Военная победа Путина над Украиной невозможна, 2026-й может стать точкой перелома для России – Милов

Путин хорохорится, но ситуация в России аховая, и вопрос о том, когда остановить боевые действия в Украине, висит в воздухе, отметил Владимир Милов.

На сайте Главред состоялся чат с экономистом, политиком, общественным деятелем, в прошлом заместителем министра энергетики Российской Федерации Владимиром Миловым. Общаясь с читателями, он рассказал, почему 2026 год может стать переломной точкой для России, какие настроения царят в российских элитах, что указывает на то, что в РФ вызревает народный бунт, и почему военная победа Путина над Украиной невозможна.

Представляем вторую часть беседы с Владимиром Миловым.

Первую часть чата с Владимиром Миловым, где он рассказал, какие колоссальные проблемы начались в российской военке, почему РФ больше не может себе позволить масштабные наступления или захват крупных городов, и как она будет воевать дальше, а также почему Путину придется сворачивать боевые действия в Украине, читайте, перейдя по ссылке.

Что будет с Россией, если война с Украиной ни в 2026-м, ни в 2027-м не прекратится? Какие реалии жизни ждут дальше россиян? Продукты по карточкам, бензин по талонам и щи по праздникам даже в столице?

Ресурсы, чтобы тянуть дальше, у России, по сути, закончились. Что делать – не понятно. Сейчас там говорят о необходимости допечатывать деньги, чтобы как-то закрыть потребности. А это инфляция, что очень ударит по карману обычных россиян. Нет ничего, что могло бы ситуацию вытащить из ямы.

Исторический опыт говорит о том, что российское население часто выбирало некую адаптацию. Так оно делает и сейчас. Но адаптация возможна лишь до определенного момента. Люди долго терпят, но, когда становится слишком сложно, случается обрыв. Мы не можем прогнозировать точку этого обрыва, но хорошо знаем, что случается, когда власти упорно не хотят пересмотреть старую политику, отказаться от нее и начать делать что-то по-новому. Тут можно вспомнить и Николая II, и Брежнева, и Горбачева: они выбрали сохранение старой системы, хотя ресурсов на нее не хватало, и это каждый раз доходило до продовольственных карточек. По законам физики, если вы идете в какую-то точку и не хотите менять свои параметры жизни, вы в нее придете.

Сейчас это представить сложно, но потребительские возможности россиян уже сильно сокращаются, качество жизни ухудшается, причем не только в экономическом измерении. История с интернетом – неизбежное следствие: чем хуже экономическая ситуация, тем больше недовольства, а чем больше недовольства, тем больше цензуры и ограничений интернета. Это циклическая вещь: чем меньше интернета, тем меньше может нормально работать бизнес, а, значит, экономическая активность будет еще больше сокращаться, а, значит, недовольства будет еще больше. Видно, что история с интернетом затронула многих, и очень неполитические россияне много выступают по этому поводу – с начала года прям вой стоит.

Так что продукты в России еще не по карточкам, но ситуация стремительно ухудшается, и люди этим недовольны – это заметно.

На днях много шума наделала очень лояльная российской власти газета Московский комсомолец, напечатав статью, где говорилось, что Путин еще пока хороший, но плохие чиновники ведут Россию к катастрофе. Если подобные высказывания появляются в лояльной прессе, значит, ситуация тяжелая.

Не готов сказать, когда будут продуктовые карточки, но все идет в эту сторону. Очень важно не останавливаться в давлении на Путина и его систему.

Может ли это недовольство выплеснуться в какие-либо социальные возмущения, условно говоря, в "голодные бунты", протесты, бунты местных элит и т. д.?

Да. Но это сложно прогнозировать, потому что все механизмы для этого уничтожены. Власти очень четко отслеживают коммуникацию людей друг с другом и пытаются это пресечь. Мы видели разные протесты по региональной повестке: власть быстро вычисляет инициаторов, против них проводятся точечные репрессии, вычисляют штрейкбрехеров, которые из этого протестного круга могут перейти на сторону власти, и либо запугивают их, любо дают денег. Власти очень быстро вычисляют и громят горизонтальные связи. Поэтому людям организоваться сложно: как только высовываешь голову, ее тут же стараются отсечь.

Тем не менее, это неизбежно произойдет. В истории мы не раз видели, как это происходило. Условие для этого – общее ослабление режима и потеря властью своего авторитета, когда люди перестанут бояться сказать вслух, что Путин – козел.

Смотрите видео, в котором Владимир Милов рассказал о денежном голоде и других проблемах в российской военке, а также о том, почему в России подумывают о сокращении масштабов боевых действий в Украине:

Этот процесс в последнее время пошел. Самые разные люди – от Московского комсомольца до одного из прокремлевских деятелей и инстаграмщиц – начинают говорить, что во всем виноват Путин и выстроенная им система. Есть уже ранние признаки. Но я бы тут призвал быть осторожными в оценках, так как это лишь начало, первые "подснежники". Однако развиваться этот процесс будет так: люди будут смелеть и все чаще называть имя Путина, если власть ослабнет и не сможет задавить все это в зародыше, процесс приобретет массовый характер.

Быстрого процесса не будет, с Россией всегда сложно: она очень инертная, как большое ржавое колесо, которое трудно проворачивать, но направление у этого процесса однозначное. Так что кончится все так.

Как, по вашим наблюдениям, меняются настроения в российских элитах, в окружении Путина? Есть ли там люди, которые пытаются остановить этот процесс?

Очень многих из них знаю, работал с ними. Знаю многих из высшего российского руководства и половину из российского списка Forbes лично. Они все недовольны, но они все очень боятся. Они говорят: "Вов, смотри, таких, как мы, сажают больше, чем вас". И это правда. Если посмотреть на российские новости, то уровень репрессий против чиновничества и крупного бизнеса максимально высокий. Каждый день кого-то арестовывают, у кого-то отнимают активы и т.д. Свежая история – история предпринимателя Александра Галицкого, ближайшего партнера Чемезова, который был интеллектуальным архитектором создания системы обязательной маркировки товаров, на которой Чемезов зарабатывает (такой скрытый налог на весь бизнес в России). Галицкий это придумал и помог реализовать. Сейчас его раскулачивают, арестовывают имущество и объявляют "врагом народа", потому что Путину донесли, что Галицкий якобы что-то говорил о том, что не надо было нападать на Украину.

Так что все эти люди очень боятся. Они говорят, что не могут даже на встрече в ресторане один на один обсудить, какой Путин гад, потому что кто-то запишет разговор, и посадят. О встрече четырех-пяти человек из элит, где бы обсуждали, что делать с Путиным, не может быть и речи. Прежде всего, никто не знает, кто из участников "настучит". Они все против 100%, но все боятся что-то сделать.

Если говорить о бунте элит, то я старый скептик на эту тему. Вспомните, как все происходило во время Перестройки: элиты последними что-то сделали. Сначала задвигается экономика и люди, все начнет валиться из рук. Элиты, как правило, перебегают на другую сторону тогда, когда видят, что ситуация безнадежная. Так это было и во время Евромайдана с депутатами от партии Януковича, которые начали перебегать, но в самый последний момент. Поэтому в бунт элит я не верю.

С другой стороны, помогать Путину и спасать его элиты тоже не будут. Одна из вещей, которую я часто слышу от них: "Мы тут все сидим на итальянской забастовке, то есть делаем то, что нам положено, но не больше". Большого энтузиазма в этой системе нет. И веры в будущее тоже нет. Об этом ярче всего в интервью сказал пару лет назад известный олигарх Дерипаска: "Мы не понимаем, куда идем. Будущее размыто. Плана нет". Вот это всем очень сбивает настройки, они ужасно недовольны. Но они все трусы поголовно. Они очень встроены в систему и хорошо на этом зарабатывают. И очень боятся.

Поэтому не ждите в России бунтов элит. Нужно добиваться ослабления системы, роста общего недовольства, и тогда этот процесс породит много разных других вещей, которые могут к чему-то привести.

Если российские элиты сегодня больше всего боятся Путина, то чего, на ваш взгляд, больше всего сейчас боится сам Путин?

Всего. По действиям Путина это видно, когда он пытается подать себя ковбоем, стреляющим от бедра. Это первый признак того, что ситуация аховая, и выпутаться из нее нельзя.

У него все можно измерить степенью вранья. Когда ситуация под контролем, он расслаблен и спокоен, а сейчас он про все врет. Ежеминутно, когда он на публике, он проводит информационно-психологическую когнитивную спецоперацию, чтобы всех убедить, что он выигрывает. Это сильный признак того, что он сам не верит в успех и просто пытается добиться желаемого трюками и обманом.

Обман – везде. России не хватает персонала на фронте, потому начали студентов заманивать в якобы беспилотные войска. То есть по всей стране идет мошенничество.

Думаю, Путин все хорошо понимает и всего очень боится. А главное – он боится последствий: он не может остановиться, потому что понимает, что кончится все тем, что его повесят. Поэтому он вынужден на адреналине поддерживать нужное настроение, хорохориться – мол, у нас все гораздо лучше, чем есть, но жизнь ему все время подсовывает "отрицательный рост" и все более кислую ситуацию.

Когда Путин проводит совещание по экономике, посмотрите, как он говорит обо всем, с какими взглядами сидят министры. Понимание того, куда все катится, там есть.

На днях активизировались разговоры о том, что Россия готовит нападение на страны Балтии. А российская экономика вообще позволит Кремлю реализовать такое нападение, если действительно такой план вынашивается? Или это очередное вранье Путина, чтобы показать, что Россия побеждает, и все у нее хорошо?

Россия совершенно точно будет тестировать оборону НАТО, не только в странах Балтии. Но они являются очевидным уязвимым звеном, потому что ближе всего к России. И там есть часть российского населения, которое в том числе может служить проводником каких-то путинских идей. Этот фактор есть и в Латвии, и в Эстонии.

Путину выгоден этот очаг постоянного напряжения. Думаю, его первая цель – просто всех пугать и тестировать решимость НАТО коллективно обороняться. Ведь сейчас во всех альянсах, которые считались незыблемыми, возникает вопрос о том, будут ли соблюдаться обязательства. Путин все это видит.

Нынешняя активизация темы вокруг стран Балтии связана с тем, что Путин видит: единство НАТО под вопросом. В этой ситуации он хочет дополнительно продемонстрировать, что единства уже нет, и часть членов НАТО не захотят участвовать в активной обороне стран Балтии. Такова его цель.

Что касается нападения. Я живу в Литве уже пять лет, как уехал из России, и вижу очень высокую готовность к обороне. Рядом есть страны, которые придут на помощь, например, Финляндия и Польша, и у них много живой силы. Здесь России будет очень тяжело – будет кровавая мясорубка. Но для масштабной затяжной операции у Путина сейчас нет людей, и ему придется снимать войска с украинского фронта, оголяя свои позиции. И тогда будет так, как в 2022 году на Харьковщине, когда украинская армия просто прокатилась и вернула территории. Путин сейчас не может себе позволить оголить оккупированные украинские территории. А других свободных войск у него нет.

У Путина нет возможности быстро захватить и легко провернуть операцию против стран Балтии. Здесь он встретит ожесточенное сопротивление, к которому готовятся давно.

С другой стороны, что точно может быть, и это абсолютно реалистично, Путин это умеет и практикует – всякие гибридные операции по дестабилизации с терактами, нападениями, атаками на критическую инфраструктуру и, возможно, какими-то диверсионными рейдами. Тем более, у него есть Беларусь, и он всегда может сказать: "Это вообще не я, а какие-то неопознанные вооруженные люди, может, местные что-то купили в военторге". К таким операциям по дестабилизации надо готовиться, я думаю, они будут.

Что касается полномасштабного военного нападения, то Путин может и это сделать – у него совсем другой порог оценки, и он способен на отмороженные действия. Но если это произойдет, он встретит здесь ожесточенное сопротивление, для преодоления которого у него недостаточно ресурсов.

Что Россия будет делать с оккупированными территориями и городами, которые война превратила в призраки? Озвучивались грандиозные планы, например, относительно Бахмута – о перезапуске соляных шахт и восстановлении Артемовского завода шампанских вин. Потянет ли российская экономика восстановление Бахмута, Марьинки, Покровска и еще десятков городов, которые стали руиной? Россия пытается что-то восстанавливать в Мариуполе, но, похоже, даже из одного города сделать "витрину" и "конфетку" ей не по силам, даже ради показухи.

Еще до того, как я уехал из России, а это было относительно недавно, я много бывал в южных регионах РФ – в Ростовской области и Краснодарском Крае, видел, какое количество людей из Крыма туда переехало. Люди, жившие на полуострове до российской оккупации, были вынуждены уезжать, потому что в Крыму нет ничего, там невозможно вести какую-либо экономическую активность, там все под российскими силовиками, все отжимают-отнимают, под санкциями ничего не работает. Поэтому многие переехали из Крыма после 2014 года в промышленно и инфраструктурно развитые российские южные регионы.

На оккупированных территориях сейчас такая же ситуация. Отток населения продолжается. Люди получают российские паспорта и уезжают, просто потому что там у них нет экономических возможностей, и они их ищут на территории России.

За эти четыре года какой-то самостоятельной модели функционирования оккупированным территориям Россия дать не смогла. Инвесторам они не интересны. Там – пустыня. Люди массово уехали, и их недостаточно для полноценной самостоятельной экономической модели. Инвестировать туда никто не хочет из-за военной опасности. Все, что там находится, является легитимной военной целью. Если даже из российских приграничных прифронтовых регионов типа Курска и Белгорода бизнес и население уезжают, то что уж говорить об оккупированных территориях.

Как-то я говорил с одной крупной западной компанией, у которой был завод в Енакиево. Спросил, рассматривают ли они хотя бы теоретически возможность вернуться. Мне ответили: "Вы что, с ума сошли! Мы инвестируем в восстановление, чтобы потом прилетел один дрон и все там разбил?". Так что деньги туда никто не понесет.

Кроме того, действуют санкции, то есть никакая интеграция в нормальный мировой рынок там невозможна. Там нужны какие-то контрабандные схемы, чтобы что-то продавать.

Все это выливается в то, что все оккупированные территории становятся для России серьезным грузом, невероятно убыточным для нее. Она вынуждена направлять туда серьезные дотации, в том числе и из бюджета. Например, электроэнергетика содержится за счет надбавок к тарифам для российских потребителей, и, кстати, люди этим очень недовольны. Российская социология показывает, что люди в большинстве не хотят субсидировать эти территории из российского бюджета, своих платежей и доходов. В какой-то момент встанет вопрос – а зачем все это дело надо, если оно не окупается и требует отнимать все время ресурсы из и без того дырявого российского бюджета. Повторюсь, никакой самостоятельной функционирующей модели там быть не может.

То есть все эти разрушенные города, оставаясь под оккупацией, так и будут руиной, пустыней и городами-призраками?

Абсолютно. Более того, в условиях сокращения российского бюджета (что в ближайшее время нас ждет), даже если нефть подорожает, российская власть будет направлять деньги на свои приоритеты, а не на эти территории. На оккупированных территориях ситуация будет существенно ухудшаться, и люди будут еще быстрее оттуда уезжать. Там будет в буквальном смысле социально-экономическое опустынивание.

Российские власти планируют привлечь на оккупированные территории Украины почти 114 тысяч россиян до 2045 года, о чем свидетельствуют так называемые "планы по развитию" Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей, разработанные Внешэкономбанком совместно с Единым институтом пространственного планирования. Что вы думаете о таких планах, насколько все это реалистично, и какой выхлоп может иметь?

До 2045 года эти территории точно вернутся под контроль Украины, можно даже не спорить на эту тему.

Желание россиян ехать на оккупированные территории минимально, если вообще есть. Даже те, кто решает поехать работать, отправляются вахтовым методом, чтобы заработать и с деньгами вернуться обратно. Потому что никакой связки с этими местами у россиян из других регионов нет. Россияне очень плохо понимают, что это за местность, потому у них просто будут адаптационные проблемы в коммуникации с теми людьми, которые там живут. Через вторые-третьи руки знаю, что россияне, которые сейчас работают на оккупированных территориях, чувствуют себя не в своей тарелке, не на своей земле, им хочется обратно, подзаработав денег.

Так что я в эти планы не верю. Вообще, все эти грандиозные планы по переселению никогда не срабатывали. Так, например, была полностью провалена Программа переселения соотечественников – переселение русскоязычных из бывших республик Советского Союза. Этих людей хотели массово переманить в Россию, но программа скукожилась до менее 30 тысяч человек в год, потому что никто не едет. Особенно сейчас, после начала полномасштабной войны. Нужно быть сумасшедшим, чтобы сейчас переезжать жить в Россию, например, из Казахстана. Люди, наоборот, заинтересованы эмигрировать в Казахстан. Я не вижу возможности, чтобы россияне из регионов, которые не были затронуты войной, массово ехали на территории, где ежедневно нужно жить в условиях войны. Не поедут. Это нереалистично.

Может ли 2026-й стать годом "черных лебедей" в России? Какие потрясения там возможны? И, образно говоря, из каких "гнезд" эти "черные лебеди" могут прилететь: американского, китайского или из сферы экономики?

Да, я уверен, что они будут. Прежде всего – из экономики.

Россия подзабыла, что такое глубокий непрекращающийся экономический кризис без дна. Это очень больно.

Это на бумаге звучит как что-то проходное, например, падение ВВП. А падение ВВП значит, что у людей меньше денег, и им приходится закрывать свое дело, лишаться доходов, увольнять работников. Даже если людей не увольняют, их отправляют на неполные рабочие недели и в неоплачиваемые отпуска. Принести домой им нечего. А подавляющее большинство людей в России – это и так те, кто сводит концы с концами. Потеря доходов – очень тяжелая история. Все перекредитованы страшно, возвращать кредиты банкам будет нечем. Будет расти число личных банкротств. Оно на треть в год примерно растет. Это уже миллионы людей на грани банкротства. Поэтому спад экономики – это очень больно. Мы видим, какой визг сейчас начался из-за повышения налогов и закрытия предприятий.

Я думаю, как и в прошлые разы в нашей истории, очень много проблем придет из экономики. И в этом году признаки уже появляются. Люди в России, которые были достаточно тихими и лояльными власти, начинают говорить совсем другим языком. Это было заметно уже в первые месяцы и недели 2026 года.

Так что это будет в 2026 году, но, может быть, и позже. Будет какая-то точка перелома. Хорошо помню, как это происходило в 80-е годы, когда все вокруг просто начали говорить, что "так нельзя", и через какое-то время это вылилось в масштабный публичный, а потом и политический протест. Сложно сказать, как будет в этот раз. Шансы на то, что 2026-й будет точкой перелома, очень большие.

Может ли Россия, по-вашему мнению, повторить судьбу СССР и развалиться? Заметны ли сегодня признаки того, что какие-то субъекты федерации хотели бы и готовятся отправиться в свободное плавание, или того, что другие государства готовятся "оттяпать" кусок российских территорий (не будем тыкать пальцем в Китай)?

Вряд ли. Ситуация очень отличается и от распада Советского Союза, и от распада Российской империи, потому что и в том, и в том случаях этнические русские не были большинством. В тех же бывших республиках СССР, которые заявили об отделении, русские были в меньшинстве, а доминировала титульная нация. Сейчас больше 80% населения России – это русские, а в момент распада СССР было 50%. И запроса у регионов об отделении вообще нет. Этой темы внутри России нет, она обсуждается только за ее пределами.

Более того, в начале 90-х у нас был опыт, когда был управленческий хаос, и губернаторы регионов начали выстраивать какие-то барьеры: вводить квазитаможню на границе, контролировать перемещение товаров, вводить если не свои деньги, то талоны и квазиденежные документы и т.д. И у людей об этом очень плохая память. На этом пропагандистски сыграл Путин, и этот период регионального сепаратизма воспринимается плохо, потому что тогда людям стало некомфортно перемещаться, вести бизнес и т.д. Поэтому запроса на распад в России я не вижу. Может быть отделение каких-то этнических республик, но их не так много: это десяток регионов Северного Кавказа и Поволжья, то есть это считаные проценты территории России. То есть 85-90% территории останется такой же самой. Поэтому вероятности распада России я не вижу.

При этом я вижу большой созревший внутренний запрос, который подавляется репрессиями, на глобальную реформацию системы. Потому что у нас уже далеко не первое издание гиперцентрализованного государства, когда чиновники все решают и людей не спрашивают. В России сильно созрел запрос на другую модель, потому что чиновникам верить нельзя, они обманывают и в итоге втягивают нас в войны и катастрофы. Есть большой запрос на федерализацию, децентрализацию власти, развитие сильного местного самоуправления, то есть на дрейф в сторону Швейцарии. Это очень заметно в регионах, где налоги не хотят перечислять в центр, хотят развивать свою повестку, торговлю и т.д.

О распаде много разговоров, но внутри России запроса на ее распад нет.

Поделитесь, пожалуйста, вашим субъективным видением: к чему, к какому исходу сейчас движется война в Украине? Есть ли хоть что-то, что бы указывало на невозможность победы России и Путина в этой войне?

Возможности победы Путина в этой войне просто нет. Об этом говорят все параметры: деньги, демография и пр. Военная промышленность в глубочайшем кризисе – у России нет возможности продолжать эту войну долго. Мы говорим об очень ограниченном периоде, когда Путин может пытаться наступать. Вопрос о том, когда остановить боевые действия, висит в воздухе. Все упирается только в личную зацикленность Путина, но ресурсная реальность его вернет на землю.

Военная победа Путина над Украиной вообще невозможна, просто в принципе.

Вопрос в том, на каких условиях будет прекращение огня, и как создать гарантии для того, чтобы Россия не продолжала агрессивные действия и не нападала в будущем. А вести войну к каким-то новым завоеваниям, даже не к победе, у Путина возможности нет.