Венгерский ребус: Кулик объяснил, почему смена лиц в Будапеште не гарантирует поворота в сторону Киева

Многие страны ЕС, наблюдая за возможным "наказанием" Орбана, могут представить эту ситуацию в отношении себя, поэтому не все будут готовы поддержать жесткие решения.

Пока Брюссель ищет юридические рычаги для ограничения влияния венгерского вето, Венгрия готовится к самому ожесточенному противостоянию последних десятилетий. Этот анализ посвящен реальным шансам оппозиции на победу и рискам того, что смена фамилий в кабинетах не приведет к фундаментальному пересмотру антиукраинского курса. Виталий Кулик, директор Центра исследований проблем гражданского общества, объясняет, почему новые политические лидеры Венгрии могут оказаться лишь "европеизированной" версией действующей власти. Подробнее о том, стоит ли Украине ждать "окна возможностей" и как ЕС готовится к сценарию политического шантажа — в материале.

Последние социологические опросы в Венгрии дают противоречивую картину, поэтому говорить об однозначном преимуществе той или иной политической силы пока рано. Несмотря на то, что оппозиционная партия "Тиса" демонстрирует рост поддержки и в некоторых исследованиях даже опережает партию "Фидес" действующего премьера Виктора Орбана, это еще не означает гарантированную смену власти.

По расчетам венгерского исследовательского центра 21 Kutatóközpont, "Тиса" может набрать около 48%, тогда как политическая сила Орбана, "Фидес" — примерно 44%. На самом деле есть еще одна политическая сила, занимающая третье место — это "Наша Родина". Она является правоцентристской политической силой, склонной к союзам с Виктором Орбаном. В результате именно вместе с ней Орбан может сформировать парламентское большинство.

Кроме того, есть около десятка округов, которые потенциально может выиграть "Тиса". Однако в этих округах существует значительный процент избирателей, которые не доверяют ни "Тисе", ни "Фидес". Также на политическом поле присутствуют другие силы, в частности "Демократическая коалиция", а также сатирический политический проект — Венгерская партия двухвостого пса. Это юмористическая сила, которая высмеивает всю политическую систему страны. За нее часто голосует молодежь, особенно в Будапеште, скорее "для прикола", чем из серьезных политических мотивов. Именно этих голосов может не хватить "Тисе" для победы. Поэтому не исключено, что после выборов большинство сформирует именно Орбан, и он снова станет премьер-министром, даже если формально по процентам победит другая сила.

Именно поэтому не стоит полностью списывать Орбана со счетов. Существует значительная угроза сохранения им власти через коалицию, даже без монобольшинства. Он неоднократно доказывал свою эффективность в переговорах и умение соблюдать договоренности с политическими союзниками, поэтому с ним могут договариваться.

А в случае его возвращения для Европейского Союза могут наступить более сложные времена. Встанет вопрос, как взаимодействовать с ним, в частности, в отношении обхода права вето не только в украинском вопросе, но и в сферах энергетики, обороны и других направлениях.

Теоретически у Европейского Союза есть инструменты для ограничения влияния Венгрии. Например, путем изменений в процедурных механизмах можно передавать часть решений с уровня Совета ЕС в комитеты, что позволяет обходить блокировку. Кроме того, возможно внесение изменений по ограничению политического участия Венгрии, что станет показательным примером наказания для ЕС, на который гипотетически могут пойти. Для того, чтобы другие страны, в частности Словакия, Польша или Италия, понимали последствия подобной политики. Заблокировать финансирование и субвенции, лишить права голоса, не дать возможности участвовать в процессах формирования политики, заблокировать участие в комитетах.

Это сложно и требует политической воли. Многие государства-члены, наблюдая за возможным "наказанием" Орбана, могут проецировать эту ситуацию на себя, поэтому не все будут готовы поддержать жесткие решения. Впрочем, теоретически инструменты для ограничения его влияния в Европейском Союзе все же существуют.

Самое интересное, что в Украине существуют завышенные ожидания от возможной победы "Тисы" Петера Мадяра. Часто считают, что партия "Тиса" является проукраинской, однако это не совсем соответствует действительности. На самом деле Мадяр использует риторику, похожую на риторику Орбана, лишь облекает ее в евроодеяние, избегает резких заявлений и прямых обвинений, но он будет продолжать недружественную политику в отношении Украины. Будет достаточно сложно что-то ему возражать в европейском контексте, поскольку это будет говорить не антиевропейский Орбан, а проевропейский Мадяр, который будет продвигать ту же повестку дня в отношении Украины.

И наказать Мадяра будет трудно, если не невозможно. Он вполне может занять позицию критики Украины, в частности в отношении объемов финансовой помощи, аргументируя это риском "разоружения Европы" — и это, собственно, слова самого Мадяра. Поэтому я не ожидаю, что Будапешт после победы Мадяра развернется в нашу сторону на 180°. Этого не произойдет, возможны лишь определенные корректировки.

Нам придется искать определенный режим отношений. Может появиться окно возможностей, когда Киев и Будапешт смогут договориться по отдельным вопросам, но это потребует от нас определенных уступок. Речь идет, в частности, о вопросах языка, культуры, прав национальных меньшинств и т. п. Также важными остаются экономические вопросы, в частности транспортировка нефти, от которых мы не сможем просто отказаться.

Поэтому придется искать решения и как-то реагировать на эти вызовы. Венгрия, скорее всего, не откажется от нефтепровода "Дружба" и российской нефти, несмотря на свою нынешнюю риторику. Соответственно, нужно будет найти точки переговоров: где-то идти на уступки, а где-то — отстаивать собственную позицию.

В итоге необходимо будет постепенно выводить отношения из нынешнего тупика, ведь при Орбане какие-либо возможности для взаимопонимания фактически отсутствуют. В то же время с Венгрией определенное, хоть и ограниченное, окно возможностей для диалога все же существует.

Если же снова победит Орбан и его партия, тогда следующим шагом, очевидно, станет попытка Европейского Союза ограничить право Венгрии на голосование и использование вето. В ответ Орбан будет эскалировать ситуацию и повышать ставки. Он может инициировать новые антиукраинские шаги, блокировать инициативы Брюсселя и пойти на откровенную конфронтацию. В начале нового политического цикла, имея сильный мандат, он будет активно использовать противостояние с Брюсселем.

Также он может заявлять о несостоятельности Европейского Союза и НАТО, а иногда даже поднимать тему возможного выхода Венгрии из ЕС, особенно в случае обострения ситуации с безопасностью в Европе, например, на Балтике, когда ЕС не сможет защитить условную Эстонию. Поэтому возможны различные сценарии развития событий.

Кроме того, очевидно, обострится пропагандистская кампания, и на Венгрию начнут ориентироваться правопопулистские силы в Европейском Союзе. Венгрию поддерживают Трамп и MAGA, что будет укреплять его позиции. В этом контексте ее могут воспринимать как один из центров формирования новой политической конфигурации Европы. То есть существует множество конфигураций, которые могут направить Европу на очередной айсберг.

Что касается возможного выхода Венгрии из Европейского Союза, то Орбан будет скорее играть на теме возможного выхода из Европейского Союза, используя условный "Huxit" как инструмент давления. Ведь реальный выход из ЕС после прохождения всей процедуры для него — это скорее минус, чем плюс.

В таком случае он потеряет значительные финансовые ресурсы. Речь идет о европейских субсидиях и помощи, которые поддерживают венгерский бюджет. Поскольку стране необходимо покрывать социальные расходы, в значительной степени это делается за счет субсидий ЕС. Выход будет означать потерю этих ресурсов, и тогда встанет вопрос: где их искать? Потенциально — у Китая или России, но сможет ли Венгрия получить достаточное финансирование из этих источников — большой вопрос.

Поэтому для Орбана выгоднее сохранять членство в ЕС, одновременно давя на Брюссель и торгуясь, чем искать альтернативные источники финансирования. Он будет использовать риторику выхода как средство шантажа, но не как реальный план действий.

В то же время, если Европейский Союз столкнется с серьезным внутренним кризисом или вызовами, на которые не сможет эффективно ответить, тогда Венгрия теоретически может стать одной из первых стран, которая будет рассматривать возможность выхода.

Что касается Мадьяра, то даже в условиях проевропейской риторики он может действовать иначе на практике. Он может заявлять о "новом начале" в отношениях с Европейским Союзом и общих ценностях, но во время голосований ориентироваться не на мейнстримные политические силы, такие как Европейская народная партия, а больше солидаризироваться с правыми или ультраправыми силами, например с консервативными политическими игроками в Польше, а не с такими странами, как Германия или Франция.

Виталий Кулик, директор Центра исследований проблем гражданского общества, специально для Главреда