Победа на поле боя или компромисс: как совместить суверенитет Украины с требованиями России, — аналитик

Возможно, Украина будет вынуждена пойти на территориальные уступки, а Россия — принять милитаризацию Украины, чтобы достичь мирного урегулирования.

Фокус перевел статью "Как совместить суверенитет Украины с требованиями безопасности России" экс-советника Белого дома по вопросам России Джорджа Буша-младшего (2004-2007) Томаса Грема для National Interest. Эксперт, который в целом пять лет контактировал с Кремлем и написал книгу "Правильное понимание России", попытался объяснить, какие есть шансы на завершение войны на условиях Путина и какова роль США.

"Самым сложным вопросом будет статус неподконтрольной нам на момент завершения конфликта части Украины", — сказал мне высокопоставленный кремлевский чиновник вскоре после того, как Дональд Трамп и Владимир Путин начали переговоры по урегулированию российско-украинской войны в феврале этого года. Он был прав.

Позиции России и США диаметрально противоположны. Кремль хочет, чтобы Украина была лишена суверенитета и оставалась в орбите России, подобно Беларуси. Соединенные Штаты склоняются к защищенной, полностью суверенной и независимой Украине, которая будет постепенно интегрироваться в западный мир. Даже если Трамп никогда открыто не заявлял об этой цели, это делали его вице-президент и другие высокопоставленные чиновники. Примирение двух позиций кажется невозможным. Но без компромиссов не будет долгосрочного урегулирования.

Дополнительную сложность составляет уверенность Путина в том, что он достигает своей цели на поле боя, хотя, конечно, он был бы рад добиться своего за столом переговоров. Напротив, Соединенные Штаты могут достичь своей цели только за столом переговоров — даже руководство Украины признает, что не может победить российские войска и вернуть все утраченные территории.

Но Путин будет рассматривать уступки только в том случае, если украинцы докажут свою способность остановить продвижение российских войск на земле и успешно защищаться от воздушных атак. Таким образом, продолжение помощи со стороны США — обязательное условие для достижения урегулирования путем переговоров, а замораживание линии фронта станет первым необходимым шагом к решению вопроса о статусе Украины путем переговоров.

Но даже самые доброжелательные переговоры не принесут результата без правильного определения вопроса. Важно учитывать два момента.

Во-первых, вопрос суверенитета сводится к безопасности для обеих сторон. Украинцы ждут надежных гарантий против новой агрессии со стороны России. Россияне требуют надежных гарантий того, что Украина никогда не станет плацдармом для нападения НАТО на них.

Во-вторых, российско-украинский вопрос тесно связан с более широким вопросом европейской безопасности. Россия настаивает на том, что безопасность на континенте "неделима", то есть ни одна страна не может гарантировать свою безопасность за счет другой. Европейцы опасаются, что победа России в Украине вдохновит Путина на угрозы другим соседям.

Задача состоит в том, чтобы разработать формулу, которая гарантировала бы будущую безопасность суверенной Украины и одновременно убедила бы Россию, что суверенная Украина не представляет серьезной угрозы для ее безопасности.

Как может выглядеть такая формула? В целом это может быть вооруженный нейтралитет Украины в сочетании с договоренностью между Россией и Западом о стабилизации границы между ними, которая простиралась бы от Баренцева моря до Черного моря и пересекала бы украинскую территорию вдоль будущей линии прекращения огня.

Как Россия, так и Украина (и ее западные сторонники) должны будут пойти на серьезные уступки.

Украина, например, должна будет отказаться от своих амбиций вступить в НАТО и принять статус внеблокового и безъядерного государства. НАТО придется официально закрыть свои двери для Украины и отказаться от дальнейшего расширения на восток, в сторону постсоветского пространства. Эти шаги соответствуют твердым требованиям России в сфере безопасности и, по правде говоря, не являются слишком обременительными, поскольку на практике НАТО, или по крайней мере такие ключевые союзники, как США и Германия, не намерены расширяться на восток.

В обмен на это от России ожидается, что она откажется от своих требований о демилитаризации Украины. Как нейтральное государство, Украина должна сохранить за собой право создавать и поддерживать вооруженные силы, достаточные для территориальной обороны, а также расширять и модернизировать свой оборонно-промышленный сектор для обеспечения таких сил. Хотя Россия будет настаивать на том, чтобы ни одна из стран-членов НАТО не размещала свои войска на территории Украины и не проводила совместные учения на украинской территории, она должна будет признать право Украины на помощь в области безопасности от западных государств, а также на обмен опытом, полученным в ходе боевых действий против России, с европейскими партнерами.

Беспокойство России размером и возможностями украинских вооруженных сил можно устранить в рамках более широкой инициативы по стабилизации российско-западной границы и снятию напряженности вдоль нее. Это будет напоминать процесс, развернувшийся на последнем этапе холодной войны, начиная с Хельсинкских соглашений 1975 года, закрепивших территориальный статус-кво в Европе, и заканчивая Договором об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), который регулировал размещение войск вдоль границы между НАТО и Варшавским договором.

Конечным итогом этого компромисса стало бы обязательство Запада снять санкции с России по расписанию, связанному с выполнением Россией согласованных шагов по постоянному прекращению огня.

Пока не похоже, что Украина или Россия примут такой компромисс. Украинцы по-прежнему надеются, что Европа при поддержке США разместит в Украине небольшие силы сдерживания, хотя это маловероятно. Россияне уже категорически отвергли такой план, и лишь немногие европейские государства, если таковые вообще найдутся, готовы пойти на риск войны с Россией, чтобы защитить Украину.

Россия же не пойдет ни на какие уступки, пока считает, что побеждает на поле боя, и эта позиция изменится только в том случае, если США будут готовы помочь Украине остановить продвижение России в ближайшем будущем. Но реалистичная оценка ситуации со стороны украинцев и четкий сигнал со стороны США могут положить конец конфликту гораздо раньше, чем ожидает большинство аналитиков.

Об авторе

Томас Грэм (Thomas Graham) — почетный член Совета по международным отношениям (The Council on Foreign Relations (CFR) — аналитический центр США), ученый Йельского университета, в котором основал российские, восточноевропейские и евразийские программы. С 2011 года Грэм преподает курсы по американо-российским отношениям и российской внешней политике. Перед этим аналитик работал в администрации 43-го президента США Джорджа Буша-младшего (2001-2009 гг.). Первое назначение — директор по вопросам России в аппарате президента (2002-2004), следующее — помощник президента по вопросам России в Совете нацбезопасности США (2004-2007). В должности помощника Грэм вел переговоры с Кремлем, указано в его биографии на портале CFR. В 2023 году вышла книга "Правильное понимание России" (Getting Russia Right): в отзыве на Foreign Affairs объяснили, что автор переложил ответственность за преступления РФ на политиков США, которые якобы неправильно обращались с россиянами.

Какова реакция Украины на идеи Грэма

Президент Украины Владимир Зеленский высказался относительно завершения войны и переговоров с РФ. В частности, 24 сентября 2025 года глава государства выступил на заседании Совета безопасности ООН и объяснил, на какие гарантии безопасности может согласиться Украина. По мнению Зеленского — это поддержка партнеров и оружие. В связи с этим началось создание новой архитектуры безопасности, которая заменит Будапештский меморандум 90-х годов: ожидают, что США к нему присоединится.

Между тем 23 сентября появилось заявление президента США Дональда Трампа, озвученное во время заседания Совбеза ООН. Глава Белого дома выразил недовольство действиями Москвы, поддержал стремление Украины сопротивляться РФ и подчеркнул, что оружие украинцам должна предоставить Европа.