Дефицит Patriot и кризис "Шахедов": как удары США по Ирану бьют по Украине и России

Операция США против Ирана имеет не только региональное измерение. Она непосредственно влияет на конфигурацию войны в Украине, российские военные возможности и глобальный баланс систем ПВО.

Причина проста: именно Иран стал одним из ключевых военно-технологических доноров России после начала полномасштабного вторжения в Украину. Дроны-камикадзе Shahed-136, разведывательно-ударные Mohajer-6, боеприпасы, технологии локализации производства — все это позволило Москве перейти к системному террору украинской энергетики и городов.

Кроме беспилотников, по данным американской администрации, Иран передавал России артиллерийские и танковые боеприпасы, минометные снаряды, а также комплектующие к ударным системам. Речь шла не только о готовой продукции, но и о технологической поддержке — в частности электронике, навигационных модулях и производственном оборудовании для локализации сборки "Шахедов" на территории РФ.

Еще в 2022 году после визита Путина в Тегеран американские СМИ со ссылкой на разведку сообщали о договоренности о передаче сотен БПЛА. В ноябре того же года Иран фактически признал поставки беспилотников, пытаясь объяснить это "довоенными контрактами". Однако уже в 2023 году Белый дом заявил, что сотрудничество продолжается, а Тегеран помогает России создать собственные производственные мощности.

Следствие — резкий рост российских возможностей. Завод в Елабуге, созданный при участии иранских специалистов, стал ключевой площадкой сборки "Шахедов". Суммарное производство ударных БПЛА в РФ оценивается в десятки тысяч единиц в год. С начала вторжения против Украины применено более 57 тысяч таких дронов.

Второй уровень сотрудничества — ракетный. Fateh-110 и Zolfaghar — баллистические ракеты с дальностью 300 и 700 км соответственно — представляют принципиально иную угрозу. Их полет длится всего несколько минут, а перехват возможен исключительно современными системами вроде Patriot PAC-3 или SAMP/T. Именно поэтому любое усиление ракетного компонента РФ означает дополнительную нагрузку на украинскую систему ПВО.

По оценкам западной разведки, Иран имеет более 3 тысяч баллистических ракет различного типа. Даже частичная интеграция этого потенциала в российскую войну против Украины существенно повышает интенсивность ракетных угроз. Кроме того, предметом обсуждений могли быть и иранские крылатые ракеты, которые по характеристикам близки к советским Х-55.

17 января 2025 года Москва и Тегеран подписали договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, который охватывает оборону, энергетику и военно-техническое сотрудничество. Фактически это означало институционализацию военного союза, который уже де-факто работал с 2022 года.

И тут появляется новый фактор — американская операция против Ирана.

Важно Трамп смещает фокус на конфликт с Ираном: в Politico объяснили, какие последствия это будет иметь для Украины

После ударов США и Израиля по объектам иранской инфраструктуры регион перешел в фазу обмена ударами через прокси-структуры. Союзники Ирана активизировали атаки на американские базы и объекты партнеров США на Ближнем Востоке.

Речь идет о ракетных и дроновых ударах по военным объектам США, атаках на морскую инфраструктуру и попытках перегрузки систем ПВО союзников Вашингтона в регионе. Фактически происходит симметричный ответ через сеть прокси-структур.

Это автоматически увеличивает потребность в системах противовоздушной обороны в регионе.

По оценкам западных аналитиков, часть союзников Вашингтона уже сталкивается с дефицитом ракет-перехватчиков для Patriot из-за интенсивности атак. Производственные мощности таких ракет в мире ограничены: изготовление перехватчиков к Patriot длится месяцами, а интенсивность применения в условиях двух театров боевых действий — украинского и ближневосточного — создает беспрецедентную нагрузку на оборонную промышленность США и партнеров.

Каждый комплекс, развернутый на Ближнем Востоке, — это ресурс, которого может не хватать в другом регионе.

Таким образом формируется прямая причинно-следственная связь:

1. Иран поставляет РФ дроны, ракеты и технологии.
2. Это усиливает способность России вести войну против Украины.
3. США начинают операцию против Ирана.
4. Растет потребность союзников США в системах ПВО.
5. Мировой ресурс перехватчиков и комплексов ПВО перераспределяется.
6. Украина оказывается в более жесткой конкуренции за оборонные ресурсы.

В то же время существует и обратный эффект. В случае существенного ослабления иранской военно-промышленной или логистической инфраструктуры Россия может потерять стабильные каналы поставок дронов, ракетных компонентов и боеприпасов. Это непосредственно повлияет на интенсивность ударов по украинской территории и ограничит возможности Москвы компенсировать собственные производственные проблемы.

То есть для Украины американская операция имеет двойное измерение: стратегическую возможность ослабить одного из главных военных партнеров Кремля — и тактический риск временного дефицита ПВО из-за глобальной перегрузки систем.

Именно поэтому в Лондоне премьер-министр Кир Стармер заявил о запросе к Украине о консультациях со специалистами ПВО. Британия стремится учесть украинский опыт отражения массированных дроновых и ракетных атак. Украина согласилась предоставить экспертную помощь — ведь фактически именно она имеет самый большой в мире практический опыт противодействия "шахедному" и баллистическому террору.

Итак, операция США против Ирана — это не отдельная ближневосточная история. Это часть более широкой геополитической перестройки, где Иран, Россия, Украина и система глобальной ПВО оказались в одном стратегическом уравнении.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.

Важно Война с осью зла в Иране: как выглядит новый геоэкономический ребус