Рецепт победы Украины от Залужного: 10 способов сделать войну намного дороже для врага, чем для нас

Сделать войну намного дороже для врага, чем для нас самих

Два важных момента из статьи Валерия Залужного на LIGA.net.

Первый — это деконструкция Российской империи.

Второй: сделать войну намного дороже для врага, чем для нас.

Первый пункт — это grand strategy. Второй — это о стратегической обороне, о создании условий, при которых враг не просто не будет достигать собственных целей, а не будет иметь на это перспектив.

И да, это в большой степени о координации усилий: военных, внутриполитических, дипломатических, экономических.

Это значит:

1. Соотношение потерь 1 к 3 или даже 1 к 6 является катастрофическим для нас.

Мобилизационный потенциал врага, по нашему моделированию, почти в 6 раз выше (4,5 млн против 25 млн). Но не стоит мерить соотношением по многим причинам. Враг импортирует ресурс — из КНДР, Африки, Азии. Враг массово использует заключенных и социально уязвимых, не заботясь об их жизни. В конце концов, мясные штурмы стоят врагу гораздо дешевле с точки зрения человеческого капитала (качественно, не количественно), чем наши штурмовые действия по восстановлению контроля, где участвуют лучшие.

2. Показатель, где мы преобладаем — это процент раненых, кто выживает и кто возвращается в строй. Но и в этой теме есть потенциал.

3. Стоимость выстрела. Нет детальной картины, однако как в системах противодействия (РЭБ, ПВО, ПРО), так и в активных системах (БПЛА, ракеты, робототехника, механизированная техника, самолеты, артиллерия) мы сейчас имеем в среднем более высокую себестоимость использования/выстрелов. Статистика, при которой один выстрел 155 мм стоит нам и союзникам от $3000 до $6000, а врагу от $450 до $600.

4. Военные бюджеты. Разница также несоизмерима, даже с учетом того, что наши союзники передают ежегодно техники, сервисов и других видов военной помощи на сумму, сопоставимую с военным бюджетом (2022 — 37,7 млрд евро; 2023 — 49,6; 2024 — 42,0). Однако этого явно недостаточно для обеспечения эффективной стратегической обороны.

5. Военное производство. Был период (2023-2024), когда за счет адаптивности и скорости мы выигрывали гонку технологий в разработках, производстве и внедрении. Однако сейчас Россия догнала по адаптивности и опережает по масштабированию.

С 2023 года мы пытаемся убедить в необходимости иметь длинные (3-5 лет) контракты (с учетом адаптивности) и в открытии экспорта. Экспортируя то, что устаревает, мы не рискуем. Наоборот, мы получаем ресурс для масштабирования производств и улучшения разработок. Экспорт можно организовывать на замену доступа к компонентной базе — и это будет двойным выигрышем.

Нужно меньше конкуренции (читай — коррупции) и больше содружества. Открытие старых советских патентов для проверенных производителей и разработчиков (они точно не тайна, потому что есть у врага).

Масштабирование (при сохранении распределенности и безопасности производств) должно стать важной задачей.

Важно "Война будет продолжаться": Залужный предупредил украинцев об изнурительном противостоянии с РФ

6. Человеческий капитал.

Провал подхода в мобилизации является следствием целого ряда ошибок.

А) Ошибочная идея в финансировании зарплат защитников. Государство взяло на себя обязательства, которые не может нести. И пока это не взяли на себя партнеры. Соответственно, увеличивать зарплаты военным нет возможности. Да и расходы наших военных не способствуют экономическому росту, потому что значительная часть идет в докупку амуниции, покупку долларов, гемблинг и тому подобное. Что стоило делать: обеспечить семьи, обеспечить военных качественной амуницией, существенно увеличить обязательства страны по пожизненному обеспечению ветеранов и семей (акции государственных банков и участие в распределении минеральных ресурсов и т.д.).

Б) Система управления войском. Доказано, что рекрутинг в подразделениях, где ценят жизнь, где понятен командир и система управления, где высокий уровень обеспеченности намного более эффективен, чем бусификация в пользу увеличения тыловых структур или количества СЗЧ.

В) Система бронирования критического персонала предприятий дала бы около 250 млрд грн в год, что могло бы обеспечить достаточный ресурс для усиления рекрутинга. Конечно, эта идея должна была бы дополняться возможностью ротационного формата с частичной демобилизацией (например, 2 года в ВСУ — 2 года на гражданской работе).

7. Санкции. Похожими на сокрушительные санкции стали только сейчас. До сих пор введено лишь около 80% санкций из перечня, который мы разработали в феврале-марте 2022 года.

8. Масштаб использования западного оружия.

Адаптивность врага сводит на нет использование быстро устаревающего оружия. 20 Abrams, 20 F-16, 24 Himars, 100 ATACMS, 3 Patriot и так далее — все, что мы получали в небольшом количестве, существенно не меняло ситуацию (возможно, за исключением Himars в 2023), но давало врагу возможность адаптироваться: изменить логистику (вынести ключевые пункты за 70 км от фронта), изменить логику применения ракет и "шахедов" и так далее.

Кратковременное, но значительное технологическое преимущество позволило бы наносить врагу поражение, достаточное для прекращения войны и освобождения территорий. Но такого технологического преимущества мы не имели, практически всегда оставаясь в роли догоняющих. Даже сейчас вполне возможный эффективный сценарий применения Taurus и Tomahawk вместе с другой и украинской дальнобойной техникой по критической части из 1500 потенциальных целей в РФ — отложен.

9. Уязвимость экономики.

Враг воюет на нашей территории. И мы преимущественно воюем на нашей территории.

Враг захватывает украинцев на оккупированных территориях и использует их в ведении боевых действий.

Враг захватывает наши ресурсы. Уничтожает наши предприятия.

Влияние войны на украинскую экономику значительно выше, чем на российскую (даже с учетом санкций).

В дополнение к пунктам 7 и 8 мы должны сломать тренд экономического упадка самой Украины. Чтобы не было манипуляций цифрами — рост ВВП в пределах 3%, то есть медленнее мирового, это не рост. Нам нужно обеспечить страхование инвестиций, доступ к капиталу, либерализацию и приватизацию, исправление ситуации с таможней и тому подобное. Верховенство права — не в презентациях, а по факту. А не рост налоговой нагрузки. Не ограничения, а свободы. Только так мы можем доказать, что обстрелы украинской инфраструктуры не снижают инвестиционную привлекательность. Однако в терминах антихрупкости государственная власть пока не мыслит.

10. Развитие человеческого капитала.

Да, тревожность, страх доминирует. Ментальное здоровье, а следом и физическое (в том числе ожидаемая продолжительность жизни) существенно ухудшаются. 9 млн украинцев не вовлечены в экономическую активность. Коэффициент фертильности упал до 0,8 (нужно — 2,1+ или хотя бы 1,5). Молодежь думает о выезде. Предприниматели инвестируют за пределами Украины.

И все это не только и не столько из-за войны, сколько из-за потери ощущения светлых перспектив.

Государство не формирует и не продвигает Визию Украины. Не сотрудничает. Соответственно, уровень оптимизма критически низкий. Соответственно — срачи вместо консолидации.

В каждом из перечисленных пунктов война стоит нам дороже, чем врагу. И это надо изменить.

Когда мы все это проговаривали на встречах с бывшим уже главой ОП, то слышали примерно следующее:

• "Мы уже фактически победили, скоро в этом убедитесь и вы".
• "Экспортировать оружие нельзя, потому что нужно самим".
• "Экономическое бронирование не обсуждается".
• "Вывоз инженерных команд в другие страны не вижу".

Надеюсь, Президент примет правильное решение и в каждой из указанных тем больше не будет кулуарных решений или карманных Советов.

Единственный способ победить врага — быть иными, чем он.

Открытыми, человечными, вызывать доверие, действовать быстро, не бояться больших смелых действий.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.

Источник

Важно Минус 15 700 за два месяца: под Покровском и Мирноградом ВС РФ несут катастрофические потери