Почему переговоры в Женеве проходят по сценарию Путина

Как видим, все происходит быстрее по российскому представлению о переговорном процессе, чем по американскому, украинскому или европейскому.

Продолжаются украинско-американские переговоры в Женеве. Очередной раунд вряд ли приведет к какому-то серьезному прорыву, но продемонстрирует, каким образом изменилась тактика российской делегации. Ну, конечно, тактика Путина после того, как к переговорам снова присоединился бывший, а теперь новый руководитель российской делегации Мединский, который, как правило, использовался российским президентом для выдвижения, прежде всего, идеологических претензий к Украине.

Раунд, который продемонстрирует, как Соединенные Штаты реально собираются в будущем относиться к переговорному процессу. Тем более, что очевидно они находятся в настоящем цейтноте. Ведь одновременно с переговорами с Россией и Украиной американские представители Джарет Кушнер и Стив Витхов проводили и переговоры с Ираном. Этот раунд консультаций в Женеве уже завершился. И источники говорят об определенном прогрессе, но о том, что нужно согласовать еще немало деталей. То есть можно сказать, что руководство Ирана на переговорах с американцами придерживается той же тактики, что и руководство Российской Федерации. Оно затягивает время, демонстрирует готовность к разговорам, но вместе с этим никакого желания договариваться о чем-то конкретном.

И, конечно, учитывая то, что специальные представители американского президента осознают, что Дональд Трамп имеет свои потребности политического характера, связанные с предстоящей предвыборной кампанией в Соединенных Штатах, и что он ожидает реальных результатов и от украинско-российско-американских, и от ирано-американских переговоров, они вынуждены действовать в этом своеобразном цейтноте, а россияне, очевидно, никуда особенно не спешат. Россиянам нужно показать, что переговорный процесс продолжается, и таким образом удержать американскую делегацию от таких докладов Трампу, которые бы заставили американского президента прибегнуть к жестким шагам в адрес Путина. Очевидно, что именно в связи с этим в Женеву прибыл специальный представитель российского президента Кирилл Дмитриев.

Что действительно изменилось на этих переговорах, так это то, что европейские страны пытаются акцентировать на необходимости своего участия. И в Женеву прибыли, это впервые во время этого переговорного процесса, советники по вопросам национальной безопасности четырех европейских стран, которые будут проводить собственные консультации с американскими представителями. Таким образом, еще раз подчеркивается, что без Европы, как об этом говорил на Мюнхенской конференции президент Франции Эммануэль Макрон, невозможно достичь каких-либо договоренностей с Россией. Американцы это прекрасно осознают, даже если они будут говорить с Путиным об отмене санкций, о передаче активов Российской Федерации, которые заморожены в Европейском Союзе, о том, как будет выглядеть безопасность для Украины, невозможно принимать эти решения без участия европейских представителей.

И даже если американские представители во время своего разговора с российской делегацией что-то обещают, они в любом случае должны согласовать это свое обещание с европейцами. С логической точки зрения все это действительно так. Но это имело бы реальное значение, если бы Путин действительно стремился к миру с Украиной, то есть стремился бы к договоренностям с Киевом о прекращении российско-украинской войны. Поскольку на самом деле российский президент прежде всего требует от своей делегации, как это было уже неоднократно в течение последних даже не четырех, а 11 или 12 лет переговорного процесса, затягивания времени, то и то, как американцы будут согласовывать с европейцами общие позиции, его не сильно интересует.

Наоборот, Путин может быть заинтересован в том, чтобы американцы давали обещания, которые они не могут выполнить во время своих разговоров с Москвой, чтобы европейцы занимали такую позицию, которая затем заставляла бы администрацию Трампа искать новые компромиссные решения, а администрацию Путина обвинять американцев в неконструктивности. Кстати, стоит напомнить, что эти заявления о неконструктивности от министра иностранных дел России Лаврова звучали и до начала переговоров в Женеве. Вспомните, что глава российского внешнеполитического ведомства говорил о том, что американцы не выполняют те договоренности, которые якобы были достигнуты в Анкоридже, прежде всего не заставляют украинцев и европейцев к более гибкой позиции по отношению к российским требованиям и выжимают Россию с энергетических рынков.

Так что можно сказать, что это уже начало нового тура затягивания российско-украинских переговоров. Вот Россия вся такая конструктивная. Она хочет достичь мира, она хочет достичь договоренностей. А европейцы держат Трампа за руки. И он вынужден таким образом соглашаться с позициями своих союзников. Конечно, будет и немало вбросов перед тем, как стороны продолжат переговоры. В частности, вы, возможно, знаете о тексте в журнале "Экономист", который говорит, что украинская делегация разделилась на два лагеря.

Один из которых пытается достичь более быстрого соглашения с Москвой под эгидой американцев. И в этот лагерь издание включает главу администрации президента Украины Кирилла Буданова. А другой лагерь пытается сейчас воздержаться от каких-либо договоренностей, ожидая, что Украина будет иметь более выгодную позицию в будущем. И президенту Украины приходится учитывать позиции обеих этих групп. И все это очень хорошо выглядит, если бы только имело какое-то отношение к реальному ходу событий.

Конечно, вопрос даже не в компетентности или некомпетентности западных журналистов, которые ищут какие-то разногласия в лагере делегации из Украины. Хотя это тоже может быть скорее поиском источников, которые выдают желаемое за действительное. В самом Киеве такие источники тоже существуют. Но самое главное, не имеет большого значения, как выглядят позиции участников украинской делегации в условиях, когда российская делегация не настроена на какие-либо договоренности и использует переговорный процесс для того, чтобы Путин имел возможность продолжать войну, а не приезжает в Женеву или в любое другое место, где проходят переговоры, для того, чтобы искать реальные условия мира.

И мне кажется, что это является самым главным моментом в том, что происходит. Потому что, если мы будем искать, какую позицию занимает украинская делегация на этих переговорах, каким образом европейцы не соглашаются с американцами относительно того, что происходит во время переговорного процесса, на какие уступки готов пойти Путину Витхов и Кушнер, мы таким образом входим в ситуацию, где Россия действительно желает завершения российско-украинской войны, ситуацию противоположной реальности, в которой переговоры, которые проходят в Женеве, лишь часть путинского плана продолжения войны с попыткой удержать Запад от более жестких санкций по отношению к Российской Федерации.

И пока, надо сказать, этот план продолжает воплощаться в жизнь. Пока Путин остается человеком, который участвует в переговорном процессе с Трампом, но не дает Трампу желаемого, то есть хотя бы прекращения огня на российско-украинском фронте, и не дает возможностей американскому президенту относиться более жестко к России. Даже не с точки зрения американских санкций, которые, конечно, можно было бы и усиливать. И об этом сейчас Трампу говорят республиканские сенаторы. Но прежде всего по вопросу предоставления Украине дальнобойного оружия и по вопросу большей военной помощи для нашей страны.

Очевидно, что это действительно могло бы привести, если не к изменению позиции Путина, то к осознанию им того факта, что сами переговоры не работают как процесс затягивания времени. Но пока, как видим, все происходит скорее по российскому представлению о переговорном процессе, чем по американскому, украинскому или европейскому.

Источник