Хорошо забытое старое: какие проекты в сфере энергетики Украина готова предложить США/Перспективы проектов несколько туманны

Украина намерена развивать сотрудничество с США в энергетической сфере. По словам президента Владимира Зеленского, американских партнеров могут заинтересовать совместные проекты в строительстве терминала сжиженного газа под Одессой, эксплуатации нефтепровода "Одесса-Броды", а также по развитию атомной энергетики в нашей стране. "Апостроф" изучил потенциальные украино-американские энергетические проекты и оценил перспективы их реализации.

Украина и США могут реализовать несколько проектов в сфере энергетики. Об этом сообщил украинский президент Владимир Зеленский.

"Как вариант, ставить LNG-терминал в Одессе. Но здесь надо договариваться с Турцией, чтобы Босфор работал для этого", – сказал глава государства.

Зеленский уточнил, что этот проект уже представлен американской стороне.

Еще одна потенциальная сфера двустороннего сотрудничества – атомная энергетика. Президент напомнил, что в Украине на четырех атомных электростанциях есть 15 энергоблоков, шесть из которых - на Запорожской АЭС – находятся под временной оккупацией страны-агрессора.

"Мы можем построить дополнительные девять блоков в Украине, если будем сотрудничать с американцами", – отметил Владимир Зеленский.

И, наконец, по его словам, две страны могли бы сотрудничать по проекту нефтепровода "Одесса-Броды”.

LNG-терминал и тень "лыжного инструктора"

Что же это за проекты, о которых рассказал президент? И действительно ли они столь многообещающие?

Попробуем разобраться. И начнем по порядку – как их представил Владимир Зеленский.

На самом деле, идея строительства терминала по приему сжиженного газа не нова. Руководители Украины, даже такие, как Виктор Янукович, мучительно пытались найти способы уменьшить зависимость страны от российских энергоносителей, и одним из них виделся LNG-терминал, идея строительства которого выкристаллизовалась на волне "сланцевой революции" и развитии технологий по сжижению и разжижению газа.

В 2012 году, когда президентом был как раз Янукович, было подписано соглашение о строительстве СПГ-терминала под Одессой с испанской компанией Gas Natural Fenosa. Правда, вскоре выяснилось, что соглашение – полнейшая фикция, так как с испанской стороны документ подписал некий "лыжный инструктор", не имевший к упомянутой компании никакого отношения.

В 2014 году, уже при новой власти, о проекте LNG-терминала под Одессой вспомнили, правда, ненадолго. И с того времени о нем ничего не было слышно.

"Думаю, что чиновники вытащили из архива несколько проектов, взяли этот и не особо раздумывая, предложили его президенту", – иронизирует в разговоре с "Апострофом" директор энергетических программ Центра Разумкова Владимир Омельченко.

Эксперт крайне скептически отзывается о проекте.

"Откуда будут брать газ? Как на этот терминал он будет доставляться? Из Азербайджана возможности нет, потому что нет "трубы". Из Америки через Дарданеллы и Босфор? Это невыгодный путь – намного выгоднее доставлять через Польшу, – рассказывает Омельченко. – Мне кажется, что это не просчитанный проект, и я не вижу перспективы для него, по крайней мере, в ближайшие 10 лет".

В свою очередь, эксперт по энергетическим вопросам Андрей Закревский поддерживает намерение властей построить терминал.

Правда, по его словам, есть препятствие, о котором сказал президент, – нужно договариваться с Турцией о пропуске газовозов в Черное море через Босфорский пролив, который проходит через крупнейший город страны – Стамбул.

"Однако там уже по-другому относятся к LNG-терминалам – они появляются в больших городах Европы, строится обходной Босфор (Стамбульский канал – "Апостроф"). Поэтому все может быть", – сказал Закревский в комментарии изданию.

Президент центра глобалистики "Стратегия ХХІ" Михаил Гончар в целом довольно скептически оценивает перспективы реализации проекта LNG-терминала, но считает, что он все же может "выстрелить", если газ, к примеру, из США, будет на него поставляться для последующей закачки в наши подземные хранилища.

"С тем, чтобы зимой его продавать на европейском рынке", – объяснил эксперт "Апострофу".

Однако нужно понимать, что в этом случае Украине предстоит вступить в конкурентную борьбу, в частности, с Польшей, которая развивает свои СПГ-мощности.

"Тут уж где будет лучше коммерция работать. Поскольку на Балтике короче логистическое плечо, и могут идти бОльшие объемы. И у меня есть сомнения, что наш проект LNG-терминала будет конкурентоспособным", – резюмировал Гончар.

Ядерные реакторы для Хмельницкой АЭС

Второй анонсированный президентом энергопроект, который потенциально может стать интересным американским партнерам, предполагает строительство новых атомных энергоблоков.

В Украине после остановки Чернобыльской АЭС в конце 2000 года в работе находились четыре атомные электростанции, на которых суммарно эксплуатировались 15 энергоблоков.

Ситуация существенно изменилась после российского вторжения, так как Запорожская электростанция – крупнейшая АЭС не только в Украине, но и во всей Европе, оказалась под оккупацией. Сегодня Россия использует все возможности, включая прямой шантаж, для того, чтобы легитимировать захват станции, в связи с чем рассчитывать на ее скорое возвращение под контроль Украины не приходится.

Наша страна уже давно вынашивает планы по увеличению количества атомных энергоблоков. В качестве площадки для реализации этого проекта определена Хмельницкая АЭС, на которой на сегодня в работе находятся два энергоблока мощностью 1 ГВт каждый.

Для достройки третьего и четвертого блоков ХАЭС планировалось закупить в Болгарии реакторы российского образца, однако София в последний момент отказалась нам их продавать. Таким образом, этот проект, по крайней мере, в том варианте, который рассматривался до сих пор, вряд ли будет реализован.

Помимо достройки двух "советско-российских" энергоблоков на Хмельницкой атомной станции также планировали построить с нуля блоки №5 и №6, но уже по американской технологии компании Westinghouse.

В 2021 году НАЭК “Энергоатом” и Westinghouse electric подписали меморандум о строительстве на Хмельницкой АЭС одного энергоблока как пилотного проекта с возможностью возведения еще четырех энергоблоков по технологии Westinghouse.

Сейчас президент говорит уже о девяти атомных блоках.

И такое количество, вызывает, скажем прямо, некоторое недоумение.

"За последние 30 лет США построили два новых реактора, в Европе практически ничего не строится, потому что атомная энергетика сейчас очень дорогая и не конкурентная в сравнении с другими видами генерации", – говорит Владимир Омельченко.

Глава совета Украинской ассоциации возобновляемой энергетики Станислав Игнатьев также видит ряд серьезных вызовов на пути реализации проекта.

"Во-первых, это безопасность, поскольку должен быть хотя бы технический надзор с американской стороны, но в условиях полномасштабного вторжения это достаточно сложно. Кроме того – где строить энергоблоки, кто их будет проектировать? Еще есть вопрос, готова ли наша энергетическая инфраструктура к таким мощным реакторам, поскольку она значительно пострадала, и на некоторых ее узлах есть даже перегрузка", – сказал эксперт "Апострофу".

В любом случае, это проект на долгую перспективу.

"Очевидно, что в течение длительного времени, по мере того, как из эксплуатации будут выводиться существующие реакторы, все выглядит закономерно", – говорит Михаил Гончар.

Он считает, что третий и четвертый энергоблоки на ХАЭС уже не будут достраиваться, тогда как возведение пятого и шестого блоков вполне реалистично (кстати, компания Westinghouse подтвердила, что начнет строительство двух энергоблоков на станции сразу после завершения войны – "Апостроф").

"Если мы говорим о распределенной генерации, то с Westinghouse можно было бы ограничиться двумя энергоблоками, а во всем остальном нужно смотреть с точки зрения малых модульных реакторов, но эта тема, к сожалению, не прозвучала", – добавил эксперт.

"Одесса-Броды" и "Дружба" против России

Третий проект, о котором упомянул Владимир Зеленский, это нефтепровод "Одесса-Броды". В отличие от двух предыдущих он формально уже есть.

Его строительство было завершено в далеком 2001 году. Изначально трубопровод планировалось использовать для прокачки каспийской нефти в направлении польского порта в Гданьске, однако для этого нужно было проложить трубу до Плоцка в Польше, на что ни средств, ни политической воли до сих пор не было.

"Одесса-Броды" некоторое время использовался в реверсном режиме для прокачки российской нефти в направлении порта “Южный”, поскольку украинская "труба" имеет соединение с нефтепроводом "Дружба". В 2010 году реверс прикрыли, после чего были попытки наладить поставки в аверсном режиме. Однако нефтепровод "Одесса-Броды" так и не смог выйти на полноценное функционирование.

Возможно ли оно сегодня?

"Есть не только "труба", но и терминал в порту “Южный”, и, в принципе, его можно использовать хоть сейчас, – говорит Владимир Омельченко. – Главное, чтобы была экономика".

А вот с этим как раз сложно. Главный вопрос – куда качать нефть? Можно, конечно, вернуться к изначальному плану по ее прокачке в Польшу, но, как было сказано выше, здесь все упирается в "трубу", а, точнее, в ее отсутствие.

Зато, напомним, "Одесса-Броды" в прямом смысле упирается в "трубу" нефтепровода "Дружба".

"Теоретически, возможен проект, когда Словакия и Венгрия откажутся от российской нефти (в рамках общего отказа ЕС от российских энергоносителей – "Апостроф") и вместо нее будут получать азербайджанскую нефть или нефть, которую добывают американские компании в Казахстане, – рассуждает Омельченко. – Если это выгодно, то почему бы нет?".

Действительно, если Будапешт и Братислава все же откажутся от российской нефти, можно будет наладить поставки из Одессы до Брод и далее по "Дружбе", по которой Венгрия и Словакия получают ресурс сегодня, соглашается Михаил Гончар.

"Но это станет возможным, если не будет войны, и Черное море станет морем сотрудничества", – добавляет эксперт.

Таким образом, этот проект на сегодня выглядит наиболее реалистичным из трех.

Кроме того, его реализация выходит за чисто коммерческие рамки.

"На мой взгляд, это – одна из составляющих геополитических изменений, которые происходят во время украинско-российской войны, – утверждает Андрей Закревский. – Это один из проектов будущего".