Перемирие до Нового года маловероятно, прогнозы Запада зависят от ВСУ - Яременко

Война может приостановиться только тогда, когда одна из сторон станет неспособной ее продолжать - в виде определенной заморозки, убежден дипломат.

19 ноября президент Украины Владимир Зеленский в Стамбуле проведет переговоры с турецким лидером Реджепом Эрдоганом. Накануне визита украинский гарант также заявлял о возобновлении переговорного процесса в Стамбуле, а западные медиа сообщали о вероятной встрече со спецпосланником президента США Стивом Уиткоффом.

В интервью Главреду народный депутат Украины, дипломат, основатель фонда "Майдан иностранных дел" Богдан Яременко рассказал чего ждать от встречи Зеленского и Уиткоффа и будет ли Вашингтон искать новые контакты с РФ, способен ли Трамп ввести новые санкции против Кремля, и когда завершится война в Украине.

Президент Владимир Зеленский сообщил о возобновлении в Стамбуле переговорного процесса. Стоит ли считать эти переговоры результативными, учитывая отсутствие на них российской стороны?

Там и не должно было быть представителей российской стороны. То есть нет смысла оценивать по тому, что не планировалось и чего там не должно было быть. Есть определенный момент, который сегодня остается ключевым, - это изменение подходов администрации Трампа к конфликту. Мы видим, что они становятся более критичными в отношении России и более склонными применять тот подход, который Украина считает корректным: принуждение должно касаться России, и именно принуждение должно посадить ее за стол переговоров.

Соответственно, поскольку подходы меняются, возникает потребность говорить друг с другом, консультироваться и смотреть, что может произойти дальше. Сама фигура Виткоффа не вызывает никакого оптимизма. Он совершенно не подготовлен к своей миссии, что мы уже неоднократно видели. Вплоть до того, что склонен воспринимать позицию своих визави на переговорах так, как он сам себе ее представляет, а не так, как она звучит на самом деле. Поэтому я бы не возлагал больших надежд на него.

Сейчас я понимаю, что Турция нам больше нужна, и пребывание там и Умерова, и президента касается прежде всего инициативы большого обмена пленными. А это так называемая сверка часов - попытка посмотреть, что в рамках новой реальности, более позитивной для Украины с учетом позиции Трампа, мы можем достичь в отношениях с США по России и по принуждению ее к переговорам.

Думаю, не больше и не меньше. И не стоит ожидать от Виткофа чего-то серьезного: в силу его подготовки и позиции он сейчас не является человеком, который принимает решения с американской стороны. Поэтому это, я бы сказал, не более, чем рабочая встреча.

Если действительно Уиткофф не участвует в принятии решений как таковых...

Нет, участие он все же принимает: он является источником информации для президента Трампа, он имеет к нему доступ и так далее. Но решения точно принимает не он. И, как мы видим, он больше склонен к некой "дипломатии гешефта", которая понятна президенту Трампу. Но, как все убедились, она не дает никаких результатов. Поэтому его позиция, как я понимаю, пошатнулась, и сейчас больше авторитета и полномочий имеет тот, кто и должен иметь, - Марко Рубио.

Как вы думаете, учитывая тот прецедент, который был с российской стороной и с тем, как передавалась информация от Уиткоффа дальше в Белый дом, есть ли риск, что украинская точка зрения сейчас тоже может быть несколько искажена "по дороге"?

Во-первых, я думаю, что сам Уиткофф уже будет пытаться правильно ее понять, потому что, очевидно, лимит его ошибок и неточностей подходит к исчерпанию. А во-вторых, украинская позиция в течение последнего полугода (а то и больше) столько раз непосредственно озвучивалась Трампу самим президентом Зеленским, что перекрутить ее или неправильно донести уже будет очень сложно. Она четко изложена и понятна. Возможно, Уиткофф захочет "прозондировать", не появились ли, учитывая политический кризис и сложную ситуацию на фронте, какие-то изменения. Но я не думаю, что в переговорной позиции Украины что-то изменилось. Поэтому, если это такая себе "разведка боем", то он вернется с теми же результатами, которые были и раньше.

С чем связано то, что именно сейчас эти переговоры возобновились? Дело в ситуации на фронте, или есть еще какие-то дополнительные факторы?

Переговоры продолжаются постоянно, на разных уровнях и между разными странами. Мы видим новые американские санкции против России и разговоры о возможном еще одном их пакете. То есть есть новая ситуация, а говорить нужно всегда. Это нормальная ситуация для дипломатии, когда происходят постоянные консультации, постоянная "сверка часов", постоянный зондаж.

Поэтому нет ничего экстраординарного в этой встрече. Аналогичные происходили и раньше, и они продолжаются. Позиции сторон понятны. Американская сторона более склонна к постепенной эволюции подходов - замечательно, это означает, что наши аргументы действуют, и нам нужно продолжать эти контакты, чтобы и дальше убеждать США.

Возможно, Уиткофф считает, что у него есть какие-то аргументы, которые могут повлиять на позицию Украины. Ну, посмотрим. Но это все обычные консультации. Еще раз повторю: Уиткофф - не тот человек, который принимает решения. Он априори не имеет достаточного веса: он не представитель исполнительной власти, не занимает никаких должностей, которые позволяли бы заключать какие-либо договоренности. Поэтому говорить с ним можно, но никаких договоренностей с ним быть не может - только консультации, не более.

Возможно ли возобновление публичных контактов американской администрации с россиянами после этого раунда переговоров в Стамбуле?

Дональд Трамп и его администрация ведут диалог с россиянами, исходя исключительно из собственных интересов и собственного видения ситуации. На сегодня - по крайней мере на сейчас (хотя она часто меняется в Вашингтоне по многим вопросам) - американцы видят: умиротворение России не дает результатов. Россияне, а точнее Путин, пытаются демонстрировать готовность к диалогу, иногда даже вызывая нервную реакцию в собственном обществе среди "зетников".

Тенденция такова, что американцы пока не склонны к диалогу. Они очень четко объяснили свою позицию: пока они не увидят конкретных признаков того, что Россия действительно хочет договариваться, а не только выдвигает ультиматумы без оснований, они не видят необходимости во встречах высокого уровня - начиная от уровня министров иностранных дел и выше.

Я пока не вижу, чтобы ситуация как-то изменилась. Это нынешний тренд в Вашингтоне.

Вы упоминали вопрос новых санкций, мы видели заявление Линдси Грэма по этому поводу. По вашему мнению, как скоро они могут быть воплощены в жизнь? И не повторится ли ситуация, когда его прогнозы не оправдываются?

Трудно сказать, ведь, с одной стороны, Линдси Грэм неоднократно демонстрировал приверженность к Украине, а с другой - его прогнозы очень часто не сбываются. Часто его заявления - это не комментирование происходящего, а попытка повлиять на ситуацию. Поэтому посмотрим.

Очевидно, что недовольство Россией в администрации США нарастает, и соответственно союзники этой администрации в американском парламенте пытаются реагировать, усиливать этот процесс и продвигать соответствующие инициативы. Линдси Грэм - один из тех, кто традиционно был активным инициатором законопроектов в этом направлении. Поэтому, возможно, сейчас речь идет пока больше о его личных инициативах. А то, что делает администрация Трампа, как мы видим, происходит очень внезапно и исключительно в рамках решений самого Трампа.

Насколько Трамп, учитывая всю его риторику, способен реально усиливать санкции? Или это снова будут только разговоры?

В последние дни он занят исключительно внутриполитическими вопросами. Его комментарии сводились к тому, что стоит посмотреть в течение месяца, как изменится позиция России под влиянием решений по "Лукойлу" и "Роснефти", то есть под влиянием последних санкций. И тогда, мол, будет видно.

Он уже несколько раз "обжегся", поэтому сейчас начинает быть осторожнее в прогнозах. Да, он неизменно говорит о своем желании решить конфликт, завершить войну. Он до сих пор надеется, что это может произойти достаточно быстро, но конкретных шагов он комментирует значительно меньше - очевидно, учитывая опыт того, как легко можно просчитаться и не достичь желаемого.

Пока что я не вижу ничего нового. Все выжидают и наблюдают, как развивается ситуация - и на фронте, и по санкциям, и во внутренней политике как США, так и Украины. Это сейчас, по моему мнению, короткий период тактических ожиданий, а не стратегических решений. Все ожидают определенных изменений, но ситуация не выглядит такой, что позволяет принимать большие стратегические решения.

Накануне в Париже Владимир Зеленский встречался с Эммануэлем Макроном, где президенты подписали декларацию об оборонном сотрудничестве. Во время совместной пресс-конференции Макрон заявил о возможном завершении войны раньше 2027 года. Перед этим в медиа активно цитировали письмо Еврокомиссии, где также фигурировал конец 2026 года как вероятный срок завершения войны. По вашему мнению, учитывая всю ситуацию, о которой вы только что говорили - что все выжидают, - на чем могут основываться такие заявления?

На политических потребностях тех, кто их делает. И я говорю это без иронии. Есть потребность объяснять своим избирателям, как много и как долго придется тратить деньги на эту войну, и по какой причине. Именно поэтому политики во всех странах, помогающих Украине, вынуждены давать такие объяснения.

Кроме того, в последнее время, как мне кажется, появился определенный чрезмерный оптимизм, связанный с информацией об ухудшении экономической ситуации в Российской Федерации. Возможно, отчасти и из-за этого. Но заявления о том, что война закончится в скором времени, в близкой перспективе - не новы. Политики делали их неоднократно. И я думаю, что каждый из них исходит прежде всего из собственных политических интересов, а не только из восприятия реальной ситуации на войне.

За исключением общего понимания того, что войну желательно завершить как можно быстрее, потому что это означает меньше разрушений и меньше погибших. Но при этом никто не имеет четкого понимания, как этого практически достичь.

Соответственно, шансов на то, что такие прогнозы осуществятся, украинской общественности уже давно пора бы уже привыкнуть.

Все планы в мире наших партнеров строятся, исходя из того, что делаем мы, а не наоборот. То есть нам точно не стоит строить свои ожидания на основании их заявлений. Здесь ситуация абсолютно обратная. Они говорят, потому что им надо что-то говорить - объяснять своим избирателям, очерчивать перспективы для планирования и тому подобное. Но никто не говорит и не объясняет, каким именно образом и каким образом закончится эта война: как заставят Россию договариваться, когда это произойдет и так далее.

Ожидания, которые озвучиваются, во многом связаны с экономическим состоянием и большими потерями России на поле боя. Однако, по моему мнению, они слишком оптимистичны.

Если не говорить полностью о завершении войны, поскольку мы понимаем, что сейчас это малореально, может ли Россия сделать какие-то шаги? Мы видели, что раньше с их стороны была довольно активная риторика о возможности встреч и с Трампом, и с Рубио, но, как мы видим, ничего не получилось. Могут ли в российской риторике появлятьсянамеки на "жест доброй воли", например, к Новому году? Я вижу, что и в вашей фракции звучали разные мнения по этому поводу.

Во фракции об этом говорят люди, которые еще менее информированы и менее эрудированы, чем президент Макрон. Поэтому я вообще не принимал бы эти заявления во внимание. Это просто пустая болтовня и попытка моих коллег привлечь к себе внимание. Причем делать такие заявления сейчас - абсолютно неэтично, неправильно и контрпродуктивно.

Нет у нас понимания, как быстро Россия готова двигаться. Россияне всегда играют свою игру. Их цель была в попытке через Трампа решить вопрос санкций и уменьшить давление на Россию, чтобы получить больше ресурсов для победы над Украиной.

Россияне, тщательно изучив Трампа, заворачивали свою позицию в такие формулировки, которые вызвали положительное восприятие и у Уиткоффа, и у Трампа: говорили о "желании закончить войну" и тому подобное. Но по сути их позиция не менялась. Путин готов закончить войну в любую секунду, когда Украина подпишет капитуляцию. Вот и все их "миролюбие": мы готовы прекратить войну, если победим. Военная победа может быть не обязательной - политическая капитуляция Украины их тоже вполне устроит.

Требования России понятны и неизменны: территории, отказ Украины от вступления в НАТО и другие гарантии. И наконец-то американцы увидели, что за позитивной риторикой встречи с россиянами нет никакого практического движения вперед. Россияне просто играют словами, очень осторожно их подбирая, чтобы не вызвать негативной реакции Трампа. Но уже и Трамп это понял.

Конечно, Трампа все будут хвалить, поэтому он периодически будет менять позицию, и я не думаю, что здесь мы увидим что-то новое. Впрочем, любые возможные заявления россиян о "перемирии" - это большой обман. Любое перемирие они снова используют для накопления дронов и ресурсов, для передислокации войск, для подготовки более интенсивных ударов по Украине. Это не будет перемирие - это будет технологическая пауза для достижения военных целей.

И что бы россияне ни говорили, все, что они делают, направлено исключительно на военную победу. Им не нужны компромиссы ради компромиссов и не нужны заигрывания, чтобы "понравиться". Они заигрывают с Трампом, потому что хотят решить вопрос так, как им выгодно - не пойти на уступки, а навязать свою волю.

Соответственно, война может приостановиться только тогда, когда одна из сторон станет неспособной ее продолжать - в виде определенной заморозки. Но точно не до Рождества и не до Нового года.