Репутация неоднозначна. Что известно о полке «Скала» и конфликте с блогером Стерненко

Высшее военное командование начало служебную проверку операции, которую штурмовой полк «Скеля» провел на Покровском направлении в районе села Гришиного. «Разбор полетов» - это реакция на конфликт, возникший между блогером, волонтером и советником министра обороны Сергеем Стерненко и руководством боевого подразделения. Стерненко обвинил командиров в некомпетентных решениях о штурмах, во время которых гибнут многие. Представители полка заявили, что известный блогер распространил кадры разбитой техники, взятые из «российского видео», и пригласили его в свой штаб.

Состоится ли эта встреча, мы не знаем, но усиленное внимание к инциденту приковано не случайно. «Скеля» – это одно из наиболее рекламируемых подразделений ВСУ, имеющее противоречивую репутацию. Что известно о полке, который называют «полком Сырского», в материале Коротко про.

«Критиковать могут те, кто не понимает»

Нынешний 425-й отдельный штурмовой полк был сформирован на базе батальона, созданного в 2022 году из добровольцев. Первое название звучало как «Скала» – от позывного командира Юрия Гаркова. Батальон воевал на Харьковском, Запорожском, Донецком направлениях, в январе 2025-го был масштабирован до размеров полка, а Юрий Гаркавый получил Звезду Героя Украины. В августе полк переименовали в «Скелю».

После упреков Стерненко относительно немотивированных потерь людей и техники подразделение получило моральную поддержку от многих пользователей соцсетей.

- Скеля» - это подразделение, которое стоит там, где многие не выдерживают. Они не "рисуют" результаты, они их вырывают потом и кровью. И требовать от них идеальных отчетов, сидя в безопасности, а потом поливать грязью из-за придуманных цифр – это низость! - написал волонтер Орест Криштафович.

Подобными характеристиками полнятся и комментарии к посту на странице «Скелі» в фейсбуке:

– Воевал в составе 32-й ОМБР зимой 24-го, когда «Скала» была в Шевченковом, а мы в Песчаном. Мы неоднократно обращались за поддержкой аэроразведки, когда сыпались наши "карусели", делились безопасными маршрутами для заезда на шахту, видел работу штурмовиков "Скалы". Я был на смежных позициях и знаю о работе полка не из газет. Критиковать «Скалу» могут только те, кто не понимает сложность задач, возложенных на подразделение, – поделился военный Валерий Партала.

Билет в один конец

Тем временем вокруг «Скелі» периодически складывались скандальные ситуации. Последняя возникла в январе этого года, когда родственники троих военных, умерших от пневмонии, предали гласности, что в подразделении не оказывают должной медицинской помощи. Подробно об этом рассказали «Суспільне Новини».

Проверкой обстоятельств гибели мужчин занялись в Офисе военного омбудсмена. В интервью « Радио Свобода » первый заместитель омбудсмена Руслан Цыганков сообщил, что умерших от пневмонии пятеро и что «в контексте медицинского обеспечения военнослужащих, проходящих службу именно в «Скелі», мы видим определенную системную большую проблему».

Мобилизацию в «Скелю» в соцсетях называют «гарантированным билетом в один конец». С боевых задач, как пишут родственники, возвращаются единицы. Большинство исчезают без вести, часто после выхода на первый штурм. В фейсбуке даже есть специальное сообщество по розыску пропавших бойцов 425-й (ссылки не делаем из соображений безопасности и этики).

В группах, где спрашивают советов у военных адвокатов и ​​юристов, можно почитать много историй, подобных такой: «С тех пор как я ищу своего без вести пропавшего сына, это уже третий месяц, сколько перечитываю, еще ни один из «Скалы» не вернулся, ни один, только пишут родные: "не выходят на связь", "пришло оповещение", то  есть туда отправляют без права на возвращение, вот такая «Скала»…

Под усиленным патронатом

В сентябре 2025 г. Уполномоченная президента по вопросам защиты прав военнослужащих и членов их семей Ольга Решетилова (Кобилинская) сообщила, что в Силах обороны 425-й полк является одним из крупнейших нарушителей соблюдения прав человека, но она ни разу не увидела действенной реакции командования, чтобы это прекратить.

В октябре того же года жалобы на избиение и психологическое давление по представлению военного омбудсмена пообещал проверить Денис Шмыгаль, занимавший в это время пост министра обороны. Однако затем тоже воцарилась тишина. Как выяснилось, были жалобы и в Военную службу правопорядка - 13 штук, но ни одна при проверке не подтвердилась.

В соцсетях пишут, что «Скеля» находится под усиленным патронатом главнокомандующего ВСУ Александра Сырского и даже называют ее «личным полком», обладающим безусловной прерогативой в снабжении техникой и живой силой.

- За последний месяц (данные по состоянию на середину марта) 425-й штурмовой полк "Скеля" получил в 20 раз больше людей, чем другие бригады ВСУ. Подразделение перевыполнило план по пополнению людьми на 248%, - рассказывает военный журналист Анна Калюжная с ником Ан Жюлак, ссылаясь на отчет по выполнению распоряжения главнокомандующего.
Журналист, в частности, отрицает заявления «Скелі» о том, что во время раскритикованной Стерненко операции погибли всего два бойца. И задается вопросом:

- Может, не давать отдельным подразделениям в 20 (!!!) раз больше военнослужащих, чтобы они планировали свои действия более ответственно и ценили каждую жизнь?

Без пехоты не обойтись, но нужно менять методику

Штурмовые войска, к которым относится «Скеля» и еще несколько подобных полков, создавались с сентября 2025 года. Тогда же возникла дискуссия, целесообразно ли дублировать уже существующие десантно-штурмовые подразделения. В Генштабе объяснили, что разница есть: штурмовики прорывают оборону врага, десантники зачищают территорию. То есть фактически подтвердили так называемые мясные штурмы.

«Мы часто смеемся над врагом, когда он отправляет колоннами на штурм своих военных. В условиях тотального доминирования дронов колонны становятся легкими мишенями, враг несет большие потери… Но как быть с украинскими командирами, которые делают так же?» - задает вопрос Сергей Стерненко.

- Нельзя полностью заменить людей дронами. Территорию занимает пехота, и флаг над городами устанавливает тоже пехота. Хотя дроны сейчас во многом моделируют поле боя и перебирают на себя много функций. В частности, логистику, эвакуацию, разведку, высокоточные удары и т.д. Даже берут в плен врагов, – комментирует для Коротко про военный обозреватель Денис Попович. – Что касается штурмовых подразделений, то свою функцию оперативного реагирования они выполняют. Там, где появляются штурмовые подразделения, ситуация выравнивается и улучшается.

Несколько иное видение у военного эксперта Олега Жданова:

- Практика, которую ведут штурмовые полки, себя не оправдывает из-за больших человеческих затрат. Мы знаем об опыте 3-й отдельной штурмовой бригады, «Хартии» НГУ, где эти потери гораздо меньше. Мы сейчас имеем фактически две армии – новейшую, которую создают молодые командиры, и армию советского образца, сформированную генералами.

Олег Жданов приводит пример использования в штурмах бронетехники:

- Нельзя штурмовиков сажать на броню, потому что ее легко развалит дрон, и люди погибнут. Но – сажают, иначе не умеют. Так было и на Покровском направлении.

Впрочем, полковник запаса соглашается, что ни одна армия не может отказаться от пехоты, но убежден, что надо менять методику применения личного состава.