Новейшая история: как шахта им. Засядько из «кормилицы» Донбасса превратилась в «убийцу»

В ноябре 2007 года в Донецке произошла самая крупная катастрофа – взрыв воздушно-метановой смеси на шахте им. Засядько. Точнее, три взрыва с разницей в две недели и один день. 20 ноября 2007 года Украина три дня оплакивала своих шахтеров. Коротко про – о том, как все произошло.

Пожар на километровой глубине

В ночь на 18 ноября 2007 года на горизонте (глубине) 1078 метров во время бурения дегазационных скважин (предназначенных как раз для снижения риска выбросов метана) произошел взрыв. В это время в шахте находились 457 человек.

Громкий хлопок – и сразу же появляется плотное облако угольной пыли. Резко поднимается температура – а в шахтных выработках и без того жарко – и начинается пожар. Под землей.

Из адской печки удалось выбраться 357 горнякам, которым повезло оказаться возле аварийной вентиляции и ближе к выходу. Да и то практически у всех потом обнаружилось отравление продуктами горения, а один получил черепно-мозговую травму и переломы костей таза. Сто один человек погиб.

Для Донецка это был страшный день – аварий такого масштаба в городе не было давно. Семьи шахтеров, не отзвонившихся после ночной смены, примчались к шахтоуправлению и ждали, когда руководство хоть что-то скажет о судьбе их родных. Руководство молчало, не в силах найти списки спустившихся под землю шахтеров. Когда появились первые фамилии, завыли жены и матери, заплакали ничего не понимающие дети. Хуже было только тем, которым объявили, что судьба их родных пока неизвестна. С ними работали психологи, в коридорах управления стоял плотный запах валерьянки, нашатыря и всеобщего горя.

Достать тела шахтеров удалось только через несколько дней – пожар бушевал так, что его тушили 350 горноспасателей из Донецкой и Луганской областей. Только к вечеру удалось локализовать возгорание и снизить концентрацию метана в выработках, чтобы начать поднимать тела погибших. Подняли 89 тел, 11 пропавших без вести также признали погибшими.

Отплакав и похоронив своих людей, шахта возобновила работу, но уже через две недели, 1 декабря, на той же глубине произошел второй взрыв – пострадали 52 горняка. На следующий день – третий, из-за которого погибли пятеро работавших в выработках горноспасателей, и 30 горняков снова отравились рудничным газом. Один из них скончался в больнице. В итоге три взрыва забрали 106 шахтерских душ.

После этого взрывоопасную лаву решили закрыть и затопить ее, что и было сделано, а шахта им. Засядько получила горькое прозвище «шахта-убийца». В Донецкой области с 18 ноября был объявлен трехдневный траур, в Украине с 20 ноября - также трехдневный общенациональный траур.

Богатая шахта метан приручала

А ведь «Засядько» все время была шахтой-добытчицей и кормилицей. Одно из крупнейших в Донецке угледобывающих предприятий стало одним из первых, перешедших в почти частную форму собственности – коллектив шахты под руководством ее бывшего «красного директора», а затем бизнесмена и даже премьер-министра Украины Ефима Звягильского взял ее у государства в аренду.

Закрыв «хвосты» по зарплатам в начале 90-х, «Засядько» вложила немалые средства в ту самую дегазацию – освобождение угольных пластов от метана, который взрывается, если смешивается с воздухом в определенной пропорции. Благо деньги на модернизацию были – шахта добывала дефицитный коксующийся уголь, в котором всегда нуждается металлургия. Часть добычи закрывала потребности донбасских предприятий, часть шла на экспорт.

Шахта считалась богатой: на ее балансе были детсады, дворцы культуры, школы, сеть продуктовых магазинов и т.д. Очередь в отдел кадров шахты всегда стояла гигантская, а взятка для того, чтобы устроиться хотя бы учеником мастера на участок, в суровые 90-е достигала почти 1000 долларов.

Впрочем, «барашек на бумажке» компенсировался после первой же зарплаты. Шахтеры на «Засядько» (да и на других угольных шахтах Донбасса) легко могли зарабатывать в месяц в эквиваленте 1000-1200 долларов. А за работу на глубоких и сверхглубоких горизонтах (ниже 1 км) полагались надбавки, льготы и другие привилегии.

Шахт с таким глубоким залеганием угля в Украине было едва ли пара штук. А глубокое залегание предполагает значительное количество метана в пластах. «Засядько» научилась выпускать метан из пластов и отправлять его на обогрев – в шахтерских домах этого района отопление было всегда. Но был нюанс – и он оказался для шахтеров роковым.

Все дело в датчиках

Техника безопасности в шахтах всегда оставляла желать лучшего. Но шахтеры знали, на что они идут, поэтому старались соблюдать правила безопасности и как минимум не курить в выработках, проверять работу самоспасателей и ламп и не появляться на работе подшофе. Но одно из главных правил ТБ они нарушали. Оно гласило: при увеличении концентрации метана в воздухе свыше 4% все работы в шахте прекращаются, работники поднимаются на поверхность.

Появление на поверхности бригады, не выполнившей план по выработке угля, вызывало у руководства предприятия скверные чувства. В основном – горечи по упущенной прибыли. Горечь выливалась на шахтеров в непечатных выражениях, при этом директор шахты Ефим Звягильский, по рассказам бывших шахтеров, обкладывал матами так, что после этого краснели даже мастера очистных забоев, люди бывалые и ничего не стеснявшиеся. Ну и минус премии.

Поэтому на датчики метана, установленные в выработках, шахтеры старались обращать поменьше внимания, поскольку пищали они слишком часто. Выбегать на поверхность каждые полчаса никто не собирался, поэтому датчики «загрублялись» - на них накидывалась ветошь или пара шахтерских курток. Датчики послушно умолкали, пока концентрация метана в шахте не начинала вызывать обмороки у работавших там людей. Только тогда начинали понемногу собираться домой.

Нашли «стрелочника» – и отпустили

Были ли «загрублены» в тот ужасный день датчики в выработках шахты им. Засядько или нет, почему концентрация метана повысилась так резко, что вообще стало причиной пожара - искра, разгул стихии или какой-нибудь фактор Х – следствие, может, и разобралось, но не озвучило. Тогдашний президент Украины Виктор Ющенко требовал закрыть шахту до выяснения всех обстоятельств взрыва – но куда трудоустраивать 10 тысяч шахтеров, не сказал.

Через год правительственная комиссия выявила более 20 должностных лиц, виновных в аварии. Имена их названы не были.

«Все члены комиссии пришли к мнению, что на таких глубинах и на таких пластах, где высокий выход газа метана, очень многие процессы, с научной точки зрения, необъяснимы, то есть наша научная база не достигла того уровня, с точки зрения которой мы могли бы сделать так, чтобы этого (аварий) не происходило», - рассказывал тогда вице-премьер-министр Украины Андрей Клюев в Донецке.

И. о. премьер-министра Украины Виктор Янукович заявил, что по каждой украинской шахте, на которой есть лавы на глубине более 1000 метров, будет принято отдельное решение (не было принято никаких решений. – Авт.).

11 ноября 2010 года был задержан глава Государственной военизированной горноспасательной службы Сергей Смоланов. Ему предъявили обвинение в гибели 5 горноспасателей во время взрыва 2 декабря 2007 года. В СИЗО он провел менее полугода и вышел под подписку о невыезде.

Шахта имени Засядько продолжила работу на чуть менее критических глубинах. Но это не особо спасало: донецкие шахты все взрывоопасны из-за метана, а уж тем более если его не выкачивать – жди беды. После трагедии 2007 года в Донецкой области за следующие семь лет зафиксировано 9 шахтных взрывов с десятками жертв. После оккупации региона 4 марта 2015 года – снова взрыв на «Засядько» и 34 жертвы, а до этого в апреле 2014-го от внезапного выброса метана пострадали горняки на шахте им. Скочинского.

Но взрывы на шахте им. «Засядько» в 2007 году остаются самой масштабной катастрофой на угольных предприятиях Украины после обретения независимости в 1991 году.