среди прочего он обозначил готовность РФ отвечать на угрозы не только на словах, но и военно-техническими мерами. И все это прозвучало спустя всего неделю после того, как Путин во время военных учений "Запад-2025" наблюдал за отработкой нанесения тактического ядерного удара.

Политолог, директор аналитического центра Третий сектор Андрей Золотарев в интервью Главреду рассказал, почему война выйдет за пределы Украины и на какие страны перебросится, грозит ли миру большая ядерная война, для каких действий у России будут развязаны руки, когда прекратится действие Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений, а также что и кому пыталась сказать Москва имитацией ядерного удара и чередой провокаций с вторжением российских дронов и истребителей в воздушное пространство стран Европы.

Почему, на ваш взгляд, Путин вновь заговорил о ядерке и выдал новую порцию угроз? С чем это может быть связано: с отсутствием убедительных побед российских войск на фронте, переговорным процессом или чем-то другим?

В тактическом плане это было связано с сессией Генассамблеи ООН и стремлением захватить информационную повестку, чтобы сказанное Путиным было в центре обсуждения.

Однако за последний месяц был ряд знаковых моментов: появление Путина в военной форме с пистолетом, увольнение представителя "партии голубей" среди кремлевских башен Козака (кстати, выходца из Украины, из Кировоградской области) и т.д. В более глобальном плане это было связано с Договором об ограничении стратегических наступательных вооружений, действие которого было приостановлено указом Путина в 2023 году по формальной причине: якобы США из-за санкций не давали визы российским инспекторам, но, учитывая степень конфронтации, которая тогда наблюдалась, это было неудивительно.

Этот договор подписывался еще Обамой и Медведевым. Представители Демократической партии США позитивно оценивали этот документ, больше критики было со стороны республиканцев, в частности, Митта Ромни. По большому счету, договор касается ограничения количества боеголовок и носителей ядерного оружия: ракет, бомбардировщиков, ракет на подводных лодках.

Насколько я помню историю, это третий подобный договор. В 1972 году появился договор об ограничении ракетоносителей, и он привел к тому, что стали массово появляться боеголовки с разделяющейся головной частью с индивидуальным наведением. Количество таких боеголовок росло лавинообразно. Именно это послужило причиной для подписания второго Договора об ограничении стратегических вооружений в 1979 году. Первый и второй договоры подписывали Брежнев и Картер. Также был договор, который запретил размещение баллистических ракет малой и средней дальности, и в Москве до сих пор считают, что он ударил по обороноспособности СССР и негативно отразился на потенциале Российской Федерации.

Следует отметить, что явного негатива со стороны Белого дома не было. А "танцы с саблями" в исполнении Путина, которые мы наблюдаем на протяжении последнего месяца и которые в себя включают не только появления Путина в военной форме, но имитацию тактического ядерного удара на учениях, полеты российских дронов в Польше и Румынии (они были без боеголовок, тем не менее это casus belli, то есть повод для войны), пролет МиГ-31 над территорией Эстонии, появление дронов, которые парализовали работу аэропорта в Копенгагене, являются нехорошим сигналом. Эта жесткая риторика сегодня адресована большой европейской тройке, как и игры с "Орешником", а также прошлогодняя демонстрация удара им по Днепру. Все это адресовано европейцам.

Смотрите видео, в котором Андрей Золотарев оценил угрозу ядерной войны и большой войны в Европе, а также предостерег, что Путин может применить оружие, которое раньше не использовал:

В адрес Трампа и США со стороны России сегодня нет явно выраженной конфронтационной риторики, воздерживаются. Сейчас "ось зла", с точки зрения российской пропаганды, находится в Европе. Путин действует соответственно. Для него важно удержать наметившийся на Аляске консенсус, поэтому он будет воздерживаться от резких шагов и заявлений, которые бы разрушили наметившееся потепление в отношениях США и России.

Для нас все это плохо, поскольку повышается риск того, что война выйдет за рамки Украины. Это может привести к масштабированию конфликта и использованию тех видов вооружения, которые до сих пор Россия не применяла. Речь не идет о ядерке. В отношении Европы все складывается как у Барбары Такман в "Августовских пушках": "Войны никто не хотел. Война была неизбежна". Также это напоминает чеховское ружье, которое висит в первом акте на сцене и должно выстрелить во втором.

Риск того, что война может переброситься на другие страны, сегодня высок как никогда. Не думаю, что это будет ядерный конфликт, но большая континентальная война может выйти за пределы Украины. Это может случиться в Молдове, странах Балтии и Польше. В Европе пахнет порохом.

Что этим "танцем с саблями" Путин пытается сказать Европе? Он пытается таким образом заставить Европу прекратить помощь Украине?

Да. Но дело не только в этом. Путин пытается заставить Европу согласиться с тем, что у России есть, как раньше говорили американцы, "зоны жизненно важных интересов", куда входят Украина, страны Балтии и др., то есть все постсоветские страны. С этим Европе Россия предлагает смириться, то есть отказаться от перспектив освоения Украины странами НАТО, а также сократить военное присутствие в странах Балтии и Польше.

Последние заявления Трампа относительно помощи странам Балтии говорят о том, что такой сценарий вполне вероятен. Следует отметить, что Трамп не раз подчеркивал, что это "война Байдена", а не его война.

Перед США сегодня стоят очень сложные вызовы во внутренней политике: экзистенциальная борьба с глобалистами, борьба Демократической партии и трампистов (похороны Чарли Кирка наглядно показали, что все это будет идти по нарастающей). А война в Украине для Трампа является обузой.

С другой стороны, риторика Кремля, когда он говорит, что ему есть чем ответить силой, прежде всего, адресована европейской аудитории. Путин стремится показать, что не блефует и готов пойти на радикальные действия, в том числе на применение ядерного оружия.

Насколько Европа будет впечатлена этим "танцем с саблями", готова ли она сделать то, чего хочет Путин? Или Россия добьется прямо противоположного результата – Европа нарастит поддержку Украины с тем, чтобы остановить Россию на украинской территории и не впустить российские войска в другие европейские страны?

Пока что речь идет о возможностях. Одно дело – говорить, другое – делать. Прозвучало довольно резкое заявление министра иностранных дел Польши Сикорского о том, что поляки будут сбивать российские дроны и самолеты, которые вторгаются в воздушное пространство Польши. Плюс Польша до 9 декабря закрыла воздушное пространство для любых летательных аппаратов за исключением военных самолетов в районах, прилегающих к границам Украины и Беларуси.

Однако, если оценивать военный потенциал Европы, то можно сказать точно: Европа к войне не готова. Не просто так Урсула фон дер Ляйен говорила о 800 миллиардах инвестиций в европейский ВПК.

Длительный период, когда Европа находилась под американским "ядерным зонтиком", ощущала себя в полной безопасности, имела возможность развивать экономику и много тратить на социальные программы, закончился.

Более того, страны большой европейской тройки находятся в сложной финансовой ситуации. Так, например, десять лет назад, когда канцлером была фрау Меркель, в Германии был профицит федерального бюджета в размере 100 миллиардов евро, а сегодня там дефицит бюджета, то есть Германия тратит больше, чем зарабатывает, на 25 миллиардов евро. Это серьезная сумма, это звоночек. Во Франции стремление сократить социальные расходы в силу финансовых проблем привело к падению правительства Байру. Британия – единственная страна, где существовал консенсус партии власти и оппозиции относительно поддержки Украины. Но сегодня там вклинивается третья сила – Партия реформ Найджела Фараджа: если бы произошли выборы в ближайшее воскресенье, то как минимум 400 мест в парламенте Британии будет у сторонников Фараджа. А это британский взвод трампистов. Это не сулит ничего хорошего Украине в плане поддержки.

Так что возможности Европы помогать Украине ограничены – и финансами, и возможностями европейского ВПК. Очень многие вещи, которые США на протяжении трех лет войны поставляли нашей стране, Европа банально не производит, начиная от ракет к системам Patriot и заканчивая некоторыми видами артиллерийских снарядов, того же Excalibur. Три четверти вооружения и боеприпасов, которые Украина получила за это время, поступили от американцев. Европейцы дали нам только четверть. Да, Европа предоставила помощи на 150 миллиардов евро за эти три года, но сегодня мы стоим перед следующей перспективой: как сказал Зеленский, нам не хватает на 2026 год 60 миллиардов. Откуда они возьмутся?

Так что потенциал Европы очень ограничен. Либо же для продолжения помощи европейцам придется идти на драконовские меры, например, отказаться от социальных пособий. Мерц уже говорил, что Германия больше не тянет социальное государство. Как это можно представить, когда в Германии два-три поколения мигрантов из стран Ближнего Востока и Африки, которые никогда не работали и живут на пособие. Они выйдут на улицы с ножами!

Поэтому Европа стоит перед крайне сложным выбором, ведь во многом ее безопасность обеспечивалась благодаря военной и экономической мощи США. В конце концов 80% расходов НАТО обеспечивали именно США.

Таковы цифры и факты. Можно только разводить руками.

Чтобы не быть голословным, говоря о том, что безопасные и комфортные времена порождают слабых лидеров, приведу пример. При Меркель, когда все было экономически благополучно, она сократила численность сухопутных бригад Бундесвера с 25 до 6 или 7. А сегодня стоит вопрос о модернизации армии, увеличении численности, перевооружении, и там все очень непросто.

Европе нужно как минимум пять-семь лет, чтобы перезапустить ВПК и всерьез подойти к модернизации вооруженных сил. Только тогда можно будет говорить о какой-то готовности к противостоянию. А сейчас Европа однозначно не готова. Это пугает, и европейцы начинают нервничать – это заметно. Поэтому они "между здесь и там": с одной стороны, они игнорируют требование Трампа перестать покупать российскую нефть (для сравнения: за три года войны Европа предоставила помощь Украине на 150 миллиардов евро, но за тот же период она купила у России нефти, газа и угля на 200 миллиардов евро), с другой – перезапускают ВПК.

Что, на ваш взгляд, изменит прекращение действия Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений? В чем это развяжет России руки, в частности, увеличивает ли это угрозу применения ядерного оружия?

Отвечу старым пропагандистским штампом: это подстегнет гонку вооружений. Пока действовали нормы ДСНВ, американцы существенно сократили количество бомбардировщиков-носителей ядерного оружия В-52. Да, они хранятся под открытым небом, чтобы инспекции видели, что договор выполняется. Теперь же прекращение действия ДСНВ может привести к новому витку гонки вооружений.

Правда, стратегические вооружения – это очень дорогой вид вооружений. Последние 20 лет Россия много вкладывала в перевооружение и модернизацию своей ядерной триады, не наращивая ее численно, но обновляя ее. Американцы при этом немного уступают России по количеству ядерных боеголовок, это факт. Если договор не будет пролонгирован, а будет перечеркнут, то количество ядерного оружия начнет стремительно увеличиваться. Но стоит учитывать, что в США далеко не радужная экономическая ситуация, да и технологически не все так гладко. Все это требует рабочих рук и источников энергии – и атомная промышленность, и военно-промышленный комплекс. Однако сегодня стоимость электроэнергии в США в 3-4 раза выше, чем в Китае. Плюс колоссально уставшая энергетическая инфраструктура.

США понадобятся сотни миллиардов долларов инвестиций в ВПК и соответствующую инфраструктуру, чтобы втянуться в гонку вооружений. Готов ли к этому Трамп? Не думаю.

Трамп в непростой ситуации, поскольку возможен конфликт с той частью республиканцев, которые ближе к демократическому лагерю. Ведь есть, условно говоря, "семья", узкий круг, "кухонный кабинет" Трампа, есть радикальные трамписты, а также есть классические республиканцы, как, например, Кит Келлог. Трамп оказывается в сложном положении: если он пойдет навстречу Путину, то это точно будет воспринято как уступки и будет остро критиковаться, скажут, что Трамп поддался давлению. Но с другой стороны, есть прагматические соображения Трампа, и пролонгация ДСНВ гораздо ближе к той политике, которую проводит Трамп. Поэтому он будет вынужден искать "золотую середину".

Еще раз подчеркну, это элемент информационного давления, страшилка для европейцев, которая используется вместе с гибридными операциями с дронами. Сложно сказать, насколько все это испугало Европу, но совершенно очевидно, что все это ее тревожит.

Мы уже вспоминали с вами российские провокации вроде вторжения российских дронов в воздушное пространство Польши и Румынии, а также вторжение российских истребителей в воздушное пространство Эстонии. Как вы считаете, могут ли подобные провокации со стороны России запустить цепочку событий, которые приведут к применению ядерного оружия? Судя по тому, что вы говорили выше, эти провокации совершенно точно могут привести к вооруженному конфликту в одной из стран Европы.

К ядерному конфликту может привести применение тактического ядерного оружия, но пока вероятность такого сценария не высока.

Вспомните, осенью 2023 года в окружении могла оказаться довольно крупная группировка российских войск на правобережье Херсонской области. Тогда команда Байдена очень беспокоилась, не применит ли Россия тактическое ядерное оружие, и одергивала наше военное руководство, чтобы оно дало возможность россиянам уйти. Но тогда этого не случилось.

Маловероятно использование тактического ядерного оружия Россией и сейчас. Но при этом вполне возможны провокации в районе Сувалкского коридора или появление "Нарвской народной республики". Этого нельзя исключать. Но вероятность применения тактического ядерного оружия не высока. Скорее всего, Россия будет действовать, используя конвенциональные виды вооружений. Тем более, дроны стали любимой игрушкой военных. Это предпосылка для того, что война будет вестись конвенциональным оружием, без применения оружия массового поражения.

Конкретный сценарий пока сложно предположить. Пока Россия завязла в Украине, у нее связаны руки в отношении стран Балтии и Молдовы.

Когда вы говорите о том, что вероятность применения ядерного оружия Россией не высока, речь идет о применении ядерки против Европы или против Украины, или против и Европы, и Украины?

Третий вариант. Во всяком случае, даже тяжелая военная ситуация, когда украинская армия владела инициативой, и когда к осени 2022 года образовалось численное превосходство наших войск, Россия не пошла на такой шаг. А сейчас, когда РФ владеет инициативой, пускай даже без громких военных успехов, резона пускать в ход ядерку нет никакого, поскольку это будет риск большой ядерной войны. А в Кремле кто угодно, но не самоубийцы.

А что может спровоцировать запуск сценария, предполагающего применение тактического ядерного оружия?

Новая ядерная доктрина РФ предполагает, что тактическое ядерное оружие может быть применено в случае угрозы территориальной целостности Российской Федерации. О таком риске говорили, когда ВСУ вошли в Курскую область. Но этого не случилось. Ведь применение ядерного оружия, тем более, по Европе, могло спровоцировать ответный удар.

Судя по всему, Польша не против, чтобы на ее территории было размещено ядерное оружие Великобритании или Франции. А это страны, обладающие ядерным оружием, причем в достаточном количестве, чтобы нанести удар по ключевым городам РФ. Так что Европа не является абсолютно беззащитной, и средства ядерного сдерживания у европейцев есть.

Все отдают себе отчет в том, какими будут последствия. Украина – не ядерное государства. И для России будет не очень хороший резонанс в случае удара ядерным оружием по нашей территории, даже если это не закончится большой ядерной войной. Плюс Китаю и Индии это крайне не понравится. Поэтому издержки от применения тактического ядерного оружия перевешивают выгоды от его использования. Радиус поражения у тактического ядерного боеприпаса 10-20 метров – стратегически это ничего не решает. А вот минусы от всего этого могут быть колоссальными для России, вплоть до международной изоляции, из которой Путин не без труда, но фактически выбрался.

То есть мы можем сделать вывод, что мир сегодня не близок к тому, что ядерное оружие пойдет в ход?

Да. Угрозы большой ядерной войны нет. Но есть риск большой европейской войны. Стрелки часов Судного дня еще не приблизились к критическому значению. Основные ядерные государства – США и Россия – в этом вопросе еще могут найти консенсус. На это я смотрю с умеренным оптимизмом.

Но и большая война в Европе – дело не ближайших лет, поскольку Россия увязла в Украине?

Да, с одной стороны. С другой – Европа пока не готова воевать. Потребуются годы, чтобы ее потенциал стал отвечать изменившимся реалиям войны. Ведь европейские страны после 1991 года, когда исчез Варшавский договор, содержали компактные армии, например, у Великобритании сухопутные войска насчитывают всего 70 тысяч человек, у Германии примерно столько же. Но это профессионалы, которые хорошо оснащены, экипированы и накормлены. А это не дешевое удовольствие. Однако такими войсками хорошо гонять туземцев в шлепках где-нибудь в Ираке или Афганистане, но для войны таких масштабов, как российско-украинская война, это совершенно не подходит. Европейцам теперь все это нужно перестраивать под изменившиеся реалии.

В том числе Европе нужно запускать производство дронов, но все комплектующие для них производятся в Китае, например, неодимовые магниты. Китай в этом монополист, в Европе производства нет. Зависеть от Китая не хочется. Да, европейцы производят камеры для FPV-дронов, но европейские камеры в семь раз дороже китайских. Теперь же все это (возможно, с издержками и отрицательной рентабельностью) нужно ставить на поток.