Кого ТЦК присылают в боевые части: военные рассказали об "армии непригодных"

Командиры бьют тревогу из-за качества мобилизационного ресурса: среди пополнения становится всё больше людей с тяжёлыми болезнями и зависимостями, в одну из воинских частей попали около двух тысяч непригодных, а в Минобороны готовят изменения в системе отбора и медосмотра.

Как передает "Хвиля", об этом говорится в материале издания "Громадское" журналистки Оксаны Иваницкой.

"Нормальной стала ситуация, что, условно говоря, из десяти человек, которых нам дают, - трое ограниченно пригодные, двое с наркотической зависимостью, двое ушли в СЗЧ... Словом, беда", - рассказал изданию комбат отдельного стрелкового батальона Роман Ковалёв.

В Офисе военного омбудсмена подтвердили изданию, что в одну из воинских частей мобилизовали около двух тысяч мужчин с наркотической зависимостью и тех, кто находится на заместительной поддерживающей терапии. По приказу Минобороны № 402 все они должны были быть признаны непригодными. Военный омбудсмен Ольга Решетилова заявила, что идёт межведомственная проверка с участием Департамента здравоохранения Минобороны и командования Сухопутных войск: "Нужно полноценно изучить вопрос, как так получилось, на каком этапе произошло это массовое нарушение".

Командир батальона беспилотных систем 29-й отдельной тяжёлой механизированной бригады Дмитрий Костюров рассказал, что когда ему поручили формировать подразделение "с нуля", среди привезённых ТЦК людей оказались те, у кого "кривые пальцы, гипертония, шизофрения", а одного направили со стомой и калоприёмником. После этого в батальоне открыли собственный рекрутинг через TikTok - 1400 заполненных анкет за два с половиной месяца, из которых отобрали около 200 бойцов.

"Те, кого присылают ТЦК, - это просто катастрофа ходячая. Качество никакое. Мотивация никакая. То есть где-то 70% - это ограниченно пригодные, которых засовывают в бригаду. А бригада потом ничего с ними сделать не может", - говорит Костюров.

Роман Ковалёв добавляет, что неэффективная мобилизация ложится огромной нагрузкой и на бюджет: "Представьте, сколько денег тратится, чтобы одного призывника сюда завести. Зарплата 20 тысяч плюс 30 тысяч, если он в районе выполнения боевых задач, плюс 140 гривен в сутки на питание". Хронически больные мобилизованные постоянно лечатся за счёт государства, а ТЦК, по его словам, "затягивают всех подряд", чтобы выполнить норму.

Военнослужащий одного из районных ТЦК на условиях анонимности признал изданию, что "добровольцы закончились". По его словам, привозят в основном маргиналов, потому что "все здоровые, пригодные (и морально, и ментально, и по здоровью) уже закончились на самом деле". 65-70% мобилизованных ВЛК признаёт пригодными только к тыловым частям - это преимущественно мужчины в возрасте 35-50 лет. Давление на качество, по его словам, идёт "сверху": "Там - жертвы 'совка', которым обычно нужно количество. Им качество нафиг не нужно".

Старший преподаватель 190-го учебного центра Сил беспилотных систем Владислав Тулисов рассказал изданию о случаях, когда в учебный центр присылают людей с серьёзными диагнозами: "У людей были проблемы с сердцем. У одного курсанта в руке - металлическая пластина. А они - пригодны полностью". Развернуть таких на этапе базовой подготовки учебный центр не может - повторную ВЛК назначают уже в бригаде.

В Министерстве обороны в ответе на запрос "Громадского" заявили, что идёт цифровизация военно-врачебной экспертизы и анализ "погрешностей и недоразумений". За 2025 год Медицинские силы ВСУ провели 318 проверок деятельности ВЛК при ТЦК - по их результатам заменили более 130 председателей комиссий. Среди запланированных изменений - интеграция данных систем "Оберег", Нацполиции и Госпогранслужбы, доступ врачей ВЛК к цифровым медицинским историям пациентов и переход "от массового оповещения к принципу профессионального соответствия", то есть адресное привлечение водителей, связистов, медиков и IT-специалистов.

Издание направило Минобороны дополнительный запрос, чтобы уточнить, как именно на практике будет выглядеть переход к таргетированному оповещению и означает ли это коренное изменение системы мобилизации.