Полноценные договоренности по прекращению огня возможны не раньше весны - Кочетков

Трамп и Путин действуют в одной логике, исходя из позиции силы, Зеленского скандалами уговаривают на уступки, считает эксперт.

Во время визита президента Украины Владимира Зеленского в Турцию началась волна обсуждений вероятного мирного плана, разработанного Вашингтоном и Кремлем, который мало чем отличается от российских ультиматумов образца 2022 года и предусматривает ряд уступок со стороны Украины в пользу страны-агрессора России. В частности, по данным западных медиа, Украина должна формально передать России контроль над неоккупированной частью Донбасса, отказаться от вступления в НАТО, а также пойти на сокращение численности ВСУ.

В интервью Главреду политический аналитик Александр Кочетков рассказал, почему Штаты настаивают на уступках Кремлю и какую роль в этом играет коррупционный скандал, почему Европа не слишком реагирует на провокации Трампа, а также когда можно ожидать реальных шагов по прекращению огня.

Мы видели несколько публикаций в западных медиа о "тайном" плане, который якобы совместно разрабатывают Соединенные Штаты и Россия. Почему именно в этот момент активизировались такие процессы? И чего на самом деле можно ждать от этого плана, который нам озвучивается?

Прежде всего стоит сказать, что такие полутайные переговоры или контакты между США и Россией никогда полностью не прекращались. Мы хорошо помним, что Трамп любит говорить о том, как он "остановил восемь войн", но он не выполнил этого в отношении той, которую больше всего обещал завершить в течение предвыборной кампании, - войны России против Украины. Он прекрасно понимает, что это могло бы стать для него и шансом на Нобелевскую премию, и, возможно еще важнее, инструментом повышения собственного рейтинга накануне выборов в Сенат США.

Поэтому такие контакты, поиски вариантов, формул, компромиссов не прекращались никогда. Просто в Украине не все это озвучивается, ведь существует тенденция в первую очередь озвучивать приятные вещи, а неприятные - замалчивать.

А неприятная правда заключается в том, что в вопросе войны Путин и Трамп часто мыслят в подобной логике. Мол, Россия - сильнее, а значит, она якобы должна получить хотя бы часть того, чего хочет. Трамп фактически полностью отказывается от принципа неприкосновенности границ - от всего того, что было окончательно закреплено после Второй мировой войны Хельсинскими соглашениями 1975 года: нерушимость границ, уважение суверенитета и так далее. Все это Трамп отвергает и считает нормальным и для РФ, и для себя то, что он может нападать на какую-то страну, которая ему не нравится - условную Колумбию. Аналогично Россия, исходя из этого подхода, может нападать на Украину или, например, на Казахстан, если ей захочется. То есть он считает, что Россия имеет на это право - и с Путиным можно "договориться" определенным образом.

По той логике договоренность, о которой говорили после встречи на Аляске, выглядит так: Украина должна выйти из Донбасса, чтобы Путин мог рассказать своему электорату, что Россия "начинала войну, чтобы защитить Донбасс - и мы его защитили". Методом уничтожения, но это нюансы.

В обмен на это Путин, в свою очередь, вроде бы готов не продолжать агрессию в Запорожской, Херсонской, Днепропетровской, Харьковской областях, а те небольшие участки, которые россияне оккупировали в Харьковской, Сумской, Запорожской областях он якобы готов отдать. А Украина должна тоже выйти полностью из Донбасса, чтобы Путин достиг по крайней мере части своей цели. Но Зеленский категорически против того, чтобы Вооруженные силы Украины самостоятельно выходили с территорий Донбасса, которые, кстати, очень хорошо укреплены. Там есть подготовленные позиции, и есть что защищать. Он совершенно справедливо считает, что такой шаг деморализует и армию, и страну. Кроме того, это серьезно пошатнет и власть Зеленского, который в условиях войны владеет ею единолично.

Поскольку он не хочет идти навстречу Трампу, то здесь вполне справедливо появляется обнародование коррупционного скандала. Это не новость, что коррупция существует во время войны, но возникает "пленочный" скандал, выходящий на топовых чиновников и, в частности, на ближайшее окружение президента.

Смысл этого скандала вполне очевиден: смягчить позицию Зеленского по выходу украинской армии с Донбасса. Встреча с Эрдоганом также не случайна - она полностью вписывается в этот сценарий. Ведь Эрдоган, так же как и Трамп, считает, что приоритет у права силы, и что территории, которые Россия захватила, ей нужно "отдать". И даже больше - потому что, мол, большую или среднюю державу нельзя "недостаточно удовлетворять", если она хочет что-то получить.

Это, кстати, типичная позиция Турции, которая так же вела себя в отношении Кипра - фактически оттянула часть суверенной территории Греции. И так же действует в Сирии и в других регионах. То есть у нее тоже право сильного. Поэтому неслучайно именно сейчас Зеленского уговаривают на такие территориальные уступки, иначе этот скандал будет продолжаться и дальше и будет направлен значительно выше - уже непосредственно на президента.

Сейчас мы видим публичное давление через обвинения против его окружения, прежде всего против Ермака. Следующим этапом могут стать обвинения (или намеки) уже лично в адрес Зеленского. Трамп считает, что любые переговоры - даже с партнерами или друзьями - следует вести с позиции силы. А это предполагает максимальное давление на самые болезненные места партнера, чтобы добиться выгодной для себя позиции. Именно это сейчас и происходит на примере Украины - и мы это четко видим. Проблема в том, что наша власть подставилась, она не безупречна, и такие манипуляции, к сожалению, возможны.

Учитывая то, что сразу несколько иностранных медиа начали фактически "сливать" так называемый тайный план - как они сами его называют - возникает вопрос: насколько он действительно является тайным?

На самом деле - совсем не тайный. О нем было известно еще со времен Стамбула 2022 года. Все, кто был вовлечен в процесс переговоров, подтверждают: Россия с тех пор не отошла от своих стамбульских предложений ни на шаг. То есть никакой секретности здесь нет - план хорошо известен. Его знают и в Офисе президента, и в Верховной Раде, и в Европе, и в Соединенных Штатах - где угодно.

В данном случае это вариация плана РФ по захвату по крайней мере части украинской территории и создания хаоса и политического противостояния на остальной неоккупированной территории. Расчет на то, что Украина сама себя уничтожит, и тогда уже Россия сможет и дальше, "дипломатическим" путем, захватить и другие украинские территории, которые ее интересуют.

Если сейчас происходят такие разговоры, и мы видели разные ситуации вокруг Уиткоффа - то перенос, то отмена соглашений - а также публичные заявления Трампа о том, что, мол, Уиткофф ничего не решает, то возникает вопрос: почему все так активно говорят об этом именно сейчас? И почему именно в этот момент считают, что этот план может быть реализован, если до того с ним носились три с половиной года и ничего не срабатывало?

Еще раз: в Украине власть фактически единоличная. Кстати, президент США также считает себя единоличной властью - так же, как Путин, Эрдоган, Орбан или Си Цзиньпин.

Президент Зеленский не соглашался с теми подходами, которые были наработаны между Трампом и Путиным. Он не соглашается и до сих пор. Но сейчас, после этого коррупционного скандала, считается, что он значительно ближе к тому, чтобы согласиться. Потому что ситуация выглядит так:

Вот такая альтернатива формируется. И те, кто это провоцируют (а без Соединенных Штатов здесь вряд ли обошлось) четко рассчитывают, что это будет формой давления, которую Зеленский не сможет не заметить.

Какие варианты у нас сейчас остаются? Все плохие?

Вы знаете, если стоишь на Северном полюсе, то все пути ведут на юг. У нас очень похожая ситуация - слишком хороших путей практически не осталось. Прежде всего потому, что наша власть, безотносительно к поддержке союзников или кого-то другого, сама подставилась, занимаясь коррупцией.

И это началось еще в 2022 году. Для меня этот ужасный процесс начался тогда, когда разразился публичный скандал вокруг продажи и манипуляций с "гуманитаркой" в Запорожской области - и никто фактически не был по-настоящему за это наказан. Все, что было дальше - производное.

То есть власть (не вся, но значительная ее часть), занимаясь незаконными вещами, ослабила свою позицию и сделала себя уязвимой для внешнего давления. Когда власть ослаблена и коррумпирована, от нее можно добиться практически чего угодно. Поэтому вариант, который сейчас обсуждается в Верховной Раде - смена большинства, формирование новой коалиции, обновление правительства, обновление окружения президента - это фактически единственный условно позитивный путь.

Он позволил бы избавиться от коррупционеров и сделать власть снова менее уязвимой. Если убрать тех, кого президент вынужден "прикрывать", тогда он может снова вернуться к принципиальной и твердой позиции в переговорах. Но это надо делать очень быстро - и одновременно не потерять ситуацию на фронте, которая является чрезвычайно сложной. Потому что если фронт "поплывет", Путин только будет затягивать процесс, чтобы откусить как можно большую часть Украины. Пока он не истощится, он будет продолжать наступать и откладывать реальные переговоры.

На фоне всех этих разговоров о мирных планах, завершении войны, заморозке или условной заморозке, с какой целью американские генералы едут в Киев?

Это рабочий процесс, который не связан с этими политическими дискуссиями. Генералы занимаются своими профессиональными задачами, политики - политикой и политическими интригами. А военные продолжают работать над сотрудничеством в сфере усиления обороноспособности Украины.

Важно понимать: США через Европу поставляют Украине значительную часть вооружения. Им нужно убедиться, что она работает, чего хватает, а чего - нет. Это часть постоянного взаимодействия, которое должно продолжаться. Есть также интерес к определенным видам оружия, которые Украина может производить совместно с Соединенными Штатами. Поэтому это преимущественно текущие вопросы военного сотрудничества, не связанные непосредственно со скандалом или мирным планом.

Хотя, конечно, на встречах могут вскользь затрагивать темы, связанные с возможными гарантиями безопасности в случае мирного процесса. Но в основном это рабочее, техническое взаимодействие.

Кстати, о Европе. Почему, несмотря на то, что она продает оружие Украине и покупает его у Соединенных Штатов, все решается без участия Европы?

Трамп не считает Европу партнером в этом смысле. Он видит, что Европа поддерживает Украину, хочет быть субъектом процессов, имеет собственные варианты взаимоотношений и с Россией, и с Китаем. Соответственно, он не хочет иметь с ней общих дел в этом направлении.

Я уже говорил: он пытается решать все единолично. Хотя США - демократическая страна, Трамп пытается действовать именно так. Европа неоднократно публично выступала против уступок Путину и против того, чтобы украинские Вооруженные силы добровольно выходили из Донбасса. Поэтому, если он давит на Зеленского, зачем привлекать тех, кто станет на его сторону и усилит позицию Украины? Это было бы нелогично.

Кроме того, Европа в этом вопросе значительно ближе к Украине, чем к США. Поэтому Трамп ее не привлекает. А финансовые или торговые отношения - это совсем другой процесс, и в голове Трампа они никак не связаны.

Несмотря на такое ускорение процесса, ведь в последние дни действительно много публичных поводов говорить о том, что он ускорился, как вы считаете: если все в дальнейшем будет двигаться в таком темпе, какие могут быть сроки, когда нас могут побудить к каким-то решениям? Ставит ли американский лидер какие-то дедлайны?

Ускорение связано с тем, что Трампу докладывают: ситуация на фронте у нас не очень хорошая. Он опасается, что фронт может не выдержать, и считает, что именно сейчас надо договариваться и реализовывать то, о чем он поговорил с Путиным в Аляске. Потому что если фронт не выдержит, Путин потребует большего, и процесс начнется сначала. Пока, по его мнению, еще можно ограничиться выходом Украины из Донбасса.

Но если фронт не выдержит именно на Донбассе, тогда придется говорить уже о выходе Украины из Запорожской и Херсонской областей, включая областные центры. Это, конечно, значительно сложнее. Поэтому сейчас, как считает Трамп (и непонятно, на каких данных это базируется, потому что фронт хоть и движется, но совсем не катастрофически), он видит "угрозу провала" и хочет ускорить процесс.

Если все пойдет дальше этим же темпом, то все равно раньше весны ничего не будет. Процесс чрезвычайно сложный. Даже если предположить, что каким-то образом будет принято решение относительно того, что в США называют "сложным вопросом территориальных уступок", то есть выхода Украины из Донбасса, то дальше остаются очень непростые темы - например, обмен определенными территориями, в частности Энергодаром и Запорожской АЭС.

Есть также вопрос демилитаризованной зоны: какая ее глубина, кто там наблюдатели, как это контролируется. Это вопрос точно на несколько месяцев. Вряд ли можно ожидать первого шага даже в форме временного прекращения боевых действий раньше, чем через месяц. А полноценные договоренности по прекращению огня вряд ли возможны раньше весны.