Страна, которая не вернется с войны

2025 год прошел под знаком громких заявлений и жарких споров о "мире", "мирных планах" и "мирном соглашении".

Но пока что все эти словесные упражнения не принесли даже временного прекращения огня на украинской земле или в украинском небе.

И когда нас ожидает реальная деэскалация, сказать трудно.

Несомненно одно: то, что будет торжественно объявлено "миром", фактически станет лишь перемирием между Украиной и РФ.

Да, множество наших сограждан будут рады даже такой передышке.

Да, при благоприятных обстоятельствах эта передышка может длиться годами.

Да, передышку можно будет использовать, чтобы залечить самые тяжелые и болезненные военные раны.

Но, к сожалению, она не предполагает возвращения Украины к полноценной мирной жизни.

Более того, не будет возврата и к атмосфере гибридного противостояния 2014–2021-го годов.

В тот период подавляющее большинство украинцев просто не верили, что вялотекущая гибридная война может перерасти в полномасштабную.

Даже накануне российского вторжения, в начале 2022-го, большинство наших соотечественников считали, что Путин блефует и не решится на что-либо подобное.

Именно это неверие дарило нам иллюзию нормального мирного существования – с "майскими шашлыками" и тому подобными планами на будущее.

Но в случае перемирия с Россией эта иллюзия не подлежит восстановлению.

Теперь каждый из нас представляет, что такое большая война.

Каждый из нас знает, на что способен нынешний российский режим.

В 2022–2025 годах были созданы практически все возможные прецеденты: кроме разве что применения ядерного оружия.

И послевоенную Украину уже не покинет осознание того, что любой из этих прецедентов может повториться.

Словом, всем нам придется жить под дамокловым мечом новой масштабной войны.

Никакие гарантии безопасности от Дональда Трампа или от кого-то еще не избавят нашу страну от перманентного тревожного состояния.

Реальной гарантией невозобновления военных действий мог бы стать крах кремлевского режима и дезинтеграция РФ, но пока эти прекрасные отечественные мечты остаются лишь мечтами.

Три года назад завершение боев на нашей земле виделось жирной точкой в российско-украинском противостоянии.

Сейчас очевидно, что нас ждет неопределенное многоточие.

И целый ряд вызовов, порожденных этой неопределенностью.

Во-первых, миллионы людей придется убеждать в том, что у полумирной Украины действительно есть перспективы.

Что в такой стране стоит жить, трудиться, растить детей и строить какие-то долговременные планы.

Что в эту страну стоит возвращаться из-за рубежа.

Что в нее стоит инвестировать.

И что Украина готова предложить своим гражданам не только пафосные речи об "исторической миссии" и о "щите Европе" – речи, воодушевляющие отечественных пассионариев, но не привлекающие более приземленную публику.

Существует серьезный риск, что Украину начнут рассматривать как нечто эфемерное.

Как пространство для краткосрочной деятельности, но не для капитальных вложений.

Нажить деньги на послевоенном восстановлении – и тут же перевести их в более безопасное место.

Получить необходимые знания, умения и навыки – а потом использовать их за пределами ненадежной Родины.

Работать в Украине ради детей – но самих детей отправить куда-нибудь подальше.

Не возводить прочных фундаментов, не думать о развитии, жить одним днем – такой подход окажется разрушительным для нашей страны.

Во-вторых, Украине придется искать баланс между нормами военного и мирного времени.

Нормами, которые очень часто противоречат друг другу.

Война – это неизбежное закручивание гаек.

Мир – это ослабление государственного давления.

Война – это всевозможные ограничения и запреты.

Мир – это постепенная либерализация.

На войне собственные граждане рассматриваются как безотказный человеческий ресурс.

А мир означает свободу выбора для тех же самых граждан.

Угроза нового российского вторжения объективно не позволит вернуться к довоенной украинской вольнице.

По крайней мере, сразу же после прекращения боевых действий.

По каждому чувствительному вопросу нас ожидают жаркие споры.

Как быть с демобилизацией? С дальнейшим пополнением вооруженных сил? С открытием границ? С допустимыми рамками политической деятельности и свободы высказываний? Очевидно, что слишком поспешные популистские решения способны негативно отразиться на обороноспособности Киева – и подтолкнуть Москву к новому витку вооруженной агрессии.

В то же время в Украине уже сформировалась заметная прослойка бенефициаров войны.

Для других – возможность беспрепятственно продвигать собственную идеологическую повестку и самоутверждаться за чужой счет.

Разумеется, никто не откажется от материальных и нематериальных бонусов добровольно.

Эта часть общества будет настаивать на недопустимости сколько-нибудь серьезной либерализации.

Напоминать о военной опасности с севера.

И огульно обвинять своих оппонентов в "пророссийскости" и "работе на врага".

И тут мы переходим к третьему, самому главному вызову послевоенного времени.

Украинцам придется очень постараться, чтобы прерванная битва с внешним агрессором не переросла во внутреннюю битву всех против всех.

В начале любой войны, на волне общественного энтузиазма и самопожертвования, создается впечатление, будто война облагораживает людей.

Но к концу боевых действий этот мираж развеивается.

Становится ясно, что, как правило, война меняет людей к худшему.

Делает их более циничными, жестокими, эмоционально нестабильными.

И это касается не только ветеранов с ПТСР, но и тех, кто оставался в тылу.

В ходе войны человеческая жизнь неизбежно девальвируется.

Право силы подменяет силу права.

Ненависть к внешнему врагу плавно перерастает в нетерпимость друг к другу.

И, конечно, Украина 2020-х не могла оказаться уникальным исключением из правил.

Для многих из нас хейт, насилие и правовой нигилизм уже стали образом жизни.

Кто-то воспринимает соотечественников как расходный материал.

Кто-то считает нормальной практикой незаконное похищение и избиение сограждан.

А кто-то готов оправдывать и поддерживать даже буллинг трехлетнего ребенка по идеологическим мотивам.

В случае перемирия с РФ эту гремучую смесь дополнят еще два компонента: массовое разочарование из-за неоднозначных итогов войны и массовая тревога из-за рисков ее возобновления.

При невозможности дотянуться до Путина и России возникнет соблазн выплеснуть собственную фрустрацию и напряжение на тех, кто рядом.

В послевоенной Украине найдется немало людей, которые воспримут гражданское противостояние как шанс.

Шанс построить идеальную страну по собственному вкусу.

Шанс компенсировать неудовлетворительные результаты войны с РФ.

Шанс добиться той самой безоговорочной победы, которой не удалось достичь на полях сражений.

Но в действительности внутриукраинская война всех против всех – если избежать ее все-таки не удастся – подарит нам только одного победителя.

И этот победитель будет находиться в Кремле.

Михаил Дубинянский.