Алексей Голобуцкий. От границ 1991 года до «плана мира без Украины»: катастрофическая эволюция за год

В последние дни в британских и американских СМИ появились сообщения о якобы согласованном Дональдом Трампом 28-пунктном «мирном плане» для Украины, который предусматривает ряд уступок со стороны Киева. Согласно информации The Telegraph, среди них — передача России фактического контроля над частями Донбасса на условиях аренды. Кроме того, как сообщает Wall Street Journal, план может предусматривать создание демилитаризованной зоны, отказ Украины от вступления в НАТО на 20 лет и замораживание линии фронта.

Эти детали вызывают беспокойство, ведь, по мнению некоторых аналитиков, они могут существенно подорвать позиции Украины в сфере безопасности и поставить под угрозу ее суверенитет. При этом, по данным The Times, предложение рассматривается Трампом как ультиматум: якобы «или соглашайся, или больше не получишь поддержки США».

Интернет-издание From-UA обратилось к политологу, заместителю директора Агентства моделирования ситуаций Алексею Голобуцкому с просьбой прокомментировать эти сообщения о «мирном плане» Трампа. Мы спросили, может ли Зеленский согласиться на такие условия, как аренда Донбасса, значительное сокращение армии, политические уступки, и как это будут объяснять украинцам:

— Для того, чтобы что-то комментировать, нужно знать этот план, то есть хотя бы прочитать, что там за пункты. То, что озвучивается в прессе, — там каждый пункт имеет свои нюансы, в зависимости от того, как это сформулировано. Меня, например, больше всего беспокоят политические требования. Например, берем сокращение армии вдвое: речь идет о заявленной численности у нас в мирное время или о существующей сейчас? Если сейчас у нас больше миллиона, то будет ли полмиллиона? То есть здесь есть куча нюансов, которые зависят от самих этих пунктов.

— А аренда территорий, о которой тоже говорят — это как? Что Россия будет «расплачиваться» за Донбасс?

— Да нет, расплачиваться никто не будет, конечно. Я так понимаю, что они, опасаясь, что любые территориальные изменения в Украине невозможны по Конституции, хотят обойти Конституцию путем того, что якобы Россия берет те земли, которые они захватили и на которые претендуют, то есть Донецкую область, в аренду. Кстати, что меня подталкивает к тому, что все-таки действительно Виткофф и Трамп имели отношение к такому плану, — это такой конкретный девелоперский момент. То есть, если что-то не можешь взять — купи. И в аренду — это такая классная схема с точки зрения, что не обязывает Украину проводить референдум, а с другой стороны, дает возможность США и тем странам, которые этого захотят, признать эту территорию за Россией в пределах аренды. Как Гонконг был взят в аренду на 99 лет британцами в XIX веке и возвращен ровно в срок через 99 лет. И там были заплачены деньги, и, конечно, эта территория была территорией Британии на момент аренды. Это такой подход.

Но пока не увидим этот план, что он вообще существует, очень трудно комментировать не с точки зрения фактажа, а с точки зрения эмоциональной составляющей. Если мы узнаем, что есть такой план и Трамп ставит нас перед фактом, тогда появляется эмоциональная оценка, тогда можно это себе позволить. А сейчас это может быть манипуляция, это может быть такой ход наших настоящих союзников, которые таким образом, на негативе: смотрите, это капитуляция, смотрите, здесь все хотелки Кремля учтены. Пока мы не видим позиции Европы, говорят, что якобы Зеленский отказался, но это все пока не доказано.

Учитывая характер администрации США, то, что они вели переговоры с Дмитриевым, Виткофф и другие какой-то план разрабатывали, в этом я не сомневаюсь. Вопрос о реальности этого плана. Почему у команды Трампа, у этой части, появилась уверенность, что сейчас можно такой план предъявить? Очевидно, что они думают, что руководство Украины находится в худшей ситуации, чем было месяц назад, и это связано с коррупцией. Возможно, это. Я просто не понимаю: а что дальше? У Зеленского такая ситуация, что неизвестно, что хуже. Потому что в коррупции обвиняют не его, а его окружение, и это еще нужно доказать через суды. А если он подпишет этот мирный договор, то это все будет его, он уже не скажет, что это не я, что это мои друзья. И здесь ситуация для него обостряется очень сильно, если он подпишет явную капитуляцию.

Год назад были границы 1991 года, план победы. Прошел год, и сейчас дошло до того, что мирный план разрабатывается без Украины, а Украина будет поставлена перед фактом. Видите, какая эволюция. Такая же эволюция происходит и с населением: люди устали и т. д. Поэтому реакцию Зеленского на это и реакцию общества прогнозировать очень трудно в принципе. Я не исключаю еще момент, что это просто такая авантюра Трампа и Виткоффа. Они видят, что у Зеленского сложная ситуация, и у них якобы есть аргументы. Уже все написали, я не хочу это подробно повторять, что если он не подпишет, то на него есть компромат в изобилии. Они думают по логике своих мафиозных рассуждений, потому что и Трамп, и Виткофф проходили это все в 70-80-х годах, что это должно сработать, потому что клиент находится в слабой ситуации. И они думают: проканает — не проканает? Это же не обязательно, что оно должно проканать. Они так же готовы к такому варианту — ну не сдастся Зеленский, скажет нет, будем дальше продолжать. А если проканает — это же просто супер. Трамп сразу, как только Зеленский намекнет, что он соглашается, проведет 10 пресс-конференций и будет говорить, что он уже закончил войну, хотя по факту она еще не будет закончена. Ему же нужен эффект. Он это делает все исключительно для того, чтобы был факт завершения боевых действий.

А русский язык, РПЦ — это все хрупкое. И в этом самая большая опасность этого плана, как для меня. Я понимаю, что у нас есть часть населения, особенно старшего поколения, которые выросли на понятиях, что люди — это такое, это хрупкое, люди рождаются, умирают, это такой очень плавучий ресурс. Это чисто советская психология. А вот территория — это что-то. Они, конечно, будут недовольны этими территориальными потерями. А младшее поколение находится сейчас под таким давлением, что примет это, скорее всего, определенная часть.

Но есть еще пассионарии, активисты, есть неравнодушные люди, на которых держится любое активное общество. Вот они, их реакция должна быть, по моей логике, что сосредоточиться нужно на политических условиях, а не на территориальных. А именно в них заложена мина. Если наша армия будет ослаблена до максимума — это все, это означает, что через 2–3 года война начнется снова, но на худших условиях для населения. С армией не нужно принимать вообще ничего, то есть это однозначно нет. А дальше идут конкретные политические условия: русский язык, РПЦ. Уверен, что там будет проведение выборов и возвращение пророссийских партий, политических движений и т. д. А это уже мина замедленного действия. Это Путин сможет разорвать Украину без войны, а просто таким образом.

И это действительно очень трудно понять, особенно когда до конца сам не веришь, как наша власть. Понятно, что у нас Украина центрична по месту нахождения, а не по сути. Наши олигархи или наши власть имущие должны каждый день целовать Украину в одно место, потому что, учитывая их интеллектуальные и моральные способности, они достигли самого высокого, чего можно достичь, и эту возможность им дала именно Украина. Но кроме того Зеленский, его команда, — я это знаю как политтехнолог, — как они заигрывают с электоратом, почему Бужанский до сих пор такой смелый и т. д. Они это все, конечно, используют, и боюсь, что они все это не в состоянии осознать, более того, они не способны объяснить это американцам, особенно Трампу.

Ну Трамп такой, мы понимаем уровень его знаний в принципе, и здесь ему начинают рассказывать, что второй русский язык — это конец государственности, или РПЦ — это просто огромная проблема для нас. А он такой: вы что, ребята, сошли с ума? Вы что, готовы из-за какого-то там языка или церкви пожертвовать еще тысячами людей? И здесь найдутся такие же политические деятели, и не только здесь, но и типа Орбана, которые начнут кричать: главное — мир, главное — отсутствие убийств, а все остальное — это производные. И это, к сожалению, очень трудно отстаивать на самом деле. В этом плане с территориями проще, потому что здесь все понятно, что территория — это реально территория, а все эти политические условия — это такое. Трампу это точно абсолютно неинтересно. Вот это самая большая проблема этого плана, если он вообще существует. Но опять же, не исключаю тот момент, что просто так все совпало и просто хотят, если появилось слабое место, то надо ударить по нему. Сейчас наше слабое место — это наша власть.