Сотрудничество с Россией, торговля с талибами и закупка оружия у НАТО: на чьей стороне Центральная Азия

Средняя Азия или Центральная?

Средней Азией в СССР называли пять советских республик, находящихся к востоку от Каспийского моря: это Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан и Туркмения. Несмотря на обобщенное наименование, на самом деле речь идет о совершенно разных культурно-цивилизационных регионах, которые специально были перекроены советской властью, вопреки местным реалиям, чтобы стереть старую историю и "построить новую", что практиковалось сначала российской имперской, а затем и советской властью в политике в отношении порабощенных народов, в том числе и украинского.

Единственным общим знаменателем всех этих территорий был и остается ислам — религия, которую исповедует большинство местного населения. Однако если Казахстан является крупнейшей в мире страной, образованной на землях древних кочевников, то регион Таджикистана и части Узбекистана (сердцем которого является Ферганская долина) исторически относился к цивилизации персов и народов южной Азии. Туркменистан — это классическая пустыня с оазисами и бедуинами.

По-разному и в разное время эти территории входили в состав Российской империи (если называть вещи своими именами — то Россия их завоевывала). Территории современного Казахстана — сердца евразийской степи стали частью Российской империи в XVIII веке в рамках ее противостояния с Китаем, который тогда захватил регион проживания уйгуров.

Южная же часть Центральной Азии была оккупирована Российской империей в рамках "большой игры" — геополитического противостояния с Великобританией, которая в свою очередь колонизировала современные Афганистан и Пакистан. Но века пребывания в составе империи сказались и прежние социально-культурные связи были нивелированы на смену новым, колониальным — насажденным империей.

После распада СССР в конце XX века в мире появился новый регион с оригинальными корпоративными связями, образованными уже в самом союзе. Его воспринимали за задворки России и даже оставили старое, колониальное по сути наименование региона — Средняя Азия.

Кто зайдет на место бывшей империи

Первыми, кто решился "зайти" в этот регион московского влияния, были турки. Эта страна член НАТО решила воспользоваться этнокультурным фактором тюркского мира, к которому относятся, в частности, Казахстан и Туркменистан.

Однако исторические культурные нарративы разбились об объективную геополитическую реальность. Новые государства не были готовы противостоять России, а во многих из них явно проявлялись конфликты, в частности на этнической почве. Россия тогда выступила гарантом их безопасности и территориальной целостности. Поэтому выбора у молодых государств не осталось. Возможен ли вариант, при котором Россия сама создала потенциальные проблемы для государств региона, чтобы потом их самой и решить? Да, этот вариант вполне вероятен, но сути это не меняет.

Важно Сепаратизм, русский язык и "исконные земли": будет ли война России за Север Казахстана

Отметим, что Казахстан так же как и Украина, получил в наследство советское ядерное оружие (но в меньших объемах, чем наше государство), однако так же сдал этот арсенал даже еще меньше торгуясь, чем наше государство.

Не изменила существенно обстановку в регионе и атака США на Афганистан. Интересно, что тогда именно РФ выступила посредником между Вашингтоном и странами-соседями Афганистана по вопросам военной логистики и других интересов, связанных с кампанией НАТО в регионе. Именно так — Россия настаивала, чтобы, в частности в Узбекистане открывались базы НАТО. Таков был мир в начале XXI века.

Возрождение античного суперпроекта

Как это ни странно, ситуацию в регионе изменил не "агрессивный запад" и "англосаксонские заговоры", а якобы дружественная Российской Федерации Китайская народная республика. Именно в Казахстане во время выступления нового лидера КНР Си Цзиньпина в 2013 году впервые была озвучена идея восстановления "Шелкового пути".

Это логистический транспортный сверхпроект древности (зародился еще более двух тысяч лет назад; соединял Римскую империю с китайскими государствами того периода), который современная КНР решила возродить в XXI веке. Проект "Один пояс — один путь" — это больше, чем просто логистический маршрут, это идея возрождения древнего китайского могущества и утраченного величия. Это совокупность программ, которые по замыслу должны формировать пул лояльных к Китаю государств, обязанных Поднебесной помощью в развитии инфраструктуры (не только транспортной) и технологий.

Древний торговый путь проходил через современную Центральную Азию. Сюда через много веков после упадка китайские товары снова должны были бы пойти в Европу, но не все так просто.

До 2022 года против такого маршрута выступала Россия. Она и сейчас против, но теперь ее голос звучит тише. Кремль бросил все свои имеющиеся силы и ресурсы для уничтожения Украины, пойдя таким образом в своеобразный ва-банк. Москва пока не проиграла, но и победы в ближайшей перспективе не видно. В Средней Азии не спешат списывать Россию со счетов, но от выгодных предложений со стороны уже не отказываются.

Страна НАТО из тюркского мира

Так в регионе теперь по-новому смотрят на инициативы Турции в отношении тюркского мира. Тем более, что турки предлагают не только культурно-историческое сотрудничество, а вполне современные проекты в области строительства, и что особенно интересно в военной сфере.

В Центральной Азии работают тысячи турецких и совместных предприятий, причем турки занимают ведущие места среди иностранных инвесторов, часто идя в различных рейтингах по этому поводу на ведущих позициях сразу после РФ и Китая.

Важно От большевизма к деспотии, от Туркменбаши к Аркадагу. Превратится ли Туркменистан в монархию

Также в Анкаре креативно и многосторонне подходят к поискам общих знаменателей с различными странами региона. Так с тюркскими народами организовываются культурные диалоги на основе концепций Исмаила Гаспринского (который, кстати, жил и творил в Крыму в XIX веке), а вот с представителями древней персидской цивилизации — таджиками турки вспоминают память средневекового богослова Мевлани Джалал ад-Дина Руми.

На последних дипломатических мероприятиях турки пытаются легитимизировать Северный Кипр, который пока в мире признала одна лишь Турция. Но тут уже в игру вступил ЕС, который в апреле 2025 года добился на саммите в Самарканде декларирования странами региона приверженности идее единства Кипра. Эта история — яркий пример многовекторности стран Центральной Азии, которые после ослабления хватки со стороны Кремля не спешат на все сто процентов погружаться в сотрудничество ни с одним крупным блоком, а скорее готовы маневрировать между сторонами выторговывая для себя все более выгодные условия сотрудничества.

Как вооружаться в НАТО на средства, заработанные с талибами

Страны Центральной Азии входя в ОДКБ, покупают оружие у страны-члена НАТО. Они охотно обсуждают торговые и инфраструктурные проекты с ЕС, одновременно развивая торговлю с Афганистаном, где у власти движение Талибан, которое ЕС и НАТО считают террористическим. Казахстан стал крупнейшим внешнеэкономическим партнером государства талибов. Торговля между регионом и Афганистаном уже достигает почти двух миллиардов долларов США и в течение последних двух лет государства региона подписали ряд двусторонних соглашений с талибами, направленных на кратное увеличение ее объемов.

Европейский союз интересует логистика из стран Средней Азии, в частности транспортный коридор из Китая в обход России — так называемый "Средний коридор. А также природные ресурсы этих государств, в частности уран. Так Франция хочет заменить поставки урановой руды из уже недружественного к ней Нигера и уран из Казахстана и Узбекистана. Казахстан является ведущим экспортером этой руды в мире и он не против помочь Франции по этому вопросу, однако стремится строить сотрудничество на выгодных для себя условиях. В частности, в Астане предпочитают экспортировать ресурсы, параллельно привлекая инвестиции и технологии в страну, таким образом создавая у себя предприятия с высоким процентом добавленной стоимости. Так в случае с ураном Казахстан стремится получить технологии, которые помогут ему в перспективе самому возвести первую в регионе атомную электростанцию.

Многовекторность как она есть

Вся суть политики среднеазиатской многовекторности прослеживалась в сентябре 2025 года. Тогда президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев посетил сессию генеральной ассамблеи ООН (организации, где он сам когда-то занимал высокий пост). На ней президент Казахстана заявил о необходимости реформирования ООН с предоставлением все большей роли "средним государствам". После этого Токаев встретился с президентом Украины Владимиром Зеленским, с которым они принципиально говорили на английском, а не на русском. Также на полях саммита было заключено соглашение с американской корпорацией Wabtec на закупку и обслуживание железнодорожных локомотивов — ранее этим занималась российская компания "Трансмашхолдинг".

Важно Войны за воду. Реки Ферганской долины как контрольный пакет для управления Средней Азией

Кажется Казахстан окончательно перешел "на сторону добра". Ан нет — в июне он заключил соглашение с РФ на строительство АЭС на своей территории, а также Казахстан является ярым сторонником торгового коридора Север-Юг, который соединит Россию с Индией; Индийский и Северо-Ледовитый океаны. И поддерживает в этих проектах Казахстан Узбекистан. Вот так государства Центральной Азии балансируют между мощными полюсами силы. При этом все демонстрируют достаточно стабильные и немалые темпы экономического роста (около 5% ВВП ежегодно).

Так Центральная Азия, которая на международной арене всячески хочет доказать, что она больше не "средняя", то есть это не набор постсоветских государств, которые боятся лишний шаг сделать без согласования с Россией, а вполне себе самодостаточные страны с четко определенными интересами и пониманием как воплотить свои амбиции в жизнь.

Они готовы продвигать идеи российского транспортного проекта Север-Юг и одновременно развивать инфраструктуру среднего коридора, который является не просто маршрутом в обход России, а еще и конкурентом Северного пути, который лоббирует КНР. При этом страны Центральной Азии являются активными участниками китайского проекта BRI.

Однако странам Центральной Азии между закупками легкого хотя и новейшего оружия в страны НАТО и наращиванием темпов торговли с Афганистаном, где у власти талибы стоит задуматься и вспомнить судьбу того же Афганистана, который в середине XX века тоже думал, что сможет долго и успешно балансировать между двумя огнями, а чем это завершилось для этой тоже по сути своей стране Центральной Азии все знают.