"Помочь ничем нельзя": как жители Дружковки живут без света под ударами КАБов

Зато в городе, где нет света и работает только одна аптека, остается более 10 тысяч человек. Журналисты "РБК-Украина" вместе с экипажем полиции "Белые ангелы" посетили город, чтобы посмотреть, как он живет и как происходит эвакуация.

Линия фронта проходит в 13 км от окраин Дружковки. Из города проводится эвакуация, но вывозить людей с каждым разом все сложнее из-за обстрелов.

При этом некоторые жители города отказываются выезжать, держась за свои дома до последнего. Они остаются в родной Дружковке несмотря на то, что звуки "выходов" и "приходов" стали обычными звуками для них.

Тревогу здесь объявляют уже по факту обстрела. Из-за этого люди стараются передвигаться быстро, редко выходят из дома. Единственное, куда они могут идти, — единственная в Дружковке аптека и продуктовый магазин.

Всего в городе в дальнейшем остается около 12 тысяч человек. 30 из них — дети. Полицейские, занимающиеся эвакуацией, пытаются искать те семьи, которые все еще остаются в Дружковке. Вытаскивать их из таких условий — приоритет.

При этом в последние месяцы россияне все больше атакуют город авиабомбами. КАБы наносят серьезные разрушения городу и гражданским.

"В последнее время Дружковка попадает под обстрел вражеской авиации. Враг наносит авиаудары управляемыми авиабомбами по городу, по гражданским домам, инфраструктуре. В городе сейчас восстановили газоснабжение, но электричества и воды нет", — рассказал начальник отдела организации эвакуационных мероприятий ГУНП в Донецкой области Геннадий Юдин.

Еще одной целью врага являются машины эвакуации. За октябрь-декабрь 2025 года россияне уничтожили или повредили пять автомобилей. Некоторые из них правда удалось восстановить и они продолжают выполнять важную миссию.

Одна из улиц города — улица Дружбы — уже не имеет целых домов. По ней враг работал сначала артиллерией, а потом добивал управляемыми авиабомбами. Целых домов на ней при этом не остается.

Первые люди, которые были эвакуированы во время этой спасательной операции, — те, кто недавно потерял дом. Они ждали эвакуации в распределительном центре со своими вещами, которые удалось спасти в разрушенном доме.

В эвакуационном авто женщина показала пальцем в окно и сказала, что утром КАБ прилетел в центр города. Рассказывает, что там были убиты люди.

Следующая остановка эвакуационной бригады — частный дом из рыжего кирпича. Во дворе на эвакуацию уже ждали люди с сумками.

Женщина, которая согласилась уехать из города, рассказала, что в городе работает одна аптека, а также не выезжают машины скорой помощи.

Те, кто остаются, продолжают жить в домах даже после прилетов. Забивают выбитые стены фанерой и гипсокартоном. Когда у них спрашивают, почему они не хотят выезжать, то отвечают разное — у кого-то болеют родственники и транспортировать их нельзя, кто-то считает, что не заметит изменений после эвакуации, а кто-то — ждет Россию.

"Мы останавливаемся на кофе и выходим из машины. Вокруг — типичный панельный квартал. Из нетипичного здесь то, что самих "панелек" почти нет. Часть из них полностью разрушена, другая часть в дырках, с выбитыми окнами и черными пятнами от пожаров. Из одного из таких домов выходит старик с ведром и совком, подходит к луже и черпает из нее воду. И самое дикое в этой картине то, что он, вероятнее всего, откажется от эвакуации. Потому что жить вот так для него, как и для многих здесь, не так страшно, как уезжать в неопределенность", — пишут журналисты.

Эвакуированных из Дружковки везут в соседний Краматорск. Там, в распределительном пункте, будет определено, куда они будут эвакуированы дальше.

Женщина, которая находилась на этом пункте, рассказала, что в ее дом прилетело, а сама она получила ранение лица. Квартира частично разрушена, однако она ждет, что в ее квартире забьют окна и установят обогреватель. Несмотря на это планирует выезжать, ведь дом полноценно восстановить не могут.

Единственное спасение от такой жизни — эвакуация. Полицейский Геннадий Юдин рассказывает, что только в Дружковке работают шесть экипажей эвакуации.

Однако бригады эвакуации особенностей у города не видят: многие местные до последнего сидят в полуразрушенных городах, не желая даже говорить об эвакуации. Но все в итоге заканчивается одним.

"Я помню Авдеевку, мы вывезли оттуда за день около 30 человек. Бывало, везли в одном авто и стоя, и сидя, раненых клали на пол. Вывозили. Сначала было сложно уговорить, а потом случился февраль 2024-го, враг уже дожимал Авдеевку, часть улиц была оккупирована. Мы все равно ездили. И только тогда люди стали выходить на улицу и проситься уехать отсюда", — отмечает Юдин.

При этом он предупреждает, что уехать нужно до того, как будет поздно. Когда эвакуация будет невозможна или когда россияне зайдут в город, выехать из него будет нельзя. Россияне любят использовать население как живой щит.

"Но сколько бы об этом не говорили, каждый человек доходит до решения сам и в свое время. Главное, чтобы к этому моменту его еще можно было бы вывезти", — резюмируют журналисты.

В марте волонтер и общественный деятель Николай Осиченко призвал жителей Дружковки Донецкой области эвакуироваться из города. Одной из главных причин он называет серьезные проблемы с водоснабжением в городе.