Киев вскоре может стать "тыловым фронтом": Сергей Флэш - о риске ударов FPV

Российские войска работают над расширением дальности полетов FPV-дронов до 100 км в тыл, но пока наибольший риск в прифронтовых городах, считает эксперт.

Украинские города на расстоянии до 70 километров от линии фронта все чаще подвергаются атакам FPV-дронов страны-агрессора России, делая войну опасной и для тыловых городов. Россияне стремятся увеличивать дальность полетов, усиливая потенциальную угрозу для гражданских лиц и инфраструктуры.

Во второй части интервью Главреду специалист по связи, радиоэлектронной борьбе и разведке Сергей "Флэш" Бескрестнов рассказал, какие города в ближайшее время могут стать целью для FPV-дронов и почему под угрозой даже тыловые города, помогут ли россиянам аэростаты над НПЗ и почему в Украине возникают сложности с привлечением спортивной авиации для противодействия "шахедам".

Первую часть разговора о том, почему новая российская авиабомба УМБП-5 опасна для тыловых городов и есть ли у Украины эффективные средства ПВО и РЭБ для противодействия, можно прочитать по ссылке.

В медиа ранее распространили заявление начальника службы беспилотных систем бригады "Хартия" Игоря Райкова о том, что уже через 3–6 месяцев российские FPV-дроны могут начать преодолевать расстояние в 100 км и достигать крупных городов. Как вы оцениваете такие риски?

Мы здесь говорим не только про FPV-дроны, потому что FPV-формат сам по себе ограничивает возможности технологии. В данный момент мы фиксируем полеты, например, роторных FPV-дронов на дистанции 20–30 км — и это усугубляет проблему. Для увеличения дальности требуется большая батарея на борту, а значит — увеличение размера дрона и удорожание ударного БПЛА.

На большие расстояния у противника летают, в частности, FPV крылатого типа — например, "Молния" или "Привет-82" (разных модификаций). Такие аппараты сейчас могут летать на расстояние порядка 30–40 км, мы их фиксируем. БПЛА формата БM-35 и, например, "Ланцет" — примерно 50–60 км.

Увеличение дальности полета [FPV] до 100 км — это и наша цель, и цель противника, поскольку это позволит поражать все больше объектов в тылу. Однако возникает вопрос удорожания этих летательных средств: чтобы летать на большие расстояния, нужно использовать другие технологии передачи видео и управления, а также специализированные ретрансляторы. Соответственно, такие БПЛА должны быть большего размера, нести больше аккумуляторных батарей и при этом — большую боевую часть. То есть это возможно. Но я скорее склонен считать, что практическая дальность сейчас — порядка 60–70 км, что приближается к 100 км с учетом попутного ветра и других нюансов, ведь ветер и его направление критично влияют на дальние полеты малых БПЛА.

То есть фактически существует риск того, что такие беспилотники россияне смогут запускать, допустим, с территории Беларуси? Насколько реалистично то, о чем говорил Райков?

Нет, с территории Беларуси, я думаю, они запускать не будут. Если бы у них была такая возможность, они уже давно это делали бы. Технологии у них есть, мы уже давно видели атаки с территории Беларуси целого ряда российских БПЛА, которые поражали Краматорск, Сумы и другие города. Поэтому, скорее всего, они будут атаковать с российской территории. Единственное — они будут пытаться увеличивать дальность полетов.

Смотрите видео интервью Главреду Сергея "Флеш" Бескрестнова о российских дальнобойных FPV и применении аэростатов:

В том числе возможно использование технологии БПЛА-"матка", когда один крылатый дрон летит вперед и от него запускается роторный дрон, при этом сам первый дрон выступает в роли ретранслятора, что увеличивает дальность.

Я не думаю, что такие атаки будут массовыми, потому что текущие технологии уже позволяют достигать значительных дистанций. Если бы они могли действовать массово на большие расстояния, они бы это уже делали. Сейчас мы видим удары, но они достаточно ограничены. На дистанции 40–50 км действуют такие аппараты, как "Ланцет" и дроны V2U с искусственным интеллектом — именно такая зона работы дальних средств на данный момент.

То есть от этого вида дронов угроза для тыловых городов несколько меньше?

Да, и нам в этом могут помочь зенитные дроны, которые способны их сбивать. Крылатые ударные БПЛА — это не реактивные аппараты, они летят относительно медленно, поэтому наши зенитные дроны и комплексы ПВО имеют шанс их перехватить. Технологии перехвата у нас развиваются: мы сбиваем "шахеды", а эти БПЛА летят еще медленнее.

Я верю, что увеличение количества перехватчиков приведет к тому, что мы сможем активнее уничтожать эти БПЛА. Сейчас это все еще проблема: по нескольку штук в день — по 10–15 аппаратов типа БМ-39 (раньше их называли "Италмас") прилетают в Сумы, в Краматорск, и жители этих городов это видят средь бела дня. А если эти БПЛА долетают до целей, это показывает, что пока мы не можем на 100% эффективно противодействовать им ни силами РЭБ, ни зенитными дронами.

Мы недавно видели заявление Зеленского об увеличении экипажей боевой авиации. В экспертном сообществе уже некоторое время обсуждают необходимость применять против "шахедов" легкомоторную авиацию, а не только дроны-перехватчики. Как вы считаете, если увеличить количество экипажей боевой авиации, как это скажется на противодействии "шахедам" и на подлете к городам? Поможет ли это?

На данный момент наши вертолетчики проделывают титаническую работу и уничтожают значительное количество "шахедов". Об этой работе говорят не каждый день, потому что больше внимания уделяется новым трендам — зенитным дронам, перехватчикам и т. д. Тем не менее результаты есть: можно сбивать "шахеды" с бортов возможно, в том числе с легких самолетов, таких как Як-52. Есть пилоты в некоторых регионах Украины, которые давно выполняют подобные задачи — правда, в основном против разведывательных крылатых аппаратов: "Суперкам", "Орлан", "Зала" и тому подобное.

Работать на спортивной авиации против "шахедов" сложно потому, что "Шахед" может детонировать: корпус спортивного самолета менее защищен от осколков и взрывной волны, чем вертолет или боевой самолет.

Многие гражданские пилоты спортивных самолетов выражают готовность, они показывают, что это возможно. Не все, кстати, легкие самолеты могут так же эффективно маневрировать, как вертолеты, но ряд типов способен развивать нужную скорость. При этом пилоты должны быть хорошо подготовлены, уметь держать безопасную дистанцию, чтобы не нанести себе ущерб.

Аналогичная проблема возникает и у пилотов истребителей: "шахед" летит очень медленно по сравнению с истребителем, и пилоту трудно корректно рассчитать маневр — при детонации рядом истребитель может пострадать. С вертолетом работать проще: он может выровнять скорость и выбрать удобную позицую для атаки.

Кроме того, не везде можно открыто сбивать "шахеды": если такой аппарат движется над населенным пунктом, при стрельбе из пулемета огонь сверху несет риск поражения мирных людей на земле. Поэтому операции требуют высокой координации с наземными огневыми группами. Я прогнозирую, если этого не будет, то наши доблестные наземные пулеметчики с МВГ перестреляют нашу авиацию. Нужно четко понимать, кто летит в небе, и как-то помечать наши борта снизу. Возможно, специальными сигнальными огнями — я утрирую, но даже гирляндой — чтобы наш расчет МВГ однозначно понимал, что это спортивный самолет, а не "шахед".

Потому что в темноте и при работе в тепловизор ситуация усложняется: разные подразделения наблюдают с разных высот и направлений, и кто-то может случайно открыть огонь. Потому это риск, и он требует большой организации и слаженной работы: радиосвязи, управления и вовлечения средств ПВО, чтобы четко понимать, где летит наш самолет, а где — вражеский "шахед".

Появилась информация о том, что в некоторых районах, например, в Тульской области, планируют поднимать аэростаты с сетями для защиты от беспилотников. Насколько такая технология усложнит нам задачу по поражению целей на их территории?

Я не сторонник смеяться над любыми решениями — мы же раньше посмеивались над сетками, которые россияне вешали над дорогами; теперь и мы их ставим. Смеялись над "мангалами", которые они наваривают на машины, "ежиками" из прутьев и другими примитивными решениями против дронов — а теперь делаем похожие вещи. К сожалению, это примитивные технологии, мы смеемся над ними, вспоминая Вторую мировую войну с применением аэростатов и систем заграждения, но если это работает и поможет защищать объекты — почему нет?

Почему это может работать? Дальнобойные ударные БПЛА, которые летают по заранее проложенному маршруту и не управляются в реальном времени, движутся по сигналам спутниковой навигации и не могут маневренно уклоняться от появившихся сетей и аэростатов — они просто летят к цели.

Вопрос в том, как все это будет реализовано технически: как будут развешивать сети, как наполнять аэростаты газом и периодически его менять (он улетучивается). То есть у меня больше скепсиса вызывает то, как это будет устроено и какую площадь реально можно закрыть такими заграждениями. Хотя я уже видел решения, когда хотя видел решения, где аэростатическими сетями пытались закрывать целые села.

Например, в Белгородской области сетями завешивали многоэтажку — не понимаю, насколько это эффективно в масштабах, которые нужны. Это все нужно как-то развернуть по большой площади. Так что да, они будут пробовать проводить такие меры: уже сейчас некоторые НПЗ и другие объекты обвешивают "ежиками", сетками и прочими подручными средствами.

Кстати, есть и более технологичное решение — "вертикальное минирование". Представьте тысячу мелких дронов (как в демонстрациях из Китая). При сигнале воздушной тревоги они одновременно поднимаются стеной и формируют так называемую вертикальную стену минирования: один дрон взрывается, рядом занимают позицию другие дроны, и так далее. Это роевое решение — теоретически известно в мире, но на практике мне не встречались примеры его успешного применения в боевых условиях.

Проблема в том, что для этого требуется большое количество подготовленных дронов, инфраструктура для их хранения и запуска, а также готовые сценарии управления — это все ресурсозатратно. Тем не менее с технологической точки зрения это выглядит более перспективно, чем аэростаты.

Если говорить о защите украинских объектов: атаки по тыловым городам и инфраструктуре не прекращаются. Каковы наши перспективы в отношении того, чтобы максимально себя обезопасить?

Я уже говорил и снова обращаюсь ко всем: война сегодня — это не только линия фронта. Я называю это "тыловыми фронтами". Это те территории, где вроде бы нет военных действий, но удары наносятся постоянно — в одностороннем порядке, со стороны Российской Федерации.

В зоне риска — Черниговская, Сумская, Харьковская области. Все, что граничит с РФ, сейчас находится под атаками. Россияне продолжают уничтожать объекты — мобильную связь, логистику, склады, производство, железные дороги — превращая эти территории в непригодные для жизни ни для военных, ни для гражданских.

Поэтому здесь большую роль играет вовлечение гражданского населения в процесс информирования об угрозах, чтобы каждый житель села понимал, что происходит. Россияне не различают военных и гражданских. Если летит ударный одноразовый БПЛА, который не может вернуться обратно, и оператор не видит военную цель, он без раздумий ударит по гражданской машине — чтобы не тратить заряд впустую.

Были случаи, когда они били по желтым автобусам с надписью "Дети", по машинам ДТЭК, которые ехали чинить трансформатор на какой-то хутор, чтобы у бабушки был свет. Это не военные цели — это ремонтные бригады, которые просто работают где-то в селе.

Наши граждане должны понимать: эта война касается каждого. Нужно быть внимательнее, смотреть по сторонам. Особенно это касается водителей логистического транспорта. Ведь если дрон отследит путь грузовика, он может выйти на склад продукции или завод. И не обязательно это военный объект — они бьют по ключевой инфраструктуре.

Любой водитель топливозаправщика, который везет горючее, фактически может привести дрон к хранилищу топлива. Поэтому водители и работники гражданской логистики должны осознавать, что они теперь тоже в зоне риска. В радиусе 50, 70, 100 км от фронта им нельзя чувствовать себя в безопасности.

Вовлечение гражданских в процесс информирования критически важно — от этого напрямую зависит уровень наших потерь. Мы должны его минимизировать. И, безусловно, такие удары будут продолжаться по прифронтовым городам — окраины (и не только) Харькова, Запорожья, Сумы, Краматорск, Славянск, Чернигов, Шостка — все они находятся в зоне риска.

Киев в перспективе (или любой другой город, который расположен еще западнее) может стать такой зоной риска?

Да. Например, сейчас мы видим так называемые Mesh-сети, когда россияне используют "шахеды" с онлайн-управлением. Они применяют специальные китайские радиомодемы, которые позволяют формировать цепочку управления между дронами.

Понятно, что российский оператор не может управлять беспилотником онлайн на больших расстояниях — земная поверхность искривляется, радиоволны затухают. Но создавая в воздухе цепочку из БПЛА, они фактически увеличивают дистанцию, на которой могут достигать своих целей. Об этом тоже нужно думать — о противодействии таким системам, которые они сейчас активно развивают. Мы в последнее время активно фиксируем их работу в этом направлении. Но будем бороться. Это очередной вызов для нас со стороны противника.