Батурин, который продолжается. Настоящие первопричины российской агрессии – от Мазепы до наших дней

Для развития казацкого государства гетман Иван Мазепа, удачно лавируя между прихотями Московии, имел рекордный по сравнению с предшественниками срок – двадцать с лишним лет.

Но стоило ему пойти на сделку со шведами, как Петр I уничтожил гетманскую столицу Батурин.

2 ноября 1708 года под предводительством князя Меньшикова московиты убили, по разным оценкам, от 10 до 15 тысяч казаков и гражданских.

Теперь Батурин – скорее национальный историко-культурный заповедник, где живет чуть более 2 тысяч жителей, чем город, статус которого ему предоставили в 2008 году при президенте Викторе Ющенко.

В метаисторическом измерении батуринская трагедия еще продолжается.

Возможность развиваться по своему усмотрению украинцы получили в 90-х годах прошлого века.

Но когда с момента распада СССР прошло 23 года – почти столько когда-то было и у Мазепы-гетмана, – россияне поняли: "младшие братья" зашли слишком далеко в своей самобытности и желании быть с западным миром.

Начав в 2014-ом войну с оккупации Крыма, Москва пытается закончить то, что ей не удалось с уничтожением Батурина – окончательно "решить украинский вопрос".

Буча и Изюм, пожарища сел, руины Мариуполя, Угледара, Марьинки, Бахмута, Попасной, Авдеевки – враг масштабировал свое вневременное батуринское преступление.

Правда, и украинцы подошли к этому раунду битвы в значительно более крепкой форме.

Главная первопричина всего происходящего сегодня – та же, что и в начале XVIII века: с точки зрения Кремля, независимая, сильная Украина угрожает дальнейшему существованию России.

"Москва, то есть народ великорусский, нашему народу малороссийскому всегда ненавистна, издавна в замыслах своих постановила злобных народ наш к погибели приводить", – говорил Мазепа, когда его Гетманщина близилась к своему концу.

От Адама до Иоанна.

У каждой истории есть начало.

Для носителя кремлевских мифов резня в Батурине началась в 1708 году – с измены Ивана Мазепы государю Петру I.

Но если быть честным, стоит вернуться хотя бы на пятьдесят лет назад, в середину XVII века.

Когда продолжается национально-освободительная война Богдана Хмельницкого, совсем юный Иван учится в Киево-Могилянском коллегиуме.

Делает блестящие успехи в изучении иностранных языков и риторики в годы, когда до рождения Петра I остается почти два десятилетия.

Отец Ивана, белоцерковский атаман Адам-Степан Мазепа, активно вовлечен в государственные дела.

В стремлении укрепить положение русской (не руссийской!) шляхты поддерживает Хмельницкого и его союз с Москвой.

Один из немногих в Украине памятников Ивану Мазепе в селе Мазепинцы, Белоцерковский район Киевской области.

После смерти Богдана Хмельницкого Мазепа-старший помогает гетману Ивану Выговскому.

Отстаивает проект создания Великого княжества Русского, которое – вместе с Польским Королевством и Великим княжеством Литовским – должно было бы стать полноправным членом в составе Речи Посполитой Трех Народов.

Эту идею на бумаге закрепляют в 1658 году в "Гадячской унии", ставшей, по выражению историка Сергея Плохия, воплощением мечты, которую лелеяла казацкая шляхта.

Но мечты остаются утопическими по многим причинам: из-за интриг польских магнатов, из-за внутренних противоречий, которые Кремль удачно подпитывал среди казацких старшин.

Из-за вооруженных нападений Москвы.

Из-за ее сепаратных переговоров с Польшей, которые в конце концов привели к разделу Украины между двумя государствами.

В обстоятельствах, когда проект "выговцев" становится опасным политическим бременем, Адам-Степан Мазепа усмиряет свои "самостийнические" амбиции.

И отправляет сына Ивана ко двору польского короля.

Там 20-летний Мазепа становится хранителем покоев Яна II Казимира.

Как избавляется от советских мифов город, где присягнули на верность московскому царю.

Нобилированный казак.

С точки зрения антимазепинской пропаганды Иван – самый обычный "паж" и "лакей".

В действительности, подчеркивает историк Татьяна Таирова-Яковлева, королевский хранитель покоев принадлежал к придворному сану, дававшему право находиться при особе короля.

Для представителей шляхты или бояр эта должность была такой же почетной, как конюший или крайчий.

Она давала широкие возможности для развития карьеры.

Молодому, красивому, умному Мазепе поручали задания, которые помогли ему развить свой дипломатический талант.

Находясь при короле, Иван наблюдал и слушал.

Многое узнавал.

И еще больше молчал.

Позже летописец Самийло Величко сравнит Мазепу с Макиавелли, отдавая должное его политической хватке.

Пылып Орлик, ближайший соратник гетмана, будет вспоминать, что покойный Мазепа научил его очень важной черте: для достижения цели иногда лучше промолчать, оставить намерения при себе.

Картина француза Эжена Делакруа "Наказание Мазепы на коне", 1828 год.

О чем именно думал молодой Мазепа, будучи хранителем покоев короля, можно только гадать.

Но дальнейшая его жизнь подсказывает: амбиции Ивана простирались далеко за пределы королевского дворца, который принадлежал не ему.

Он настойчиво шел к тому, чтобы стать обладателем собственной столицы и государства по обе стороны Днепра.

Атмосферу, в которой зрели амбициозные планы Мазепы, отражают воспоминания его недоброжелателей.

В книге "Воспоминания" искатель приключений и писатель Ян Пасек, очевидно, многое приукрашивая, рассказывает о встрече с Мазепой в "приемной" короля.

Пасек издевательски описывает, как ударил по лицу Мазепу во время спора.

Мазепа потянулся за саблей, но соперников разняли придворные.

Как известно, Пасек имел зуб на Ивана из-за того, что как-то Мазепа сообщил королю о тайных сношениях Яна с литовскими оппозиционерами-конфедератами.

После ареста Пасека оправдали.

Он отыгрался на Мазепе в своей книге, называя его "немного мошенником и к тому же казаком, недавно нобилитированным".

А главное – публично рассказал о якобы любовной интрижке Мазепы с женой одного из магнатов, из-за которой казак "позорно покинул Польшу".

Это повествование подхватили и творчески обработали Вольтер, Байрон и Гюго, художники, драматурги и музыканты эпохи романтизма.

С тех пор оно неизменно: наказанный за роман Мазепа появляется в украинских степях голым, привязанным к лошади.

Но бог дает шанс и в чистом поле – молодой любовник, которого выгнали из королевского дворца, становится "казацким князем".

Мы на своей шкуре чувствуем, как делать прогнозы – историк Сокирко о том, как победил и проиграл Мазепа.

Гетман обеих сторон Днепра.

История взлета Мазепы – клубок, который распутывается с оглядкой на его родовую память, образованность, уязвленное честолюбие, дальновидность, умение играть в длинную и делать гроссмейстерские ходы.

Покинув королевские покои, он становится лучшим дипломатом правобережного гетмана Петра Дорошенко.

Во время одной из дипмиссий на пути в Крым Мазепу берут в плен запорожские казаки.

Помимо собственной воли он оказывается в распоряжении врага Дорошенко – левобережного гетмана Ивана Самойловича.

У Самойловича Мазепа тоже становится лучшим переговорщиком.

Часто бывает в Москве.

Налаживает связи с князем Василием Голицыным, едва ли не главным московитом по украинским делам.

Когда к власти в Кремле приходит царевна Софья, Голицын в статусе ее фаворита-любовника получает неограниченную власть.

А Мазепа из рук Голицына – гетманскую булаву от свергнутого Самойловича.

Это происходит в Коломаке (современная Харьковщина) в 1687 году.

Мазепе – 47, будущему царю Петру – всего 15 лет.

И самое интересное для них обоих еще впереди.

Портрет Мазепы, который в 2016 году воссоздали в рамках проекта Акима Галимова "Украина.

Возвращение своей истории".

У Мазепы много денег, "конфискованных" у его бывшего босса, гетманская столица, имения.

Но для счастья не хватает полномочий, которые бы позволили строить Гетманщину по своему усмотрению – соборное государство на двух берегах.

Исследователи подсчитали: Мазепа за первые два года властвования отправил князю Голицыну 150 отчетов, и это только те, что сохранились до наших дней.

"Строжайший контроль – вот основной принцип украинской политики Голицына.

Голицын не считался с мнением Мазепы.

С Москвой надо было согласовывать все", – говорит историк Татьяна Таирова-Яковлева.

Голицын начал превращать Украину по сути в еще одну "область" Московии без каких-либо особых привилегий.

Именно он добился подписания в 1686 году "Вечного мира", который делил Украину между Кремлем и Варшавой.

Это произошло перед тем, как Голицын помог Мазепе получить булаву: по условиям "Вечного мира", Польше отходила вся правобережная Украина, кроме Киева.

Поэтому амбициозный Мазепа не мог удовлетвориться своим формальным титулом, который получил от Кремля: "Гетман Войска Запорожского обеих сторон Днепра".

Как казаки помогли Речи Посполитой стать великой и пострадали от величия шляхты.

Боливар не выдержал двоих.

Впервые Мазепа и Петр I встретились в начале сентября 1689 года.

После того, как юный Петр отстранил от власти Софью и стал полноценным правителем Московского государства.

В бурные для Кремля времена Мазепа находился в Москве.

Не сумев получить от регентши Софьи Алексеевны и Голицына лучшие условия для Гетманщины, он стал на сторону Петра.

Почти 50-летнего Мазепу 18-летний государь встретил с торжествами.

В большом шатре на территории Троице-Сергиевой лавры под Москвой, где прятался, пока его вооруженные сторонники брали столицу.

Казалось, для Гетманщины наступают золотые времена.

В дальнейшем Мазепа окончательно убедится: его родина для Кремля – ресурс, плацдарм для экспансии в Европе и на юге.

"Медовый месяц" между гетманом и молодым государем, который ценил опыт и знания Мазепы, растянулся на годы.

"Петр видел в нем надежного советника, эксперта военного и внешнеполитического, соратника и помощника, – отмечает Таирова-Яковлева.

– Друзьями они никогда не станут, но Петр I всегда именовал Мазепу "пан гетман".

Значительно лучшие условия для гетманства, которые не предоставили Софья с Голицыным, Мазепа получил от Петра I почти сразу после его восшествия на престол.

"Впервые со времен Переяславской рады Москва решила опереться на сильную гетманскую власть, а не на массу анархических оппозиционеров", – пишет Таирова-Яковлева.

"Если Голицын стремился установить полный контроль над Украиной, сделать ее послушной и слабой, ареной старшинских заговоров, то Петру был нужен сильный военный союзник, наделенный неограниченными (в пределах Гетманщины – УП) полномочиями и властью", – добавляет историк.

Такой сильной Гетманщина была нужна Кремлю, пока Москва, потом и Санкт-Петербург, захватывала новые земли, развивала флот, внедряла реформы.

В конце концов Боливар не выдержал двоих.

Военные амбиции Петра шли в разрез с развитием Гетманщины.

Выполняя обязательства, под которыми он подписался, Мазепа исправно обеспечивал военные кампании Петра I.

Но Северная война со шведами расставила точки над "і": Кремль готов был выжигать украинские земли ради новых территорий в Европе.

"Мазепа сделал все возможное, чтобы способствовать дальнейшему экономическому возрождению Гетманщины и расцвету ее религиозной и культурной жизни (...).

Московия не выполняла основной функции по многочисленным соглашениям между гетманами и царями – защиты Гетманщины", – отмечает историк Сергей Плохий в книге "Ворота Европы".

"Царь обвинял Мазепу в государственной измене (с помощью шведов гетман хотел решить вопрос собственного государства и вернуть Правобережье – УП), – продолжает Плохий.

– Называл его Иудой и даже приказал изготовить фальшивый орден Святого Иуды, чтобы наградить им Мазепу, как только тот будет схвачен (этого не произошло – УП).

Мазепа отвергал обвинения.

Так же, как когда-то Выговский, он рассматривал отношения между ним и царем как договорные.

С его точки зрения, царь нарушил казацкие права и вольности, предоставленные Богдану Хмельницкому и его преемникам.

Гетман утверждал, что верен не правителю, а казацкому войску и украинскому отечеству.

Также Мазепа торжественно присягал на верность собственному государству".

Как запорожские казаки стали успешными в битвах за Черное море.

Притча во языцех.

Пока Петр I прорубал окно в Европу, двери для нее в мазепинском Батурине были открыты настежь.

Когда в 1708 году московиты сожгли город, он, по свидетельствам современников, уже обрел многие признаки европейской столицы.

Для развития Батурина Мазепа приглашал иностранных мастеров из разных сфер.

Знал несколько языков.

В роскошном дворце устраивал вечеринки.

Имел огромную библиотеку, музыкальную капеллу, которая появится при дворе московских правителей значительно позже.

Вкладывался в развитие искусства, строил храмы.

Дело было не только в формах, но и в содержании.

Пока на севере Петр врезался в тело Европы новопостроенным, пафосным, декоративным Санкт-Петербургом, Мазепа угрожал самим русским основам снизу.

В конце XVII века гетман начал скупать приграничные земли на территории нынешней РФ, развивал там слободы.

В поселения с магазинами, банями, церковными школами, с освобождением на несколько лет от налогов и облегченной версией барщины (панщини) съезжались люди отовсюду.

Местные землевладельцы лишь беспомощно пожимали плечами.

Мемориал "Цитадель Батуринской крепости" сегодня.

В 1702 году приверженец зрелищ Петр I открыл на Красной площади первую в Московии публичную "Комедиальную храмину".

Театр просуществовал несколько лет.

Но в 1708-м царь не упустил возможности стать автором и режиссером настоящей трагедии в Батурине.

Убийства более 10 тысяч человек Петру I было мало.

Через несколько дней, в первой половине ноября, он устроил в Глухове шоу, которое современные россияне путают с реальностью.

"По окончании коротких торжеств (гетманом вместо Мазепы избрали Ивана Скоропадского – УП) открылось в Глухове новое явление, до того еще в Малороссии небывалое.

Духовенство малороссийское и ближайшее к границам здешним великороссийское девятого ноября бросило на Мазепу вечное проклятие, или анафему", – писал неизвестный автор "Истории Русов".

Мрачное представление в Глухове не оставило очевидцев равнодушными.

Массовому убийце Петру блестяще удалось перевести внимание со своего преступления на театральное наказание Мазепы.

В присутствии государя и публики палачи приволокли в Николаевскую церковь портрет гетмана, который до того провисел на импровизированной виселице посреди города.

Духовенство – в черной одежде, с черными свечами – пело, зачитывало псалмы, окружив портрет.

Епископ ударил его со словами: "Анафема!".

"Мазепу" отправили обратно на виселицу, распевая: "Днесь Иуда покидает учителя и принимает дьявола".

Верить каждому слову "Истории Русов", написанной примерно через сто лет после Батурина, причем в публицистически-пропагандистском стиле, не стоит.

Но у ее таинственного автора конца XVIII – начала XIX века не могла ниоткуда взяться речь Мазепы перед казаками, которой он объяснил союз со шведами:.

"Теперь считать должны шведов своими друзьями, союзниками, добродетелями и словно от Бога посланными, чтобы освободить нас от рабства и пренебрежения и восстановить на высшей ступени свободы и самодержавия.

Известно же, что когда-то были мы то, что теперь московцы: правительство, первенство и само название Русь от нас к ним перешло.

Но мы теперь у них – как притча во языцех! (...).

Договоры наши со Швецией суть только продолжение прежних, во всех народах употребляемых.

Да и что же это за народ, когда о своей пользе не заботится и очевидную опасность не предотвращает? Такой народ неключимостью своей уподобится поистине несмышленым животным, от всех народов презираемым".

Евгений Руденко – УП.