Анализ программ США в сегменте БПЛА и «мини-крылатых ракет», их результат для Украины

Военно-политическое руководство США формирует свой образ «войны будущего», где главная ставка на асимметричные инструменты противостояния, то есть дальнобойные БПЛА и «мини-крылатые ракеты».

Такая ставка для самих американцев является отчасти вынужденной и продиктована желанием преодолеть технологическую зависимость от Китая в сегменте электроники и редкоземельных металлов. Кроме того, нынешние США ищут инструменты проекции военной силы, которые помогли бы найти новую форму военного доминирования в важных для Белого дома регионах.

На первый взгляд это выглядит просто как масштабирование опыта Украины в войне против России. Но нюанс в том, что и до этого США довольно успешно «обкатали» несколько важных образцов БПЛА. А в ближайшем будущем наша страна станет своеобразным «полигоном» для испытания перспективных «мини-крылатых ракет» от США.

Такая конвергенция является взаимовыгодной, поскольку воюющая Украина заинтересована в любых средствах для «войны дронов» и поражения военной инфраструктуры врага. Но здесь важно вовремя сделать необходимые выводы, поскольку в современном мире сами технологии утрачивают свою эксклюзивность, вместо этого ведущую роль начинает играть другое – кто быстрее находит эффективные решения и ставит их на поточное производство.

Какие дроны от США уже испытывались в Украине

Широко известен факт использования в Силах обороны Украины американских дронов-камикадзе семейства Switchblade 300/600. Об этих БПЛА можно услышать разные отзывы, особенно по соотношению «стоимость/эффективность». Но свою важную роль на поле боя против армии РФ они сыграли, особенно в течение 2022-2023 годов.

Однако были и другие, даже более интересные примеры применения дронов от США в Украине:

• семейство дронов-камикадзе Phoenix Ghost от частной оборонной компании AEVEX Aerospace; первый тип – Disruptor (визуально похожий на Shahed-101), с боевой частью 22 килограмма и дальностью пуска до 600 километров, второй тип – Dominator, с боевой частью 16 килограммов и дальностью до 500 километров. Ориентировочный период поставки – 2022-2023 годы;
• дроны-камикадзе Altuis-600M от Anduril – боевая часть 3 килограмма и дальность до 440 километров; в ноябре 2025 года Wall Street Journal писала о том, что в 2024 году СБУ отказалась от использования таких БПЛА из-за неудовлетворительного уровня надежности;
• разведывательные БПЛА V-BAT от частной оборонной компании Shield AI. Несколько единиц было поставлено в 2024 году, продолжительность полета – до 10 часов, дальность не раскрывается;
• FPV-дроны Archer от частной оборонной компании NEROS – боевая нагрузка до 2 килограммов, дальность от 20 километров, ориентировочный объем поставок – до 6 тысяч единиц с марта 2025 года;
• FPV-дроны Bolt от Anduril – использование «машинного зрения» для донаведения на цель, дальность до 40 километров. Намеки о поставке этих дронов для ВСУ появились в начале 2026 года.

Это обобщение на основе открытых источников является абсолютно неполным, и на это есть свои причины. Практика показывает, что в Силах обороны Украины сотрудничество в сегменте БПЛА идет по горизонтали «производитель – подразделение, которое непосредственно применяет». Такая горизонталь является взаимовыгодной, поскольку позволяет 1) производителю быстро получить весь набор данных о реальных возможностях их изделия, а 2) нашему военному командованию – быстро централизовать весь массив необходимых данных.

Централизация массива данных в данном случае действительно необходима: только по официальным данным Минобороны Украины, в 2025 году для использования в войсках было допущено аж 550 новых типов БПЛА; адекватное прилагательное для описания такой величины данных найти сложно.

При этом выход в публичное пространство происходит лишь в двух крайних случаях: 1) или когда изделие себя зарекомендовало настолько хорошо, что производитель хочет масштабировать успех с коммерческой целью, или же 2) когда БПЛА показал недостаточного уровня характеристики, но компания-производитель не пошла на обратную связь для усовершенствования разработки в интересах наших военных.

Если же изделие работает на удовлетворительном уровне, то его боевое применение происходит в рутинном режиме, остается в непубличной плоскости и разве что косвенно проявляется в ежедневных отчетах Генерального штаба ВСУ о потерях ВС РФ.

Такие закономерности касаются как отечественных, так и иностранных производителей БПЛА. Что объясняет, почему в прессе описываются разве что единичные случаи успеха или неудачи тех или иных типов дронов на поле боя в Украине на фоне того, что только за прошлый год наши военные получили более 5 сотен новых типов БПЛА. И почему при этом не раскрывается главный параметр – стоимость/эффективность применения.

Если говорить конкретно об американцах, то они явно учли опыт испытаний их БПЛА на поле боя в Украине, и это проявилось в следующих программах:

• вместо развития линейки дальнобойных дронов-камикадзе Phoenix Ghost США пошли путем буквального копирования Shahed-136, что обернулось БПЛА LUCAS от частной компании SpektreWorks, впервые представленным в июле 2025 года, главная особенность – применение Starlink для управления. По некоторым данным, LUCAS были применены во время операции США в Венесуэле 3 января 2026 года;
• недостатки дрона-камикадзе Altuis-600М были учтены Anduril при проектировании более совершенного образца Altius-700, по которому заявлена боевая часть 15 килограммов и более высокий уровень надежности по сравнению с предшественником;
• ну а FPV-дроны Bolt от той же Anduril с «машинным зрением» являются формой переосмысления нашего опыта, которая диктует – лучше иметь дорогой образец, который сразу будет давать 100% попадание, нежели полагаться на дешевые и массовые образцы, где в цель попадет 1 из 10-15 аппаратов.

ERAM как основа работ по «мини-крылатым ракетам» США

«Мини-крылатые ракеты» являются по сути тем же самым, что и «ракето-дроны» или реактивные БПЛА, или даже «реактивные КАБы», то есть массовым и малогабаритным управляемым реактивным вооружением, для пуска в режиме «поверхность-поверхность» или «воздух-поверхность». Так как этот сегмент вооружения только кристаллизуется, то для его обозначения используется несколько возможных вариантов, и здесь проще выделить типичные черты:

• реактивный двигатель и дозвуковая скорость полета;
• аэродинамические органы управления (крылья, хвостовое оперение)
• стоимость на уровне несколько сотен тысяч долларов, то есть в разы меньше «классической» крылатой ракеты.

Конфигурация боевой части здесь имеет важное, но не определяющее значение. Стандартная авиационная бомба любого калибра может вполне использоваться как БЧ благодаря своей дешевизне и массовости.

Нечто похожее на «мини-крылатую ракету» или же «реактивный БПЛА-приманку» США поставляли Украине в рамках военной помощи. Речь о ADM-160 MALD – компактном и высокотехнологичном реактивном летательном аппарате взлетной массой всего 45 килограммов и дальностью до 500 километров, предназначенном для «перегрузки» российской ПВО. MALD использовался как «приманка», чтобы «расчищать» путь для пролета дозвуковых крылатых ракет SCALP-EG и Storm Shadow до военных объектов РФ.

Сколько ADM-160 MALD американцы передали для ВСУ – цифра не раскрывается. Но судя по всему, практика использования таких летательных аппаратов в реальных боевых условиях была признана успешной, поэтому США решили развить направление по дешевым реактивным средствам для массированных прорывов ПВО и ударов по военным целям противника.

Такая идеология положена в основу программы ERAM, которая ныне выступает «ядром» для всех работ по «мини-крылатым ракетам» в США. Саму аббревиатуру ERAM украинские читатели могли встречать ранее, поскольку по этой программе США и другие страны-партнеры планируют в течение нескольких лет поставить до 3350 «мини-крылатых ракет» общей стоимостью 825 миллионов долларов, или же по 246 тысяч долларов за единицу.

Параметры ERAM предусматривают, что средство должно лететь на дальность до 400 километров с дозвуковой скоростью, взлетная масса – 227 килограммов (то есть эквивалент стандартной JDAM). Платформами для пуска должны выступать и F-16, и самолеты советского образца, которые до сих пор остаются в строю ВСУ.

Интересно, что такие «мини-ракеты» для Украины будут поставлять сразу две частные компании – CoAspire и Zone 5 Technologies. Вторая компания свой образец подала заодно на конкурс Enterprise Test Vehicle (ETV) от ВВС США, условия которого идентичны программе ERAM. Ну и кроме того, военное руководство США уже рассматривает концептуальный вариант использовать наработки по ERAM для развертывания производства дешевых и массовых зенитных ракет стоимостью в сотни тысяч долларов.

Описанная выше логика выглядит на удивление рациональной: проектировать максимально универсальное средство поражения, работы по которым будут вести компании с логикой стартапов. Но далее следует заметить, что у самих американцев такое «праздник рациональности» проявился лишь в течение последних 2 лет.

Базовым катализатором могли выступить расчеты от авторитетного вашингтонского аналитического центра CSIS, которые были обнародованы в январе 2023 года и которые показывали катастрофическую для США математику затрат в случае войны за Тайвань против Китая, даже если боевые действия будут иметь относительно «ограниченный» характер (то есть не будут распространяться на «материковую» территорию Поднебесной и будут длиться всего недели). Ожидаемый расход:

• 5000 зенитных ракет всех типов (в том числе морские ракеты SM-6 и ракеты PAC-2 и PAC-3 к Patriot);
• 4000 крылатых ракет воздушного базирования AGM-158 JASSM;
• 450 крылатых противокорабельных ракет AGM-158C LRASM;
• 400 противокорабельных ракет Harpoon;
• 400 крылатых ракет Tomahawk в версии TLAM (для ударов по наземным целям).

Для сравнения, ежегодно сейчас ВПК США изготовляет около 50 «Томагавков», до 700 ракет PAC-3 к «Пэтриотам» и около 700 JASSM; серийное производство «Гарпунов» прекращено. Что заодно иллюстрирует вполне военную логику, по которой США так и не пошли на передачу Украине ракет Tomahawk и AGM-158 JASSM – «оборонка» изготовляет мало, нужны запасы на случай войны в Тихом океане.

Сами американцы в вопросе своего ракетного арсенала оказались в стратегическом парадоксе – чтобы производить ракеты для защиты Тайваня и войны против Китая, «оборонка» США критически зависит именно от тайваньской электроники и китайских редкоземельных металлов. Ну а этот стратегический парадокс, в свою очередь определяет ориентировочную длительность изготовления ракет – минимум 20-25 месяцев на восстановление того, что может быть отстреляно всего за 3 недели боевых действий.

Хотя при этом остается открытым вопрос о том, позволит ли Китай накопить США достаточный ракетный запас или до «большой войны» в Тихом океане, или же восстановить израсходованные запасы после гипотетических боев.

Также интересно, что параллельно с работами по перспективным «мини-крылатым-ракетам» США планируют наращивание производства и «классического» ракетного вооружения. Например, заключенная в феврале 2026 года серия рамочных соглашений между Пентагоном и корпорацией Raytheon предусматривают выход в течение 7 лет на годовые темпы производства в 1000 ракет Tomahawk, 500 морских зенитных ракет SM-6 и заодно еще 1900 ракет «воздух-воздух» AIM-120. Однако при этом надо принимать во внимание, что «в течение 7 лет» - это к 2033 году, то есть американский ВПК рискует не успеть с «раскруткой маховика» ко времени возможной войны против Китая за Тайвань.

Обобщение и выводы

Если обобщить все вышеизложенное, то получим следующую картину:

• на опыте войны РФ против Украины США поняли необходимость собственного перевооружения, с опорой на беспилотные технологии;
• «испытательным полигоном» в данном случае выступила наша страна, где США смогли успешно отработать собственную концепцию по FPV-дронам, БПЛА-камикадзе средней и большой дальности;
• разработку и производство новых образцов БПЛА в этой истории на себя взяли частные американские компании, в частности Anduril, которая относится к орбите «Paypal-мафии»;
• следующим экспериментальным шагом для американского ВПК с отработкой в Украине станет программа ERAM в сегменте «мини-крылатых ракет», результат которой повлияет на формат подготовки США к возможной войне против Китая в Тихоокеанском регионе.

История с ERAM является для Украины выгодной, поскольку так наша армия получит как внешнюю помощь 3,3 тысячи единиц вооружения с дальностью до 400 километров, каждая из которых будет стоить всего 0,2 миллиона долларов. Однако для нашей страны эта история должна решить не только оперативно-тактические задачи (то есть поражение российских объектов), но и определить дальнейший стратегический курс также, то есть – какой должна быть оптимальная конфигурация наших средств «дипстрайк» в дальнейшем.

По сути, все время дальнобойных ударов по территории РФ (начиная с 2024 года) при использовании БПЛА-камикадзе наша страна пытается буквально «массой продавить» российскую противовоздушную оборону, уровень плотности является поражающим. На начало прошлого года в строю ВС РФ только наземный компонент противовоздушной обороны включал в себя:

• 716 пусковых установок комплексов С-300 и С-400 (1 бригада и 24 зенитно-ракетных полка);
• 390 пусковых установок ЗРК «Бук» всех модификаций;
• 130 пусковых установок ЗРК «Тор» всех модификаций;
• 100 пусковых установок «Оса-АКМ» и 50 комплексов «Панцирь»;
• 300 пусковых установок «Стрела-10М»

Подсчет по пусковым установкам (а не например по зенитно-ракетным дивизионам) здесь является оправданным, поскольку комплексы «Стрела-10М», «Оса-АКМ», «Панцирь» и «Тор» - там все составляющие (пусковые и РЛС) размещены на одной платформе; кроме того, россияне всегда идут по принципу эшелонирования ПВО от средств малой до средств большой дальности, от линии боестолкновения и далее вглубь временно оккупированных территорий и непосредственно территорий РФ.

Когда РФ в 2022 году начала кампанию ударов с использованием БПЛА Shahed-131/136, то навязала Украине гонку по принципу «Шахед массовее и дешевле зенитной ракеты», имея на это соответствующий ресурс.

Когда Украина в 2024 году перешла к регулярным ударам по территории РФ, используя «дипстрайки» с винтовой силовой установкой, то также перешла к формату «БПЛА массовее и дешевле зенитной ракеты».

Однако практика показывает, что при таком формате российскую ПВО проходит максимум 10% наших дальнобойных средств, при этом залп должен быть на уровне не менее 100 единиц. Что в свою очередь не дает ожидаемого результата «стоимость/эффективность» в поражении важных целей агрессора.

Если программа ERAM в Украине будет «обкатана» успешно, это будет означать, что нам для успешных ударов по агрессору нужно будет делать ставку именно на «мини-крылатые ракеты» (или же «ракето-дроны»). Однако сам цикл с «обкаткой» программы и реализацией первых выводов из нее может занять до 1-1,5 лет, и это в ходе активных боевых действий.

Автор - Иван Киричевский, специалист по вооружениям