Одесская трагедия. Кто виноват в гибели людей?

Погибнуть во время войны от бомбы, снаряда или шахеда врага — это, как бы парадоксально ни звучало, «нормально», а вот погибнуть от небрежности, беспомощности или непрофессионализма соотечественников — это не просто трагедия, это нечто большее, это преступление. Невозможно представить, что чувствовали родители, запертые в цокольном этаже (одесском полуподвале, если быть точным), когда вода неустанно заливала их, а они смотрели в глаза своего ребенка… Пусть упокоит Господь их души, а мы должны сделать все, чтобы подобное никогда не повторилось.

29–30 сентября в Одессе из-за длительного ливня затопило улицы, дома и подвалы, погибли 10 человек, среди них семья из пяти человек, в частности и ребенок. Местная власть, эксперты и ученые называют разные причины этого бедствия, но главная, по моему мнению, осталась без внимания.

Обвинения и оправдания

Описание того, что постигло Одессу 30 сентября, множество раз повторено. Какие же называются причины трагедии?

Первая — неработающая ливневая канализация. В пабликах пишут, что застройщики закатывали сливные люки в асфальт и заливали бетоном катакомбы, на которых возводились дома.

Никоим образом не оправдывая мэра Одессы Геннадия Труханова, который придерживается подобного мнения, нужно признать, что мощность ливневой канализации действительно рассчитывается, исходя из среднестатистического количества осадков в каждом городе. Следовательно, она априори, даже в полностью рабочем состоянии, не справилась бы с дождем, выпавшим в тот злосчастный день. Попутно замечу, что ливневка, как и системы очистки сточных вод промышленных предприятий города, находятся в крайне неудовлетворительном состоянии, — после каждого мощного ливня городские пляжи закрываются из-за загрязнения воды, и это та грязь, которая смывается в море с поверхности города.

Так же недостаточны объяснения относительно «плотной застройки», когда вместо парков, являющихся естественными аккумуляторами дождевой воды, земля закатывается в бетон и асфальт. По данным туристического портала Одессы, площадь всех зеленых насаждений составляет 54 кв. км — приблизительно четверть всей территории города. Следовательно, ситуация со «свободной от бетона» землей не лучше, но и не хуже, чем в других городах страны. Она типичная, например в Киеве с 2000 г. по 2010 г. было уничтожено около 500 га зеленых насаждений (поблагодарите мэров и депутатов тех времен).

Возможно, всему виной является второй фактор — сложный рельеф территории Одессы? Частично этот фактор оказывает влияние, но, по моему мнению, не имеет решающего значения. По сравнению с тем же Киевом ситуация выглядит совсем не критично. Так, средняя высота Одессы над морем — 50 м, высшая точка — 65 м, в то же время в Киеве большинство холмов поднимаются на 80–90 м над Днепром, а самый высокий — Левашовская гора (площадь Славы) — 105,3 м, но такого значительного поднятия уровня воды в низменных районах столицы нет. Есть критические подтопления в других местах, но на это есть совсем другие причины и это предмет отдельного разговора.

Третий фактор, который называют причиной одесской трагедии, — длительный дождь: «В Одессе, по данным метеорологической станции, за сутки выпало 94 мм осадков, из них 21 мм в ночные часы и 73 мм в дневные. Такие осадки относятся к стихийным метеорологическим явлениям и могут наблюдаться раз в 10 лет», — говорит кандидат географических наук Вера Балабух. Эти 94 мм осадков в сумме составляют 224% месячной нормы. Казалось бы, это объясняет и оправдывает все, но встает вопрос — видела ли городская власть, что происходит за окном? Ведь основной дождь выпал именно днем 30 сентября, когда мэр и другие ответственные товарищи должны были быть на рабочих местах. И второй вопрос — видело ли этот дождь руководство Государственной службы по чрезвычайным ситуациям и знало ли оно о возможных последствиях для города?

Когда начинать тушить пожар?

Тогда, когда уже горит, или до того, как пожар начался? По старой совковой привычке, аварийные службы героически одолевают пожары, потопы, другие «стихийные» бедствия, когда они уже в полной силе. Кавычки у слова «стихийные» поставил сознательно, ведь логика подсказывает, что стихийные бедствия нужно предвидеть и быть к ним готовыми — поливать водой нужно начинать тогда, когда еще не загорелось, как бы это непривычно ни звучало, а откачивать воду тогда, когда она еще течет тоненькой струйкой. Потому что потом может быть поздно…

В Одессе за последние 10 лет наблюдалось… 14 сильных дождей, когда за 12 часов выпадало 5–100 мм воды, то есть больше, чем 94 мм за сутки. Следовательно, потопы — это совсем не новость для города, опасные места возможных подтоплений были известны — о них едва не кричали местные активисты: «Люди ходили на встречи, показывали, что есть проблема, и некоторые из этих людей сейчас погибли. Четыре человека погибли именно там, где мы предупреждали. И этот вопрос поднимался еще несколько лет назад, и даже месяц назад мы снова обращали внимание», — отметил Владимир Савченко из ОО «Спільна мета».

Что же делали местная власть и чрезвычайники? Кажется, во всех больших городах есть так называемая ситуативная комната, из которой отслеживается ситуация в городе и включаются планы реагирования, которые должны быть разработаны заранее. Как врачи действуют по протоколам, у военных есть планы развертывания войск, так и чрезвычайники должны были иметь план предотвращения потопа. Метеорологи еще 30 сентября (может, и накануне) объявили об опасности: «В городе объявили красный уровень опасности», следовательно, ГСЧС должна была действовать соответственно.

Составляющие такого плана действий ГСЧС очевидны: предупредить людей о возможности затопления, где, на каких улицах, в каких локациях. (Это то, что сегодня делает одесская власть, когда уже поздно «пить боржоми».) Полиция должна была перекрыть движение и вывести людей с опасных улиц. Чрезвычайники должны были поставить насосы для откачивания воды заранее, а не «назад». Открыть все пути отвода воды, обезопасить дома мешками с песком и т.п.

Был ли такой план у Государственной службы чрезвычайных ситуаций? Очевидно, нет, а если и был (хотя это вряд ли), то никто по нему не действовал. В то же время, как заведено в стране в последние годы, главное отчитаться о «героическом преодолении последствий»: «В работе почти 130 мотопомп, а также привлекли пригодные силы из других регионов. Только с паркингов уже откачали более 15 тысяч кубометров воды. Что касается укрытий: из 42 затопленных в 40 уже откачали воду, и они подготовлены к использованию. На 2 объектах гражданской защиты работы еще продолжаются». Это из Телеграм-канала министра МВД Игоря Клименко (который подсказывает неразумным, что 42 минус 40 будет 2).

Ну что же, эти 224% месячной нормы, выпавшие на Одессу, ГСЧС хочет превратить в индульгенцию, в спасательный круг, в оправдание перед памятью погибших, украинским обществом и центральной властью… Чего стоит фраза министра: «Главное, что убедились: жертв стихии больше нет. Погибших — 10. Более 380 человек — спасены. Все заявки от населения обработаны». Выглядит так, что число спасенных живых явным образом превышает число тех, кто погиб, и это большое достижение ГСЧС… К тому же «заявки обработаны»!

Пусть степень цинизма этого выражения определяет президент Владимир Зеленский, который еще в пятницу 3 октября должен был получить подробный доклад о ситуации от вице-премьера Алексея Кулебы, лично у меня слов нет.

…В гибели людей в Одессе виновата не забитая ливневая канализация, не неконтролируемая застройка, не слепая стихия. В одесской трагедии виноваты вполне конкретные персоналии из числа руководителей города, Одесской ОГА, ГСЧС и МВД. Фамилии этих должностных лиц должно установить бесстрастное следствие, если оно вообще возможно в современной правовой ситуации. До сих пор общщественности неизвестно, открыто ли прокуратурой уголовное производство по факту гибели людей. Единственно правильное, что могли бы сделать сегодня причастные к трагедии лица, — подать в отставку.

7–9 октября в Одессе ожидаются сильные дожди. Посмотрим, как все причастные к трагедии работают над своими страшными ошибками.