Второй раунд в Абу-Даби: почему Запад заговорил о мире весной

Переговоры между Украиной и Россией, состоявшиеся в конце января в Абу-Даби при участии западных посредников, не стали прорывными, но и формальным дипломатическим событием их уже не называют. Изменился тон разговора, состав делегаций и сама логика диалога — на Западе это расценили как признак некоего "конструктива", который раньше казался невозможным. В то же время 4-5 февраля начинается второй раунд переговоров, а западные медиа все чаще говорят не только о дипломатии, но и о больших деньгах.

Как пишет Politico, нынешний формат переговоров создает предпосылки для сценария, при котором война может завершиться уже весной. Издание обращает внимание: впервые за долгое время стороны не ограничились обменом жесткими позициями, а демонстрировали готовность обсуждать практические параметры будущих решений. Именно это и стало основанием для осторожного оптимизма в западных столицах.

Однако параллельно с дипломатическим процессом формируется еще один, не менее важный контекст. По данным Foreign Policy, ключевым элементом видения команды Дональда Трампа относительно мира в Украине является убеждение, что восстановление торгово-экономических связей между США и Россией может стать главной гарантией от новой войны. Логика проста: тесная экономическая взаимозависимость якобы сделает новую эскалацию слишком дорогой и для Кремля, и для Запада.

Более того, в этом подходе присутствует и чисто прагматический расчет. Foreign Policy отмечает, что в окружении Трампа фактически живут "в ожидании миллиардов", которые могут быть заработаны в случае объявления мира. Россия рассматривается не как токсичный партнер, а как огромный рынок ресурсов и территорий, открытый для западного капитала.

Эту логику публично подтверждают и представители трамповского лагеря. Бизнесмен и спецпредставитель Стив Уиткофф в комментарии The Wall Street Journal прямо заявил:

"У России так много огромных ресурсов, такие большие территории", — фактически очертив экономический интерес США.

Сам Трамп, со своей стороны, уже заявил, что обсуждает с Путиным "крупные сделки по экономическому развитию". А по информации Wall Street Journal, по меньшей мере два соратника Трампа уже ведут прямые переговоры с Москвой относительно потенциальных инвестиционных проектов.

В этом контексте дипломатический "конструктив" в Абу-Даби перестает выглядеть изолированным явлением. На фоне старта второго раунда переговоров, где Politico видит шансы на завершение войны уже весной, и на фоне информации о готовности Вашингтона рассматривать масштабные экономические соглашения с Россией как инструмент мира, возникает ключевой вопрос.

Какой сценарий сейчас выглядит более реалистичным: активное политическое давление на Украину во имя "быстрого мира" — или кулуарные договоренности между Вашингтоном и Кремлем, которые могут сузить переговорную позицию Киева еще до финального решения?

Экономика вместо гарантий: почему переговоры могут пойти не по плану

Политолог Станислав Желиховский считает, что нынешний переговорный трек развивается сразу в двух параллельных плоскостях — официальной дипломатической и неофициальной экономически-политической, где ключевую роль играют интересы США и России.

По его словам, недавняя информация о том, что Москва передала Вашингтону предложения по восстановлению отношений, является показательной. Речь идет не о политическом примирении, а прежде всего об экономических связях, которые Кремль пытается использовать как инструмент влияния на Дональда Трампа.

"Россия сознательно делает ставку на экономический интерес Трампа. Он мыслит категориями крупных сделок и выгоды. Москва может предложить варианты сотрудничества в сфере добычи ресурсов, их продажи, а также в контексте Арктики и Заполярья — тем, которые для Трампа принципиально важны", — объясняет Фокусу Желиховский.

По мнению эксперта, Путин пытается максимально "перетянуть" Трампа на свою сторону, и такая стратегия частично может работать.

"Мы видим активную коммуникацию. Кирилл Дмитриев недавно посещал США, и очевидно, что экономический блок там был одним из ключевых. Не исключены и дальнейшие визиты представителей обеих сторон. Трамп прекрасно понимает: полноценное восстановление этих связей возможно только после завершения горячей фазы войны", — говорит политолог.

Впрочем, именно здесь, отмечает эксперт, возникает фундаментальная дилемма. Кремль не демонстрирует никакой готовности отказываться от своих территориальных претензий, прежде всего по Донбассу.

"Путин четко дал понять: уступок по Донбассу не будет. И это нужно осознавать. В этой ситуации Соединенные Штаты могут прибегнуть к давлению на Украину — и исключать такой сценарий нельзя. Трамп уже применял подобные инструменты ранее", — продолжает политолог.

Желиховский отмечает, что давление может иметь разные формы — от политических сигналов до условных "гарантий безопасности", которые фактически не являются гарантиями.

"Украина может снова оказаться в заложниках абстрактных мирных обещаний, которые США не готовы подкреплять реальными обязательствами, пока Киев не пойдет на подписание определенных документов. Но идти на уступки национальным интересам — очевидно, неприемлемо", — говорит эксперт.

Альтернативный сценарий, по словам Желиховского, — усиление коммерческой логики в отношениях США с Украиной: в частности продажа оружия на платной основе.

"Для Америки это выгодно — и с экономической точки зрения, и с точки зрения внутреннего рынка. Но в то же время нельзя исключать, что Трамп может либо резко сократить участие США в переговорах, либо даже дистанцироваться от процесса в целом".

Такой шаг, считает Желиховский, поставил бы Европу в крайне сложное положение.

"Европейцы публично декларируют поддержку Украины, но без США им будет очень трудно тянуть все бремя войны. Они это прекрасно понимают. И именно поэтому со временем давление может начать поступать не только со стороны Вашингтона, но и со стороны европейских столиц".

Политолог напоминает, что необходимость вовлеченности США недавно публично признал и генеральный секретарь НАТО Марк Рютте во время своего визита в Украину.

В итоге, по оценке Желиховского, быстрого мира ожидать не стоит, однако весна действительно может стать временным ориентиром для первых рамочных решений.

"Февраль может стать месяцем, когда закладываются основы процесса. А определенные договоренности — если они вообще возможны — теоретически могут быть оформлены весной. Но мы имеем дело с тупиком: Украина не выведет войска, Россия не согласится на украинское присутствие на оккупированных территориях", — отмечает политолог.

Именно поэтому, заключает эксперт, нынешний переговорный процесс является крайне сложным и неустойчивым.

"Без внешнего давления он может не дать результата. Но и давление на Украину создает риск значительно худшего сценария. Поэтому сейчас ключевая задача Киева — не допустить решений, которые загнали бы страну в еще более глубокую ловушку".

Иллюзия безопасности: почему экономические договоренности не гарантируют мира

Политолог Олег Постернак в комментарии Фокусу скептически оценивает как оптимистичные прогнозы западных медиа, так и идею "экономического мира", которую, по информации Foreign Policy и Wall Street Journal, обсуждают в кругах, близких к Дональду Трампу.

По его словам, пока не существует никакой четкой и стабильной модели, которая бы гарантировала завершение войны уже весной — несмотря на сигналы, поступающие с переговорной площадки в Абу-Даби.

"Никто сегодня не знает и не может точно сказать, чем это все завершится. То, что мы видим сейчас, — это скорее причудливая схема формирования экономического моста между Вашингтоном и Москвой, который пытаются подкрепить отдельными финансово-экономическими проектами", — отмечает Постернак.

По его словам, эту концепцию с российской стороны активно продвигает Кирилл Дмитриев как спецпредставитель РФ, пытаясь подать экономическое взаимодействие как якобы надежную гарантию безопасности. Впрочем, отмечает эксперт, такая модель является крайне неустойчивой.

"Вероятность того, что эта схема будет иметь долгосрочный характер, минимальна. Смена администрации в США — например, приход демократов — может полностью свернуть эти договоренности. В стабильности, системности и надежности такой конструкции нет никаких убедительных оснований", — продолжает политолог.

На этом фоне одним из реалистичных инструментов завершения войны для США остается именно давление на Украину, а не долговременные договоренности с Кремлем.

Среди возможных рычагов влияния Вашингтона эксперт называет политическую поддержку или ее отсутствие, а также гипотетические предложения по гарантиям безопасности — например, в формате военной помощи или условного "эквивалента пятой статьи НАТО". Впрочем, и эти сценарии он оценивает как слишком опосредованные и малореалистичные.

В то же время сам второй раунд переговоров в Абу-Даби эксперт оценивает сдержанно позитивно — но без завышенных ожиданий.

"Эта встреча уже имеет более решительный характер. Переговоры ради переговоров не имеют смысла. Вероятно, результатом может стать обмен военнопленными, определенное прояснение позиции России или ограниченные компромиссы. Но прогнозировать что-то наперед — бессмысленно", — считает политолог.

По словам Постернака, ключевую роль будут играть позиции, утвержденные на высшем политическом уровне в Украине и России, а также способность американских представителей создать рабочий переговорный климат.