Путин блефует: почему "сокрушительное наступление" России - это миф

Российская пропаганда настаивает: если Киев не выведет войска из Донбасса и не откажется от разветвлённых оборонительных позиций, Москва запустит наступление, которое уничтожит украинские силы. Однако сегодня эту риторику поддерживают лишь наиболее радикальные комментаторы - в частности, Владимир Соловьёв.

"Хвиля" пишет, что об этом говорится в материале Wiadomości.

Показательно, что даже он признаёт: без мобилизации и решения проблемы коррупции в командном составе говорить о реальных успехах не приходится. При этом число российских комментаторов, замечающих растущий разрыв между официальной позицией Кремля и реальными возможностями армии, неуклонно растёт.

В этих условиях ультиматум адресован прежде всего внутренней аудитории. Россия сталкивается с нарастающими экономическими проблемами, в стране отключают интернет, а граждане всё активнее выражают своё недовольство. Кремль вынужден отвлекать общественное внимание от накапливающихся трудностей.

Примечательно, что и в прошлом Путин использовал свои требования, чтобы замаскировать провалы. Когда он прибегал к этому приёму в первый раз, украинцы ударили по Крымскому мосту и базам российской стратегической авиации. Тогда же был зафиксирован резкий скачок цен, причину которого официально объяснили "ошибками и упущениями" - что намекало на бегство капитала из страны.

Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков старательно делает хорошую мину при плохой игре и пообещал, что мощное наступление вытеснит украинцев из Донбасса, а войска уже вошли в Днепропетровскую область. В действительности россиянам не удалось даже выйти к границам Покровска - они застряли примерно в 10 км от неё уже более года.

Мечты о наступлении

Если взять за ориентир темп боёв последних нескольких месяцев - когда российские войска продвигались на несколько сотен метров в день, лишь изредка достигая одного-двух километров, при отсутствии непрерывного наступления и регулярных контратаках Украины - то полное овладение Донецкой областью заняло бы у России около пяти лет. И это оптимистичный для Москвы сценарий, не предполагающий серьёзных задержек.

Однако даже он нереалистичен. Россияне наносят точечные удары лишь на участках шириной 5-10 километров - под Покровском и Часов Яром. При этом только в Донецкой области линия фронта протянулась примерно на 220 км, и в большинстве мест она остаётся стабильной. Сил и средств для давления на всём её протяжении у России просто нет.

В результате обещания молниеносного наступления, которое за несколько месяцев выбьет украинцев из Донбасса, всерьёз никто не воспринимает. Тем более что даже ограниченные попытки перехватить инициативу - как на покровском направлении - не принесли России ощутимых результатов.

Поразительно высокая цена

Российский прогресс достигается ценой колоссальных потерь. Данные западных разведывательных служб и украинского Генерального штаба свидетельствуют: ежедневные потери российских войск убитыми, ранеными и пропавшими без вести регулярно превышают тысячу человек. Даже с учётом необходимой осторожности в оценке этих цифр - масштаб потерь огромен.

По данным Центра стратегических и международных исследований, совокупные российские потери - убитыми, ранеными и пропавшими без вести - уже превысили 1,2 миллиона человек. Число погибших оценивается приблизительно в 300-325 тысяч.

Столь высокий уровень потерь обусловлен принятой Россией тактикой: массовое применение пехоты - нередко слабо обученной - при поддержке артиллерии и тактической авиации. Штурмовые подразделения, включая формирования из бывших заключённых и мобилизованных резервистов, бросают в лобовые атаки на укреплённые позиции. Эффективность подобных действий невысока, а ротация личного состава - крайне интенсивная.

Проблема в том, что без мобилизации Кремлю будет крайне сложно удерживать такой темп. Резерв "добровольцев" стремительно истощается.

Уменьшение числа желающих вступить в армию объясняется в том числе нехваткой средств. В последние месяцы российские регионы то резко повышали выплаты за подписание военного контракта, то столь же резко их урезали. Региональные СМИ сообщают: региональные бюджеты, выделенные на контрактные премии, практически исчерпаны.

Федеральный бюджет также ощущает тяжесть войны. Расходы на оборону и безопасность составляют сейчас около 16,84 трлн рублей - порядка 38% бюджета. И это лишь официальная часть: ещё около 8 трлн рублей составляют военные расходы, скрытые в других статьях бюджета. Подобного не наблюдалось со времён СССР.

При этом доходы бюджета по-прежнему зависят от экспорта сырья, чувствительного к колебаниям цен и санкционным ограничениям. В долгосрочной перспективе поддерживать столь высокий уровень военных расходов без ещё более жёстких сокращений в других секторах или наращивания долга будет всё сложнее.

Тающая рекрутская база

Ключевым ограничением, однако, остаётся человеческий фактор. Кремль избегает объявления новой волны мобилизации, отдавая себе отчёт в её потенциальных социальных последствиях. Мобилизация осени 2022 года вызвала массовую эмиграцию и волну протестов, которые пришлось подавлять полиции. Уровень общественного недовольства сегодня значительно выше, чем тогда.

Нынешняя модель строится на контрактах и принуждении к их подписанию. Армия ведёт масштабную вербовочную кампанию, охватывающую не только безработных, но и работников бюджетной сферы, мигрантов, а в последнее время - учеников и студентов. Всё чаще поступают сообщения о принуждении к подписанию контрактов с применением различных форм шантажа.

Тем не менее число новобранцев не покрывает боевые потери в темпе, достаточном для сколько-нибудь значительного наращивания сил. Россия способна поддерживать нынешний уровень боевых действий, однако её возможности для развёртывания наступления без более радикальных мер крайне ограничены. Пока Кремль на это не идёт - но в конечном счёте у него не останется выбора. Именно поэтому Москва и выдвигает требования Киеву: путинистам нужен предлог.

Ранее у Путина назвали причину паузы в переговорах, и это не Украина.