Метод Киссинджера: четыре совета Трампу в ситуации с Путиным

С 1954 по начало 1970 года дипломаты США и Китая провели 134 встречи, большинство из которых состоялось в Варшаве. Их официальной целью было налаживание конструктивных отношений между двумя странами, которые долгое время находились в состоянии вражды. Однако им это не удалось.

Когда я присоединился к сотрудникам Совета национальной безопасности Генри Киссинджера в 1969 году, он только начинал уделять внимание отношениям с Китаем. Анализируя результаты дипломатической деятельности за последние пятнадцать лет, государственный деятель охарактеризовал эту череду переговоров как "бесплодную", назвав их "самыми длительными непрерывными переговорами, которые не привели ни к одному важному достижению".

Серьезный прогресс был достигнут только после того, как в процесс включились Киссинджер и премьер-министр Китая Чжоу Эньлай, после чего президент США Ричард Никсон совершил свой исторический визит в Китай, чтобы встретиться с председателем Мао Цзэдуном и начать улучшение отношений. Конечно, оставались глубокие разногласия, которые необходимо было урегулировать, но обе стороны были готовы попытаться их разрешить.

Наблюдая за столь же безрезультатным процессом, разворачивающимся сейчас между США и Россией, я вспоминаю о пятнадцати бесплодных годах переговоров, которые предшествовали сближению США с Китаем. Отсутствие прогресса в значительной степени объясняется позицией российской стороны: Москва выдвигает совершенно неразумные требования. Президент России Владимир Путин лицемерно заявлял о своем стремлении к миру, а затем усилил нападения на Украину. Кремль по-прежнему отрицает легитимность президента Украины Владимира Зеленского и украинского правительства. Однако отсутствие реального прогресса отчасти объясняется и часто вялой и неясной реакцией США в отношении новых санкций против России и новых поставок современного оружия Украине.

Судя по его действиям и тону его риторики, можно предположить, что Путин в настоящее время не намерен вести переговоры с целью достижения конструктивного результата. Он использует эти переговоры как повод для затягивания времени, пытаясь захватить еще больше украинской территории, дискредитировать украинское правительство, разделить Запад и ослабить НАТО, надеясь, что Соединенные Штаты утратят интерес и решимость поддерживать Киев. После переговоров с президентом США Дональдом Трампом на Аляске в июне Путин только усилил свои атаки на Украину.

Вот несколько шагов, которые, по моему мнению, Киссинджер мог бы посоветовать предпринять нынешнему Белому дому:

Настаивать на конкретных действиях, укрепляющих доверие, и предварительных условиях для любых новых саммитов

Киссинджер считал, что переговоры между официальными лицами США и Китая должны быть направлены на укрепление доверия как общей цели, а не на проведение пустых, театральных встреч. Его партнер по переговорам, Чжоу, был того же мнения. У каждого из них были очень разные точки зрения по большинству ключевых вопросов. Но они очень серьезно относились к переговорам, которые были тщательно спланированы. Оба пришли к выводу, что для достижения продуктивных результатов каждая страна должна найти способы сократить, если не полностью устранить, давние разногласия. Они считали, что обязательства и конкретные действия обеих сторон имеют решающее значение. Например, в области торговли обе стороны снизили ряд барьеров и инициировали серию консультаций на высоком уровне по основным геополитическим вопросам и угрозам стабильности того периода.

В ходе недавних переговоров с Россией Соединенные Штаты пошли на ряд уступок, зачастую в ущерб Украине. Однако со стороны Кремля не было проявлено никакой взаимности. Россия не желает возвращать ни одной части украинской территории, которую она захватила и в настоящее время оккупирует. Она не готова принять требования Запада о предоставлении надежных гарантий безопасности Украине и всему региону в целом и требует права вето в отношении этих гарантий. Она также не готова согласиться с тем, что украинские и европейские лидеры имеют большой интерес в исходе переговоров и, следовательно, должны играть в них ключевую роль.

Путин умный и опытный человек; никто не должен недооценивать ни его, ни его министра иностранных дел Сергея Лаврова, который жил в США и понимает, что американцы часто устают от долгих, нерешительных и дорогостоящих войн. Оба эти человека явно надеются на то, что это повторится вновь.

В ходе моего общения с Путиным, которое началось в начале 1990-х годов в Санкт-Петербурге, я обнаружил, что он также является убежденным националистом. Он испытывает глубокую обиду на то, что, по его мнению, Соединенные Штаты и Запад сыграли решающую роль в распаде Советского Союза и в течение более чем десяти лет после этого пользовались слабостью России. Со временем я стал свидетелем того, как на саммитах "Группы двадцати", "Группы восьми" и двусторонних саммитах он уделял большое внимание восстановлению утраченного влияния России и возвращению утраченных советских территорий, некоторые из которых принадлежали еще царской России. По его мнению, для этого необходимо было оттеснить западную мощь и влияние от российских границ и в целом ослабить военный потенциал и волю Запада в Европе. Более того, Путин все больше стал рассматривать величие России как неотделимое от своего собственного.

Поэтому Путин с радостью принимает все полученные уступки и наслаждается символическими жестами со стороны Вашингтона. В свою очередь, он отвечает эскалацией войны, отрицанием легитимности Украины и ее президента и требованием новых невозможных уступок от Украины, США и НАТО.

Могут ли переговоры в таких условиях когда-либо привести к установлению доверия между сторонами и конструктивным и заслуживающим доверия действиям со стороны России? Если ответ отрицательный, как это и кажется, то остается лишь несколько вариантов, кроме как значительно усилить давление со стороны Запада, в частности в виде гораздо более жестких санкций, дальнейшей и усиленной военной поддержки Украины, а также ощутимых доказательств прочной решимости США и Запада. Недавние переговоры теперь кажутся не более чем миражом. Соединенные Штаты должны избегать увлечения этим миражом и постоянного введения себя в заблуждение.

Понять фундаментальную экономическую слабость России

На протяжении многих лет Соединенные Штаты переоценивали силу российской экономики, в то время как Москва умело маскировала свои значительные экономические слабости. Киссинджер хорошо это понимал. А те из нас, кто путешествовал с ним по Советскому Союзу, особенно за пределами Москвы, остро ощущали, насколько слаба была советская экономика, основанная на нефти.

Как экономический советник Киссинджера, я должен был информировать его, среди прочего, о состоянии советской экономики. Мы много раз обсуждали последствия того, что я и ряд моих коллег считали ее слабостью, несмотря на то, что нам говорила советская пропаганда. Киссинджер быстро понял суть и значение этих реалий, а также их связь с внешней политикой и стратегическими целями США. Он регулярно информировал президента о слабости советской экономики и соответствующей хрупкости советского руководства. В начале 1970-х годов Киссинджер также рассматривал эту слабость как возможность улучшить американо-советские отношения.

Соединенные Штаты и Запад постоянно засыпают российской пропагандой, утверждающей, что российская экономика достаточно сильна, чтобы бесконечно поддерживать текущую войну. Это не так. Инфляция в России уже примерно в пять раз выше, чем в Соединенных Штатах или большинстве других стран Запада, а дефицит бюджета в этом году выше, чем когда-либо с момента начала полномасштабного вторжения.

Если Россия приступит к серьезным мирным переговорам по поводу войны в Украине или к некоторому отступлению в этой стране, то это, скорее всего, будет не столько результатом успешного оттеснения украинскими войсками российских сил за границу (хотя США должны поддерживать эту цель, поставляя Киеву дополнительное оружие), сколько результатом дополнительных мер, способствующих ухудшению экономического положения России и новому значительному сокращению ее валютных резервов.

Важно Санкции Запада бьют по Кремлю: дефицит и рост цен охватывают все отрасли РФ

Этот процесс значительно ускорился бы — а вместе с ним и готовность Москвы вести переговоры о справедливом мире — если бы Соединенные Штаты, их союзники и партнеры ввели против России гораздо более жесткие экономические санкции. США также должны приложить больше усилий для обеспечения соблюдения существующих санкций.

Как, вероятно, отметил бы Киссинджер, опираясь на свой опыт в международной силовой политике, решающим моментом здесь является не то, что делают или не делают несколько других стран, а то, что отвечает интересам США. Поддержка свободной и демократической Украины и прекращение войны в этой стране определенно относятся к этой категории. Недостаточные меры по немедленному сокращению импорта энергоресурсов со стороны небольшого числа других стран НАТО не должны быть поводом для США откладывать введение более жестких санкций.

Россия не может вести войну бесконечно, особенно если будут введены жесткие дополнительные санкции. Более тысячи транснациональных компаний уже покинули Россию или сократили свою деятельность в этой стране, что, по оценкам, привело к потере 14 миллионов рабочих мест. Более двух миллионов высококвалифицированных работников в сфере технологий покинули страну, унеся с собой значительные объемы капитала. Иностранные инвестиции сократились с примерно 100 миллиардов долларов в год до почти нуля; нет никаких признаков новых инвестиций на горизонте, даже со стороны близкого союзника России — Китая. Этот исход был хорошо задокументирован исследователями под руководством Джеффа Сонненфельда из Йельской школы менеджмента.

Украинские ракеты и беспилотники значительно ухудшили экономическую ситуацию в России, особенно в нефтегазовой инфраструктуре, что привело к увеличению бюджетных расходов. Поддержка Украины в усилении таких мер усугубит этот ущерб и эти расходы. Стоит напомнить, что одной из главных причин вывода советских войск из Афганистана в 1989 году была перспектива банкротства.

Избегать варшавской переговорной ловушки

Киссенджеровская точка зрения на дипломатию с Россией признает необходимость избежать дальнейших бесплодных переговоров, подобных Варшавским. Не принося никаких результатов, такие переговоры подрывают авторитет США и дают России время для создания еще большего хаоса. Соединенные Штаты должны послать Кремлю четкий сигнал о том, что его отказ от добросовестных переговоров, продолжающиеся неприемлемые требования и смертоносная волна атак обойдутся ему дорого. Заявление Трампа после встречи с Зеленским в конце сентября о том, что Россия является "бумажным тигром" и Украина может вернуть все свои довоенные территории, было многообещающим, но он не стал обещать более прямую поддержку со стороны США. Сейчас настал срочный момент для восстановления такой поддержки и, таким образом, увеличения помощи со стороны других стран НАТО.

Способность Москвы уходить от ответственности за задержки, вероятно, рассматривается в Кремле как проверка решимости Запада. Если Россия уверена, что США и их союзники отреагируют на ее действия лишь мягкими санкциями и несколькими поставками нового оружия, то Кремль будет считать, что может пойти дальше в Украине и за ее пределами. Недавние вторжения в воздушное пространство Польши, Эстонии, Дании и Румынии, вероятно, являются доказательством этой убежденности.

Западные лидеры должны ожидать гораздо большего числа подобных и более серьезных провокаций, если Соединенные Штаты или их союзники проявят нерешительность. Со временем безопасность Европы, наряду с безопасностью Соединенных Штатов, будет подвергаться эрозии. Недавние решения США о продаже оружия и обмене разведданными могут помочь развеять ощущение России, что ей сойдут с рук такие действия, но только в том случае, если за ними последуют дальнейшие, более жесткие меры и значительно ужесточенные и более широкие санкции.

Стоять на правильной стороне истории

Никсон и Киссинджер обеспечили себе место в истории не только благодаря налаживанию более нормальных и стабильных отношений США с Китаем, но и благодаря своим решительным мерам в отношении Советского Союза во время холодной войны. Несколько лет спустя то же самое сделали президент США Рональд Рейган и госсекретарь Джеймс Бейкер. Большинство историков и те, кто полагается на США как на партнера и моральную силу, считают, что эти лидеры были на правильной стороне истории.

Для Трампа это момент, когда он тоже может занять правильную позицию в истории — чтобы его помнили поколения за то, что он взялся за противника, который презирает мораль и демократические ценности, жаждет агрессии и ведет неискренние переговоры, заявляя о своем стремлении к миру, но при этом причиняя еще больше разрушений и убивая еще больше людей.

Действуя смело — прямо сейчас — чтобы ввести значительно ужесточенные санкции, предоставить Украине больше оружия большей мощности, расширить обмен разведданными с Киевом и оказать дипломатическую поддержку этой стране, защищающейся от российской агрессии, Трамп поставит себя и Соединенные Штаты на правильную сторону истории. И все американцы должны поддержать президента, если он поступит таким образом.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.

Источник

Важно Избиение пряником: почему на самом деле Трамп рассказывает о вероятных поставках Украине ракет Томагавк