Владимир Фесенко. Стоит ли нам ждать «майдана» или переворота в России, или это всего лишь фантазии?

В последнее время в СМИ и экспертных кругах активизировались дискуссии о возможных внутренних конфликтах в российской власти и перспективах политической дестабилизации в РФ. Поводом для этого послужили как сообщения западных СМИ и анонимных источников о якобы готовящихся переворотах, так и публичные споры между пророссийскими спикерами и блогерами. Дополнительное внимание привлекают сигналы об усилении мер безопасности вокруг российского руководства, а также информация о снижении рейтингов Владимира Путина, которую обнародуют даже подконтрольные Кремлю социологические службы. Вдобавок ко всему, в российском медиапространстве вспыхивают публичные раздоры между лояльными режиму пропагандистами и блогерами, в частности конфликт Владимира Соловьева с Викторией Боней из-за замедления интернета, тогда как некоторые зарубежные оппозиционеры, такие как Евгений Чичваркин, убеждают, что ситуация в Кремле остается абсолютно стабильной.

Интернет-издание From-UA.org обратилось за комментарием по поводу этой информации к украинскому политологу, председателю правления Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимиру Фесенко, спросив его, действительно ли в России существуют разные настроения и возможен ли там условный «майдан» на фоне заметных публичных разногласий:

— Давайте не будем выдумывать, давайте не будем ждать от России того, чего мы все ждем. Не нужно все это повторять.

Во-первых. Все эти публикации о том, что в России вот-вот начнется мятеж, Путина свергнут, Шойгу готовит переворот — послушайте, когда кто-то готовит переворот, об этом не пишут в интернете или в каких-то СМИ, тем более в оппозиционных. Перевороты удачные, успешные становятся реальностью постфактум, когда они происходят, а не когда о них заявляют заранее. Тем более Шойгу — сбитый летчик, какие там перевороты? Все его заместители либо под следствием, либо уже в тюрьме. И много разговоров о том, что и его могут снять. И здесь еще вопрос, не повторит ли он судьбу своих заместителей. Поэтому какой он там организатор переворота? Даже это странно.

Я не знаю, что это за европейская разведка, подготовившая этот отчет, но он выглядит, честно говоря, не очень профессионально. Там заслуживает внимания информация о повышенных мерах безопасности: запрет на использование мобильных телефонов для охраны, усиленный контроль даже за поварами, фотографами и прочим обслуживающим персоналом — это так, это реалистично. То, что Путин боится, мы видим, в частности, по истории с парадом. То, что паранойя Путина усилилась, это очевидно, и не только по этому отчету какой-то там анонимной европейской разведки. Но о перевороте от Шойгу — ну это просто смешно. Я даже удивляюсь, что люди всерьез это публикуют.

Что касается Чичваркина. Послушайте, я напомню, где живет Чичваркин — не в России, он живет в Лондоне. И вот это две прямо противоположные точки зрения. А нужно смотреть не на тех, кто живет за границей и черпает информацию из третьих рук, а, в частности, на то, что думают в самой России. Вот вы говорите — Боня. Она, кстати, тоже не в России живет, а в Монако. Но Боня абсолютно лояльна Путину.

Ожидать в России Майдана, восстания — это наивно. Россия, как давно известно в Украине, — это не Украина. В России политические процессы развиваются иначе. Поэтому не стоит ждать там какого-то восстания. Пока что я, как человек, который видел Советский Союз и то, что происходило в 90-е годы, затем в 2000-е, могу сказать, что пока в России ситуация такая, какая была в СССР где-то в начале 80-х годов или даже в середине 70-х, когда есть такое глухое недовольство — народ ропщет. Но ни о каких восстаниях речи не идет вообще.

Боня и все такое — это же прошение царю. Они же жалуются Путину, что ваши подчиненные что-то делают не так. А что Путин? Нет, всё в порядке, я всё понимаю, интернет надо ограничивать. Потому что Путину плевать на то, что думают простые россияне. Он оторван от реальности, он заботится только о собственной безопасности, потому что он боится беспилотников, он боится, что информация через мобильный интернет может быть использована либо Украиной, либо западными спецслужбами, и его убьют. Вот чего он боится.

Поэтому не стоит строить воздушные замки, придумывать то ли переворот, то ли восстание в России. Я думаю, что сейчас для этого нет оснований. Но я не согласен с Чичваркиным. Сейчас в России усиливаются противоречия между башнями Кремля, ситуация в этом смысле становится все более противоречивой, а говорить, что в России все спокойно, что ничего не происходит — ну, это его источники об этом говорят. А люди, которые живут в России, в частности лояльные Путину, Зет-корреспонденты, они пишут, что настроения у россиян плохие, и не только в связи с интернетом. Недовольны тем, что война продолжается уже более 4 лет, а результатов нет. Недовольны тем, что произошло в Туапсе, что украинские ракеты и дроны прилетают в Чебоксары и вообще даже на Урал. Но и отношения между башнями Кремля очень непростые.

— А вы можете объяснить, что такое башни Кремля, это ФСБ или кто?

— Это символично. Я могу вам сказать, ссылаясь на российские источники, то, что пишут в самой России.

Самая влиятельная структура в Кремле сейчас — это не ФСБ, а Федеральная служба охраны. Её даже называют преторианской гвардией. Это группа влияния, состоящая из бывших охранников Путина, которые сейчас занимают различные высокие посты. Например, Золотов, бывший начальник охраны Путина, возглавляет Росгвардию. Ну и на различных высоких должностях есть губернаторы, секретарь Госсовета — один из бывших охранников. И сейчас Путин опирается в большей степени на ФСО, на своих личных охранников, и это сейчас самая влиятельная силовая структура в России. Ну и те, кто с ней связан — Росгвардия и некоторые другие.

Вторая башня — ФСБ, они конкурируют с ФСО.

Третья башня — это военные, которых Путин опасается. Но если у военных и созреют какие-то идеи, то точно не у Шойгу, которого в армии тоже не очень любят. Напомню, в свое время Пригожин восставал не против Путина, а против Шойгу и Герасимова. Даже в этом отчете, где приводится глупая идея о Шойгу, но там, например, упоминается факт, что на совещании у Путина произошла ссора между руководителями различных силовых ведомств, включая Герасимова и Золотова, которые ругались между собой. Это тоже свидетельство того, что там есть внутренние проблемы.

Четвертая башня — это гражданский сектор, то есть руководство администрации президента РФ и правительство. Можно спорить, является ли это одной башней или несколькими, но речь идет о Кириенко — первом заместителе главы администрации президента, отвечающем за внутреннюю политику, и Мишустине — премьер-министре.

Почему я верю информации о том, что между ними есть противоречия? А обратите внимание. Вот эти утечки против Шойгу, ходили слухи, причем в самой России, что якобы Мишустин готовит переворот, есть наезды на Кириенко, жалуются на ФСБ — все это явно утечки со стороны конкурирующих башен, они друг друга подставляют перед Путиным. Уже две недели обсуждается тема снижения рейтингов Путина. Послушайте, ну об этом информацию предоставляет социологическая служба ВЦИОМ, которая находится под полным контролем Кремля, администрации президента. И зачем она публикует данные о снижении рейтингов Путина, причем несколько недель подряд? Как это объяснить?

А объясняется это очень просто. Одна из башен Кремля, судя по всему, аппарат Кириенко, аппарат администрации президента России, сообщает Путину, что ваши подчиненные из ФСБ и другие, которые ограничивают доступ к интернету, блокируют Telegram, провоцируют недовольство населения, и это приводит к тому, что ваши рейтинги падают. Это сигнал не для общественности, не для Запада, это сигнал для Путина. И это тоже признак того, что существует противоречие между различными башнями Кремля.

Поэтому я с Чичваркиным не согласен: между кремлевскими башенками существуют противоречия, они усиливаются, и в России растет напряжение. Все эти Бони, Ремесло, которые тоже начинают критиковать внутреннюю ситуацию, ну и многие другие менее известные персонажи, которые также выражают недовольство, — все это тоже свидетельство того, что и в российском обществе растет недовольство. Но пока о революции, о Майдане речь не идет. Майдан вообще не имеет отношения к России — там нет майданов, там происходит что-то другое. Майдан — это у нас, а в России, если что-то и происходит, там день-два — и все, и угасло, или что-то дало.

Поэтому сейчас нужно внимательно следить за ситуацией в России. Ситуация в России меняется, но это не значит, что уже сегодня-завтра Россия распадется, Путина свергнут и появится что-то новое. Думаю, что ситуация в России будет развиваться не так быстро и не так однозначно, как многим кажется.