Вас интересует тьма? Как Украина оказалась перед угрозой новых блэкаутов

10 октября президент Владимир Зеленский собрал на совещание руководство своего Офиса, Министерства иностранных дел, Минобороны и других.

Первым вопросом на повестке дня стоял аудит договоренностей с партнерами по военной помощи, в частности для защиты энергетики.

Telegram-канал Zelenskiy / Official.

Среди прочего глава государства хотел разобраться, и не впервой на таких встречах, кто за что отвечает в энергетике, какая структура какие объекты защищает, и чем он как президент может помочь на своем уровне.

Предыдущая такая Ставка 6 октября закончилась тяжелым разговором на повышенных тонах.

Заседание 10-го числа происходило на фоне возобновления россиянами массированных обстрелов энергетики.

Более того, в тот день враг атаковал две киевские ТЭЦ.

И, к сожалению, довольно успешно: половина Киева осталась без света и воды.

Даже в правительственном квартале водоснабжение остановилось, поэтому участники совещания могли бы из окна ОП увидеть цистерны с технической водой, которые должны были подогнать под здания органов власти.

У подобных разговоров с разным набором персонажей у президента постоянно вырисовывается один финал.

Чем дольше длится совещание, тем меньше ясности в том, кто за что отвечает и кто будет выполнять поставленные на предыдущей встрече задачи.

В какой-то момент Зеленский в праведном гневе просто переходит на крик, чтобы заставить чиновников говорить по существу, перестать повторять пустые фразы и перекладывать ответственность.

Обычно он требует довольно простых вещей: объяснить, например, сколько и каких объектов энергосети защищено, а какие надо закрыть, чтобы страна не погрузилась во тьму и не утонула в остатках собственной жизнедеятельности.

В вопросе же "кто виноват, что огромная часть сети прикрыта кое-как?" у министров и руководителей профильных госорганов обычно не находится другого ответа чем – "предшественники".

Вот только того же экс-вице-премьера Александра Кубракова, команда которого начинала возводить защиту для энергообъектов, уволили более полутора лет назад.

То есть "новые" чиновники на должностях достраивают эти укрытия дольше, чем "предшественники" строили.

И можно попробовать показательно догонять бывших, как некоторые предлагают на Ставке, но это никак не решит вопрос некомпетентности нынешних.

Как и вопросы защиты газодобычи, огромных объектов тепло- и электрогенерации или газовых хранилищ.

По сообщениям "Нафтогаза", за последнюю неделю Россия трижды массированно била по газовым объектам Украины.

Киев и многие области уже переходят в режим отключений света.

Устоит ли украинская энергетическая система под российскими атаками, к каким сценариям стоит готовиться, где проблемы со светом будут гарантированно и как Россия сменила свою тактику на террор крупных городов, разобралась "Украинская правда".

Новая фаза энергетической войны: что изменила Россия.

Ближайший отопительный сезон вполне может при определенных сценариях оказаться более сложным и проблемным, чем зима 2022–2023 годов, когда Украина пережила десятки массированных атак, полный блэкаут и одновременное обесточивание для более 10 миллионов человек.

Собеседники УП в энергетической отрасли отмечают, что по характеру последних ударов и масштабу разрушений видно, что на этот раз Россия настроена действовать еще более цинично.

Если в 2022–2023 Россия полагалась на "ковровые бомбардировки", атакуя большим количеством ракет и дронов различные объекты в разных уголках страны, то сейчас она применяет тактику "поэтапного откусывания".

Враг выбивает энергетику Украины регион за регионом.

Как это выглядит на практике? Сначала – локальные атаки по прифронтовым и приграничным регионам.

В первую очередь речь идет о Сумщине и Черниговщине, которые сейчас страдают больше всего.

Пока менее интенсивно, но также регулярно обстреливаются Харьковщина, Одесская, Николаевская и Днепропетровская области.

Во всех этих регионах враг пытается методично уничтожать энергетическую систему целиком: и местную генерацию, и ее доставку через крупные подстанции "Укрэнерго" и даже распределение в крупных городах через подстанции облэнерго.

В августе – сентябре это делалось преимущественно дронами – как правило, один объект атаковали около 10 беспилотников, в отдельных случаях количество БПЛА могло доходить и до 40 штук.

Еще одно изменение – теперь россияне бьют не большой волной одновременно, как прежде, а сериями с интервалами по несколько дронов каждый час.

Такую тактику украинские энергетики наблюдают впервые.

После дроновых атак идут массированные удары по генерации, с использованием в том числе баллистики.

Последняя из них произошла 10 октября, когда пострадал ряд гидроэлектростанций, Приднепровская и Криворожская ТЭС и столичные ТЭЦ.

Большинство из объектов получили серьезные повреждения.

Глобальный замысел врага неизменен – разбалансировать систему и вызвать каскадную аварию, которую принято называть блэкаутом.

Для этого россияне пытаются сначала разделить энергосистему страны на две большие части и сделать их неуправляемыми.

На карте их цель выглядит примерно так:.

Чтобы вызвать масштабный блэкаут, россияне пытаются разорвать энергосистему Украины пополам.

Красная линия на карте – это условный "энергетический водораздел", который отделяет "левобережную" и "правобережную" части страны.

Цель – создать дефицит на востоке страны, где исторически потребление всегда выше, а почти вся местная генерация уже разбита, и постепенно парализовать переток электроэнергии с запада в восточные регионы.

В итоге страна может оказаться в двух реальностях: дефицитный восток и профицитный запад, между которыми очень ослаблены "пересечения".

Это идеальная ситуация для врага, чтобы вызвать блэкаут.

Следующим шагом может быть удар по маневровой генерации в западных областях (тепловые электростанции), а впоследствии – атака по распределительным устройствам атомных электростанций.

Если эти объекты одновременно получат существенные повреждения, атомные станции не смогут выдавать электричество потребителям, возможен скачок частоты и системная авария.

Это сценарий, который украинские энергетики хорошо помнят с 23 ноября 2022-го, когда страна пережила самый большой блэкаут в своей истории.

Без света, воды и отопления одновременно остались более 10 миллионов человек.

Энергосистему удалось стабилизировать примерно через сутки, но восстановление электричества в регионах продолжалось 2–3 дня, в отдельных местах – до недели.

К чему готовиться украинцам.

К длительным аварийным и плановым отключениям.

Как показывает опыт прошлых лет, за одну-две атаки враг способен выбить больший объем генерации, чем Украина может вернуть за целое лето.

"Эта зима точно будет дефицитной.

Уже сегодня аварийные отключения действуют почти по всей стране.

Скорее всего, зимой нас ожидает сценарий "4х2": четыре часа без света, два – со светом", – прогнозирует представитель одной из государственных энергетических компаний.

При этом уже очевидно, что самой сложной ситуация будет в прифронтовых и приграничных регионах.

В первую очередь это касается уже упомянутых Черниговской и Сумской областей, также под угрозой Харьковская, Запорожье, Днепропетровская, Николаевская, Одесская, Херсонская области.

По словам собеседника, одна из ключевых проблем состоит в том, что противовоздушная оборона не может обеспечить стопроцентную защиту.

"Если на один объект летят 30–50 дронов и ракет, даже самые мощные системы не способны перехватить все.

А для вывода энергоблока электростанции из строя достаточно одного точного попадания.

Что касается подстанций, то технически последствия обстрела можно ликвидировать за 2–3 недели, но это не спасает, если нет генерации", – объясняет он.

Параллельно россияне бьют и по газовой инфраструктуре: добыча, компрессоры подземных хранилищ, распределительные сети облгазов.

"Их цель – не только разрушить энергетику, но и нарушить баланс газа, чтобы Украина в том числе не могла стабильно поставлять топливо для генерации электричества и тепла", – говорит не под запись топ-менеджер другой энергетической компании.

Усложняет ситуацию и тот факт, что планировать и готовить массированные обстрелы российским военным помогают их энергетики, которые точно знают наши пробелы и слабые места.

"Это уже не война вооружений – это война инженеров.

С обеих сторон сидят энергетики, которые следят за обстрелами, считают мегаватты, резервы.

Одни строят, другие разрушают.

И линия фронта теперь проходит не только в окопах, но и между диспетчерскими пультами", – добавляет представитель одной из компаний.

Три уровня защиты, двое строителей и одна неизвестность.

Кроме системы ПВО спасти трансформаторные подстанции и распределительные пункты могут и должны были бы системы физической защиты.

Проще говоря – укрытия.

Впервые их начали возводить еще осенью 2022 года, когда после атак по энергетике Харькова россияне начали бить по крупным подстанциям.

Тогда первой системой защиты стали большие мешки с песком, габионы, которыми энергетики просто прикрывали трансформаторы от обломков.

"Тогда и "Шахеды" были не такие точные, и ракеты прилетали куда-то в поля.

Поэтому эти мешки спокойно спасали от обломков, когда взрывалось где-то рядом", – вспоминает один из чиновников, привлеченных к поиску решения по защите.

Но уже тогда было очевидно, что просто мешками энергосистему не защитить.

У Зеленского тогда решили, что этим вопросом следует заниматься системно и поручили его команде Александра Кубракова и подотчетному его министерству Агентству по восстановлению, которое тогда возглавлял Мустафа Найем.

"Они быстро пошли в Генштаб, собрали военных и попросили сделать расчеты, что собственно надо построить, чтобы оно выдерживало удар дронов, а что – для ракет.

У Залужного тогда был генерал Коваль, у которого собралась команда реально крутых инженеров.

Они все посчитали.

И получилась система из трех уровней защиты", – вспоминает один из членов тогдашней команды Кубракова.

Упомянутая система предусматривала, что первый уровень защиты – это будут габионы с песком.

Второй уровень предполагает закрыть бетонными и металлическими конструкциями крупные трансформаторы на ключевых подстанциях.

Третий уровень защиты заключался в том, чтобы полностью закрыть бетонными и железными конструкциями всю подстанцию и засыпать ее сверху землей.

В общем надо было закрыть около 80 ключевых трансформаторных подстанций по стране, которые обеспечивали бы устойчивость всей системы.

"В "Укрэнерго" было около 80 ключевых 750 мегавольтовых подстанций и 330 мВ, которые составляли ядро системы.

У президента решили, что 20 важнейших подстанций должно защитить Агентство восстановления.

Там на большинстве должны были построить второй уровень защиты.

На какой-то части запланировали строить третий уровень.

Остальные около 60 подстанций должно было защитить именно "Укрэнерго"", – объясняет собеседник, причастный к строительству.

Строительство шло, но почти сразу под акомпанемент политических разборок.

Тогдашний премьер Денис Шмыгаль никак не мог понять, почему комплекс защиты второго уровня от Агентства стоит в 2–3 раза больше в миллионах гривен, чем похожие сооружения, которые строит "Укрэнерго".

На этом фоне состоялась масса совещаний и ссор, задержек денег, срывов сроков и тому подобных внутрисистемных сбоев.

"Там все просто.

Никто не думает, что все объекты Агентства имеют заключение Генштаба, с подписями и печатями, которые определяли, что именно и как должно быть построено.

И если сказано, что должно быть столько сантиметров бетона, а столько миллиметров металла, то там так и построено.

И, как следствие, в подстанцию в Нежине прилетают сначала 8 дронов, потом еще 12, а трансформатор даже не прекращает работу", – объясняет видение Агентства один из привлеченных к его работе бывших чиновников.

"А в Кировоградской области вот недавно "Укрэнерго" построило по своему "более дешевому и красивому" проекту два дрона – и вся подстанция сгорела.

Теперь все эти расходы на замену и простой без света надо тоже включить в цену проекта?" – добавляет возмущенный экс-чиновник.

Но в конце концов и из-за вопроса цен, и из-за масштабных "недостроев" третьего уровня защиты, и просто из-за политики команду Кубракова из власти вытеснили.

Когда это произошло весной 2024 года, на их объектах готовность укрытий второго уровня была в среднем на отметке 85%.

"Укрэнерго" на тогда имело около 40%.

Но главные проблемы начались, когда из власти попросили не только Кубракова, но и руководителя "Укрэнерго" Владимира Кудрицкого.

"У Кудрицкого была очень хорошая репутация у партнеров, поэтому он имел большой портфель дешевых кредитов для компании.

Это давало возможности для маневров.

Когда Галущенко и компания его выжили, то постепенно почти все кредиторы перестали работать с "Укрэнерго".

И ресурсы у компании закончились", – объясняет один из действующих нардепов властной фракции, знакомый со сферой энергетики.

Отдельно против страны сыграл фактор расслабленности.

После относительно спокойной зимы 2024–2025 годов власть в целом и команда одиозного экс-министра энергетики Галущенко в частности полностью потеряла из фокуса финансирование защиты энергообъектов.

У них появились более интересные темы, такие как переламывание Верховной Рады на закупку "болгарских" реакторов для Хмельницкой АЭС.

Кадровые вопросы у регуляторов или в профильных госкомпаниях занимали куда больше времени и сил, чем подготовка ко вполне прогнозируемым атакам.

Особенно в разгар смены правительства, когда технологи Галущенко поняли, что не существует схемы, как оставить его на посту в Минэнерго – настолько токсичным стал их клиент.

Тогда возникла идея поставить руководить энергетикой страны Светлану Гринчук, которая в ней никогда не работала, но которая будет тотально управляемой самим Германом Валерьевичем и его начальниками во власти.

"Гринчук даже жалко.

Герман все "интересное" продолжает решать, как и решал.

Но он все равно себе в случае чего в другом министерстве работает.

А Светлана оказалась просто посреди шторма.

Еще только октябрь, а система уже шатается и исправить что-то шансы минимальные", – рассуждает в разговоре с УП один из информированных "слуг".

Почти всю первую половину года энергетическая команда власти занималась чем угодно, но не защитой сети.

Еще в феврале 2025 года глава Агентства восстановления отчитывался об окончании на 90% всех объектов второго уровня защиты.

По состоянию на октябрь они до сих пор незавершены, во многих регионах работы возобновились лишь несколько недель назад.

"Зеленский еще с лета пытается всех этих своих энергетиков заставить работать, областным военным администрациям еще несколько месяцев назад дали команду защищать меньшие подстанции на уровне облэнерго и ниже.

Никто ничего кроме Запорожской области не делал", – рассказывает УП один из знакомых с ситуацией собеседников с энергорынка.

"Недавно определили, что вице-премьер Кулеба будет заниматься этим вопросом.

А ОВА дружно и радостно все сваливают опять на Агентство восстановления.

Новый глава Сухомлин пытается это как-то все свести.

Но это просто нереально сделать за 2–3 месяца, как стоит команда.

Он уже подрядчикам говорит, что за срывы сроков могут их всех и расстрелять.

Но это не изменит реальности", – добавляет собеседник.

"Но самое страшное, что президент на этих ставках просит хоть кого-то конкретно объяснить, кто какие объекты закрывает, на какие необходима дополнительная защита.

А все просто опускают глаза и перебрасывают ответственность на кого-то другого", – с грустью в голосе описывает атмосферу на Ставке один из ее свидетелей.

Николай Топалов, Роман Романюк, УП.