Домашние животные старого Киева: собак освящали в храмах, а голубей отвозили за город

Спросив у обычного киевлянина, жившего в начале XX века, «кто лучше - кошка или собака?», мы бы столкнулись с недоумением и непониманием. Мяукающих и лающих заводили тогда большей частью с утилитарными целями. Кошка должна ловить мышей, а собака - охранять двор. «А вот голуби - это да. Это наше, это для души», - получили бы мы ответ. Прав такой среднестатистический киевлянин был бы лишь частично. Голубеводство лидировало как народное увлечение, но и содержание привычных для нас домашних животных стремительно входило в моду. О том, кого заводили в своих домах наши предки, каким породам отдавали предпочтение и сколько стоило это увлечение - в материале Коротко про.

Золотые рыбки: талисман и признак интеллигентности

Киев, осень 1907 года. У входа в элитный ресторан Grand Hotel (расположенном на месте нынешнего Главпочтамта) внушительная очередь. Публика толпится в ожидании открытия выставки коллекций городских аквариумистов. Всего таких в зимнем саду ресторана, оформленном в виде туфового грота, представлено около 50. Золотые рыбки, гурами и акантофтальмусы, немного молли и гуппи (редкость в те годы). А еще в отдельном аквариуме - отечественные бычки с Буга, налимы и другие обитатели Днепра.

Европейская мода на золотых рыбок, возникшая в последней четверти XIX века, добралась и захлестнула Киев. Если не иметь дома собственный аквариум, то уж поглазеть на чужие сокровища мечтали едва ли не все.

Активных же аквариумистов было около 1000 (что немного для четвертьмиллионного города). В основном зажиточные киевляне - знать, купцы и представители интеллигенции. Для первых - рыбки в хрустальных шарах были элементом обязательного декора. Для вторых - признак статуса, как увесистая золотая цепь на шее в 90-х годах XX века. А для последних - еще и признак хорошего тона, сопричастности к культурной среде. Создавались общества любителей аквариумистики, люди посещали лекции и семинары. Да, всерьез и долго говорили о правильном содержании рыбок в аквариумах.

Естественно, на спрос реагировал и рынок. Рыбки продавались в десятке специализированных магазинов на Крещатике и на Подоле. Ими обменивались на «птичьих рынках». Их заказывали из-за границы. В основном из Европы, реже из Китая или Южной Америки. Цена за пару варьировала от 1 до 10 рублей (немного меньше 1–10 тысяч гривен в современном эквиваленте).

А еще свято верили, что золотая рыбка в доме - это талисман, притягивающий удачу и благополучие. Бытовала практика (хоть и не повальная) освящения на Рождество или Пасху аквариумов в церквях - «на удачу для дома».

Голуби: голубеграммы и киевские высоколетные

3 мая 1892 года. У пароходной пристани на Почтовой площади шумно и празднично. У причала - пароход, украшенный флагами и вымпелами. На палубе играет духовой оркестр. «Общество голубиного спорта» проводит первые показательные состязания почтовых голубей. Прогулочное судно, под завязку утрамбованное публикой, отчаливает в сторону Китаева. Выпущенные в небо голуби доставляют адресные депеши (голубеграммы). Первую - киевскому губернатору Драгомирову (фанату голубиного спорта), вторую - медиапартнеру проекта, редакции газеты «Киевлянинъ».

Такие шоу со временем становятся одним из любимых развлечений горожан. Птиц отвозят и выпускают все дальше от Киева, вплоть до Бреста. За доставленное письмо берут плату в 1 рубль (около 1000 нынешних гривен), а хозяин первого вернувшегося голубя получает приз до 75 рублей (на минуточку, около 75 тысяч гривен!).

Только зарегистрированных в обществе голубеводов к началу XX века в городе было около 400 человек. Внесенных в реестр птиц - около 10 000. Но сколько пернатых содержалось в обычных дворовых голубятнях, никто не считал. Увлечение стало повальным, мало какой квартал обходился без своей голубиной фермы.

«В Подоле, где теснота, голуби - любимцы дворов. Купцы держат их в голубятнях на крышах, выпуская на волю, и их полет над Днепром - зрелище, достойное киевских холмов», - писал Николай Закревский в «Описании Киева» в 1868 году.

Особой гордостью горожан стала своя порода - киевские высоколетные, они же киевские светлые. Их вывели в середине XIX века и уже тогда отмечали энергичность, виртуозный полет и умение при любой погоде находить дорогу домой. Вторыми по популярности были светлые монашенки. Яркая декоративная порода, представители которой делали в воздухе такие кульбиты, что аж дух захватывало.

Цены на птиц, в зависимости от породы, варьировались от 50 копеек до 50 рублей за пару. Средняя же стоимость обычно не доходила до десятки.

«Продается пара киевских высоколетных голубей - чистой породы, для спорта. Цена 3 рубля. Подол, лавка на Андреевском спуске», - сообщалось в объявлении в газете «Южный край» от 12 июля 1890 года.

Голубей тоже было принято освящать в церкви на Рождество и Пасху. Особенно на Подоле, где их выпускали в небо с молитвами за упокой предков. Считалось, что это помогает душам близких подняться на небеса.

Собаки: бульдоги для купцов и парки для дам с собачками

Мариинский парк и Крещатик с прилегающими к нему скверами в теплое время года превращались в огромную собачью площадку. Продефилировать здесь с питомцем на поводке или с миниатюрной собачкой в специальной корзине-сумочке считалось статусно и престижно для каждого уважающего себя киевлянина.

Любопытно и контрастно, что совсем рядом на Софийской площади полицейские арестовывали бесхозных свиней, забредавших туда из частного сектора. Если хозяин не объявлялся, животных отправляли на пропитание арестантам. Но это другая история. Собаки же солидных господ и дам на аллеях парков были делом привычным. «На Крещатике часто можно увидеть дам с собаками, что свидетельствует о высоком социальном статусе их владельцев», - писали в «Киевлянине» в 1912 году.

«В воскресные дни Мариинский парк становится центром прогулок киевлян, где дамы с маленькими собачками привлекают внимание прохожих», - подтверждал журнал «Киевская старина» в 1903 году.

Показательно: именно «дамы» и именно «маленькие собачки». Больших тогда в квартирах держать было не принято. Только для охраны домов или в помещичьих усадьбах. Равно как и особей крупных охотничьих пород.

Наиболее популярными породами тогда были английские спаниели, мопсы, французские бульдоги и, конечно, пудели и таксы.

«В Киеве в мещанских квартирах собаки - это таксы, коротконогие проказники, которые грызут тапки и лают на самовар. Хозяева их балуют, как детей - кормят с рук и водят на цепи по Крещатику», - писал в письме брату Антон Чехов в 1888 году.

Цены на щенков зависели от «модности» породы, ее уникальности и родословной. Например, предпочитавшие бульдогов купцы готовы были выложить за щенка 50 рублей (под 50 тысяч гривен по нынешним ценам). Полезные не только в статусных выходах, но и в охоте английские спаниели могли «потянуть» на 30 рублей за щенка, а вот универсальная такса стоила обычно 5–10 рублей (до 10 тысяч гривен, цена, соответствующая сегодняшней, кстати).

Из всех представителей домашних животных именно собак чаще других можно было увидеть рядом с церквями в дни главных религиозных праздников. Их, независимо от размера, масти и породы, принято было (хоть и не системно ) освящать для «защиты дома».

Коты: непубличное большинство с мистическим шлейфом

В 1909 году в Киеве, на улице Гоголевской, 23, открылся новый доходный дом. Событие для тех времен рядовое, будничное. Но его внешнее оформление - присутствие на фасаде фигур котов - заставило говорить об этом весь город. Две метровые белые кошки с зелеными глазами по бокам от большого арочного окна на первом этаже тут же были названы «стражами» дома, защищающими его от нечисти. Строение назвали «домом с кошками», несмотря на то, что в его декоре присутствуют еще и совы с химерами. В целом доходное заведение вышло весьма заурядное, даже квартиры получились неудобными и маленькими. А узнаваемость сохранилась до наших дней. Сам этот факт - лишнее доказательство особого отношения киевлян к кошачьей касте среди домашних животных.

Публичная популярность кошек далека от той, что доставалась собакам, голубям и даже аквариумным рыбкам. Выставки с их участием не проводились, в свет (на прогулки в парк) с ними не выходили, да и писали в газетах и путевых заметках о них гораздо меньше. И при этом котов в домовладениях было гораздо больше, чем любых других животных: практически в каждом втором хозяйстве держали своего охотника за мышами.

Котам досталась другая ниша в быту предков. Львиная ее доля связана с мистикой и народными поверьями.

«На Подоле старухи говорят: черный кот, что сам пришел в дом, - это душа предка или защита от нечисти. Его нельзя гнать, а надо кормить молоком, иначе беда. Если же кот убежал из дому перед праздником, жди вестей недобрых», - писал в фольклорном сборнике «Народные поверья Киевщины» Михаил Грушевский в 1890-х годах. Он же отмечал еще одну старинную примету. В некоторых семьях кота первым впускали в новый дом, чтобы он «договорился» с домовым.

Шлейф мистики тянется за кошачьими историями даже в газетных объявлениях той эпохи.

«Отдам черного кота, здорового, мышелов. Бесплатно, но только в добрый дом, дабы не прогневить судьбу», - находим на страницах «Киевлянина» за 3 апреля 1911 г.

А вот еще: «Потерян кот, черный с белой грудкой, звать Дымок. Хозяева в печали, верьте, он приносит удачу. Награда 7 руб.». Это уже газета «Курьер Киевский» за 12 июля 1909 г.

Обратите внимание на сумму вознаграждения - почти 7 тысяч гривен в пересчете на сегодняшний день. Приличные деньги!

Кстати, о ценах. Дворовые коты обычно или раздавались просто так, или продавались за символические «три копейки». Редкие гости - «кошки для дамских комнат», такие как ангорские или персидские - предлагались за сумму от 10 до 30 рублей. Но желающих как купить, так и продать таких животных были единицы. Большинство киевлян ориентировались на «мурзиков», подобранных на улице.

А еще котов и кошек освящать в храмы не носили даже по большим праздникам. Церковь не считала этих животных «дьявольскими» или «нечистыми», но от греха подальше обряды с ними не проводила.

Кстати

В Голосеевском лесу мог напасть волк, а на диких котов объявляли охоту

Представители дикой природы в те времена зачастую находились в опасной близости с человеком.

В инструкциях для путешественников писали: «Во время своего визита в Киев не стоит выезжать на левый берег: на пути к Броварам людей часто загрызают волки. Такая же судьба может ожидать гуляющих в Голосеевском лесу. Туда цивилизация еще не дошла».

Волки, лисы, кабаны и даже медведи запросто могли встретиться всего в паре сотен метров от домов на окраинах города. На них регулярно проводились облавы. Среди прочих, целями для охоты были и лесные коты. Их тогда расплодилось огромное количество. Среди зоологов не было однозначного мнения - это обычные европейские лесные коты или одичавшие бывшие домашние.

«Эти звери живут в норах, в порядочном числе расположенных на островах Днепра в кучугурах, в оврагах среди лесов, ведут себя осторожно. Окраска чаще всего черная, реже рябая и желтая с полосками», - писал харьковский зоолог Виктор Аверин.

Охотники с ними не церемонились, ведь кур с подворий коты таскали получше лис, и в коллекциях трофеев шкурки котов встречались куда чаще, чем других лесных хищников.

В тему

Первой киевской полицейской собакой был эрдельтерьер

Айрдель-терьер - так причудливо называли тогда эрдельтерьеров, ставших мегапопулярной на излете советских времен благодаря фильму «Приключения Электроника». В сыскной полиции Киева 4 таких собаки появились в 1904 году.

«В Германии было приобретено 4 собаки-ищейки породы айрдель-терьер обоего пола. Сука по кличке Гексе уже несколько месяцев прослужила в германской полиции, премирована на состязаниях служебных собак и отличилась при задержании двух преступников», - отмечалось в «Отчете о деятельности Сыскного Отделения Киевской городской полиции за 1902–1905 гг.».

Полицейского Александра Ерганта, назначенного быть кинологом, заранее отправили в Германию. Там он прошел курсы дрессировщиков и вернулся обратно уже с животными. Инновация обошлась казне в 695 рублей (приблизительно 700 тысяч гривен в современном эквиваленте). Общество возмутилось, мол, дорого, а бандитов можно и без собак ловить! Однако привлечение ищеек дало поразительный результат. Раскрываемость преступлений по горячим следам выросла более чем на 50%. Уже к 1908 году в Киеве стали проводить выставки служебных собак, собиравшие полные трибуны публики.