Признание Ангелы Меркель: так кто же ответственен за войну в Украине?

Бывший федеральный канцлер Германии Ангела Меркель возложила на страны Центральной Европы, прежде всего на Польшу и страны Балтии, ответственность за усиление агрессивной политики российского президента Путина. И подчеркнула, что именно нежелание руководителей этих стран продолжать прямые переговоры с Россией могло стать одной из причин российского нападения на Украину. Также канцлер связала это нападение с пандемией коронавируса, то есть изоляцией Путина. Ведь именно эта изоляция, по мнению Меркель, мешала серьезным переговорам с российским лидером. Видеоконференции, по словам Меркель, не могли быть каким-то реальным аналогом переговоров между государственными лидерами, которые происходили до этой пандемии.

И эти заявления Ангелы Меркель, при всей их инструментальности, отражают ее непонимание того, почему реально началась война России против Украины. Непонимание первопричин конфликта. А главными первопричинами, если пользоваться лексикой самого Путина, было желание российского президента сделать все возможное, чтобы выйти на так называемые границы 1991 года и восстановить то, что Путин считает настоящей российской государственностью. Таким образом минимизируя эффект так называемой ошибки 1991 года, когда Россия согласилась с крахом Советской империи. Для Путина и других российских руководителей главным было удерживать бывшие советские республики в политическом холодильнике, не допускать их принятия в любые союзы, которые бы требовали от других стран участниц таких объединений защиты бывших советских республик в случае нападения политической или военной экспансии Российской Федерации.

И да, в то время, когда Ангела Меркель была федеральным канцлером Германии, она активно противодействовала всем попыткам бывших советских республик выйти из этого политического холодильника. Так как это, скажем, было с предоставлением Украине и Грузии плана для членства в НАТО на саммите Северо-Атлантического союза в Бухаресте. И так у Путина продолжала существовать иллюзия, что бывшие советские республики удерживаются в этом самом политическом холодильнике, и когда им будет нужно, он сможет присоединить эти страны к новой великой России.

Но Меркель была среди тех лидеров европейского континента, которые выступали за подписание Украиной соглашения об ассоциации с Европейским Союзом. Очевидно, что тогда она не считала, что это соглашение об ассоциации разочарует Путина и приведет к какому-то острому конфликту. Опять-таки, потому что могла не осознавать истинных целей российского президента. Могла, как кстати это сейчас делает действующий президент Соединенных Штатов Дональд Трамп, считать, что самое главное снять тревоги Путина в сфере безопасности, а относительно суверенитета Украины и ее готовности участвовать в политических и экономических объединениях в Европе, ну какие здесь могут быть у России проблемы?

А да и, потому что если Россия не считала Украину или любую другую бывшую республику настоящим суверенным государством, а у Германии былоабсолютно другое видение политической реальности на континенте, это так или иначе рано или поздно должно было привести к политическому столкновению или даже к войне с Ангелой Меркель или без нее.

Также достаточно важным моментом, который Меркель может до сих пор считать элементом сдерживания Путина от большой войны, является ее готовность участвовать в энергетических проектах Кремля. Речь идет, конечно, о газопроводе "Северный поток", который должен был стать альтернативой украинской газотранспортной системе. Федеральная канцлер практически все время своего пребывания во главе кабинета могла рассматривать этот газопровод как элемент экономической заинтересованности Москвы и считать, что Путин не будет жертвовать интересами "Газпрома", если речь пойдет о его агрессии против Украины.

Но для Путина строительство газопровода имело совсем другой смысл. Он хотел обезопасить "Газпром" от любых проблем с украинской газотранспортной системой в случае нападения на Украину, а также создать эффективные элементы для экономического давления на соседнее государство, для того, чтобы у украинского руководства не было никакого другого выхода, по крайней мере экономического, как капитулировать перед Москвой.

И действительно, практически сразу после того, как было завершено строительство газопровода "Северный поток-2", я напомню, что ради завершения этого строительства Ангела Меркель ужев конце срока своих полномочий летала в Вашингтон и встречалась с президентом Соединенных Штатов Джозефом Байденом, убеждая его не вводить санкции против проекта.

Путин усилил свою агрессию против Киева и принял окончательное решение о нападении на Украину. Многие говорили о том, что как только Россия завершит строительство альтернативных маршрутов, которые помогут ей лишить Украину статуса безальтернативного транзитера российского газа, это и приведет к большой войне в Европе. Я сам неоднократно писал об этом тексты и говорил об этом в собственных интервью.

Но для немецких политиков и журналистов, я также хорошо помню эту эпоху Ангелы Меркель, все это было абсолютно бездоказательным бредом. И они решительно не соглашались с такими тезисами, даже когда с ними выступал президент Соединенных Штатов. Я уже не говорю об украинских политиках или журналистах.

И в результате, даже через 11 лет после начала российско-украинского конфликта, мы видим, что Ангела Меркель не переоценила того, что происходило во время ее пребывания на посту федерального канцлера. Не осознала, что с подходом Путина к Украине, как к российской колонии, которая должна быть рано или поздно возвращена под власть империи, нельзя было удерживать Путина от нападения на Украинувечно, по крайней мере с условием продолжения развития Украины как независимого суверенного государства и создания опции для европейской, даже не евроатлантической, а европейской интеграции Украины.

Это еще раз говорит, что даже те политики на Западе, которые, казалось бы, могут считать себя людьми, реалистично осознающими цели и задачи Путина, все же не способны до конца понять, чего хочет российский президент. Что уж тогда говорить об обычных людях на Западе, далеких от понимания того, как Путин строит свое видение развития России и почему он готов воевать за это видение со всей Европой.

Источник