Наследие Playboy: почему популярный журнал до сих пор вызывает споры

Когда в декабре 1953 года на прилавках появился первый выпуск Playboy, никто не мог представить, что тонкий журнал с Мэрилин Монро на обложке изменит индустрию развлечений. Создатель издания Хью Хефнер собрал номер, буквально рискуя последними сбережениями, но именно этот риск открыл новую эпоху медиа. Об этом более детально читайте в материале Фокуса.

По данным Time, Playboy стал первым массовым изданием, объединившим взрослый контент с культурой, литературой и философией жизни.

При цене всего 50 центов и тиражом около 70 тысяч экземпляров журнал разошелся почти полностью. Успех был настолько внезапным, что Хефнер не ставил дату на первом номере потому, что он не был уверен, что выйдет второй. Однако журнал с первых страниц поразил читателей и заявлял о новой идеологии: эстетизация удовольствия, свобода выбора, интеллектуальность и стиль. Именно это сочетание сделало Playboy феноменом, который прожил семь десятилетий.

Главной изюминкой первого номера стала обложка с Мэрилин Монро с ее ню-фото из старого календаря.

Playboy Mansion: особняк как сцена и бренд

Успех журнала довольно быстро был подкреплен архитектурным символом, которым стал Playboy Mansion в Лос-Анджелесе (США). Особняк в Холмби-Хиллз Хью Хефнер купил в 1971 году. Со временем дом стал визуальным воплощением образа жизни, который продавал журнал: вечеринки, бассейны, кинозал, знаменитости и постоянное медийное внимание.

Так продолжалось долгое время пока в 2016 году Playboy Mansion не стал крупнейшей сделкой по продаже недвижимости в Лос-Анджелесе. Дом продали инвестору Дарену Метропулосу за 100 млн долларов, при том что сам Хефнер когда-то заплатил за него около миллиона. Он также платил 1 млн долларов за аренду в год и мог оставаться там конца своей жизни.

Вместе с недвижимостью новый владелец фактически получил кусок поп-культуры. Все статуи и игровые автоматы в особняке также были включены в сделку по продаже.

После смерти Хефнера особняк не исчез из новостей. Американский таблоид New York Post показывал, как здание пережило многомиллионную реконструкцию. Ремонтом дома с 29 комнатами занялся архитектор звезд и "король мегаособняков" Ричард Лэндри.

Леса, которые когда-то охватывали внешнюю часть главного дома площадью 22 000 квадратных футов, давно исчезли. Новые мансардные окна дополнили новую крышу, под которой была расширена задняя терраса и построен большой солярий. Свежая зеленая лужайка и новый ландшафтный дизайн придали старинному особняку свежий вид. Новый владелец также добавил новый теннисный корт.

Сейчас дом продолжает жить уже не как особняк империи Playboy, а как отреставрированный памятник эпохи сексуальной революции. Сама же компания планирует перенести свою глобальную штаб-квартиру из Лос-Анджелеса в Майами-Бич и открыть там клуб. В 2020 году Playboy прекратил выпуск своего ежемесячного печатного журнала, сосредоточившись вместо этого на онлайн контенте.

Хью Хефнер: курьезы и противоречия

Образ Хью Хефнера десятилетиями балансировал между образом либерального революционера и авторитарным мужчиной. В некрологе The Guardian напоминают, что создатель журнала финансировал судебные дела о свободе слова и праве на контрацепцию, позиционируя себя как союзника прогрессивных движений.

Но уже другая колонка в том же издании жестко критикует его вклад. Playboy, по мнению авторки, стал частью патриархального шоу. В своем материале она отмечает, что сексуальная революция "подается в мужской упаковке", когда свобода женщин сводилась к роли вечно доступных объектов желания.

Курьезно, что некоторые элементы бренда возникли почти случайно. Первое название журнала (Stag Party) пришлось срочно менять из-за угрозы иска от другого издания, и лишь затем родилось имя Playboy. Логотип со знаменитым кроликом появился как бы "на скорую руку". Художник Art Paul нарисовал его в виде шутливого символа, который оказался одним из самых узнаваемых брендов ХХ века.

Журнал публиковал Набокова, Брэдбери и серьезные политические интервью, но одновременно создавал стандартизированный визуальный образ женского тела. Именно это противоречие интеллектуального контент рядом с женским телом сегодня все чаще становится предметом критического разбора.

Модели, которые заплатили слишком высокую цену

Для многих девушек появление в Playboy становилось стартом карьеры и взлетом к славе, но часть историй превращалась в анатомию потерь.

Бывшая подруга Хефнера и экс-модель Холли Мэдисон в недавнем интервью вспомнила жизнь в особняке Playboy как опыт, который принес ей дисморфофобию и тяжелые психологические последствия. В материале People она рассказывает о "отвратительных" групповых практиках и атмосфере контроля над внешностью женщин.

Мэдисон также сказала, что 53-летняя разница в возрасте между ней и Хефнером, который умер в 2017 году в возрасте 91 года, не повлияла на их личную жизнь.

Другие свидетельства описывают Mansion как систему, где внешность и послушание женщин оценивались почти по инструкциям. The Sun публикует рассказы бывших "зайчиков" о градации по "шкале привлекательности", давлениях, нарушениях границ и последствиях для психики после ухода из особняка: депрессия, расстройства питания, зависимости. Отдельный пласт это истории тех, кто появился в особняке еще подростками. Близняшки Кристина и Карисса Шеннон в интервью New York Post вспоминают про манипуляции, давление среды, отсутствие защиты и тяжелые последствия после ухода. Обе девушки боролись с зависимостями и пытались собрать собственную жизнь заново.

Близнецы, которым сейчас 35 лет, выросли в "скромных условиях" и впервые были замечены, когда им было всего 16 лет. Два года спустя они переехали в особняк к Хефнеру и его уже состоявшимся подругам, звездам шоу "Девушки по соседству" Холли Мэдисон , Бриджит Марквардт и Кендре Уилкинсон.

"Нам было всего 18, мы познакомились с Хефом на 19-летии. Мы были подростками. Поэтому мы чувствовали себя не в своей зоне комфорта. У нас не было искусственной груди, искусственных зубов, искусственных волос. Мы были полностью натуральными, и мы просто пытались добиться успеха, и известие о том, что мы станем моделями Playboy, стало для нас самым большим событием. А потом, узнав, что мы можем попасть на телешоу, это стало еще большим событием", — вспоминает Кристина.

Однако войдя в особняк, девушки мгновенно почувствовали себя "подвергающимися издевательствам" со стороны других женщин.

"Мы кричали, ругались и плакали. Мы были в ярости", — добавила Карисса.

Наследие Playboy

Истории девушек хорошо иллюстрируют парадокс. Бренд, который десятилетиями продавал картинку "успеха и свободы", для многих участниц оказывается историей про потерю контроля, приватности, здоровья и карьерных возможностей.

Первый номер Playboy совершил культурный переворот и показал, что мужской журнал может быть площадкой для литературы, политики и взрослых разговоров. Но одновременно он заложил фундамент индустрии, где женское тело стало стандартизированным медиа-продуктом, а за мифом о свободе десятилетиями скрывались истории давления и тяжелых последствий для тех, кто оказался внутри системы.