"Сложно отследить": почему в коррупционных схемах ТЦК используют криптовалюту, — эксперт

Как рассказала председатель военного комитета и военной юстиции Ассоциации юристов Украины Екатерина Анищенко в комментарии телеканалу "Киев24", цифровые активы создают принципиально новые вызовы для расследования коррупционных преступлений.

По ее словам, в классических случаях разоблачения взяточничества правоохранители применяют механизм контрольной закупки. Речь идет о передаче заранее подготовленных наличных средств, номиналы, серии и номера которых фиксируются. В дальнейшем именно эти купюры становятся ключевым доказательством: их обнаружение у подозреваемого подтверждает факт получения неправомерной выгоды.

Однако в случае с криптовалютой этот механизм фактически не работает. Цифровые активы не имеют никаких физических характеристик — их нельзя идентифицировать по серии, номеру или другим признакам, а также невозможно "обозначить" для дальнейшего отслеживания. Соответственно, отсутствует и прямое доказательство передачи конкретных средств от одного лица к другому.

"Как правило, получатель этих средств, это не физическое лицо, как у нас банковские карты, когда мы понимаем, что это счет открыт на нас. Мы банку предоставляем всю информацию, где мы проживаем, наших близких, родственников. Фотографируют нас банки. Криптокошельки такой информации не содержат. То есть, идентифицировать, кто является получателем этого криптогамнца, почти невозможно", — рассказала чиновница.

Кроме того, Анищенко отметила, что еще одной существенной проблемой является невозможность достоверно установить объем средств на криптокошельке и их происхождение. В отличие от банковской системы, где счета привязаны к личности и сопровождаются полным пакетом персональных данных, криптокошельки не содержат информации о владельце. В результате идентифицировать получателя средств в большинстве случаев практически невозможно.

Более того, она пояснила, что криптовалюта остается специфическим активом с точки зрения правового статуса. Несмотря на распространение, ее сложно трактовать как прямое доказательство обогащения, поскольку доступ к таким средствам, их реальная стоимость и движение не всегда поддаются прозрачному контролю. В то же время такие активы легко конвертируются в наличные, поэтому их можно быстро "легализовать".

"И, как правило, получатель этих средств, то это не физическое лицо, как у нас банковские карты, когда мы понимаем, что это счет открыт на нас. Мы банку предоставляем всю информацию, где мы проживаем, наших близких, родственников фотографируют нас банки. Криптокошельки такой информации не содержат, то есть, идентифицировать, кто является получателем этого криптокошелька, почти невозможно", — пояснила она.

До этого Фокус писал, что в Украине сформировался масштабный теневой рынок вокруг мобилизации, где "услуги" по избежанию призыва могут стоить от нескольких сотен до десятков тысяч долларов. В общем, цены зависят от этапа контакта с системой — от простого обновления данных до полного "пакета" с исключением с учета и выездом за границу.

Более того, нардеп Георгий Мазурашу рассказывал, что в Украине зафиксированы случаи, когда военные ТЦК требуют деньги с военнообязанных за освобождение из автобусов, территориальных центров комплектования или учебных центров. По его словам, эти "услуги" оцениваются от 5 тысяч долларов и выше.