«Дом на песке»: чем угрожает судебной реформе потеря международных экспертов

Интеграция Украины в ЕС все меньше похожа на розовую мечту и все больше — на жесткий тест на институционную способность. Часть кредита на 90 млрд евро тесно привязана к реформам в сферах верховенства права и борьбы с коррупцией.

Один из шагов «плана Качки—Кос» — согласованного перечня реформ для успешного продвижения Украины к членству в ЕС — возобновление участия международных экспертов в конкурсных отборах судей. Их участие в процедуре служит инструментом очищения судебной власти от политического влияния и коррупции.

Но этот механизм остается под угрозой. Мы уже писали, что в июне 2025 года закончился срок полномочий международных экспертов в Конкурсной комиссии по отбору членов Высшей квалификационной комиссии судей (ВККС) — органа, который открывает и закрывает двери в судейскую профессию. Именно она проводит отбор, оценивает действующих судей и принимает решения, которые могут стать основанием для увольнения. Парламент до сих пор не принял изменений, которые продлили бы их мандат. Отказ от участия международных экспертов в отборах угрожает Украине потерей поддержки со стороны Европы. А еще критичнее — судебная система в который раз защитит себя от реформ.

Предохранитель, который сработал

События Революции Достоинства стали катализатором реформы судейского управления. Страна стремилась выйти из постсоветской модели управления и не могла продолжать мириться с закрытыми и политически зависимыми судами. Часть этих попыток провалилась из-за несовершенного законодательства и способности старой системы приспосабливаться к новым правилам.

Это хорошо видно на примере первых послемайданных попыток обновить судейский корпус. В 2016–2019 годах Высший совет правосудия (ВСП) и ВККС часто игнорировали выводы Общественного совета добропорядочности (ОСД) и манипулировали квалификационным оцениванием. По данным Фундации DEJURE, оценивание не прошли лишь около 4% судей, а среди 192 судей, назначенных в Верховный суд, почти у четверти были негативные выводы ОСД.

Показательным стал другой опыт — Высшего антикоррупционного суда (ВАКС), начавшего работу в сентябре 2019 года. К процессу отбора судей в ВАКС привлекли международных экспертов с правом решающего голоса. Результат не заставил себя ждать. За первые годы работы суд постановил свыше 200 приговоров в самых громких коррупционных делах — этот показатель резко контрастирует с результатами всей судебной системы за предыдущие десятилетия.

После успеха антикоррупционного суда состав Высшей квалификационной комиссии судей решили избрать по такой же модели. Еще в 2019 году ВККС оставалась ареной борьбы групп влияния: квалификационное оценивание, охватившее тысячи судей, закончилось увольнением менее одного процента из них.

После четырехлетнего перерыва, в 2023 году, ВККС восстановила работу. Новый состав сформировали с решающим голосом международников. Именно этот предохранитель впервые сделал отбор судей не формальностью, а реальным фильтром.

Модель не была совершенной: не хватало прозрачности на отдельных этапах, важная информация о добропорядочности кандидатов иногда не обнародовалась. Но даже с этими недостатками в ВККС сформировалось ориентированное на реформы большинство. Комиссия рекомендовала уволить больше 50 судей с низким уровнем добропорядочности. И это из нескольких сотен рассмотренных дел.

Модель с решающим голосом международных экспертов стала своеобразным золотым стандартом. Ее поддерживает и общество: по данным опроса Киевского международного института социологии, почти 60% опрошенных украинцев за преобладающее право голоса делегированных экспертов.

Системный сбой на десятилетие

1 июня 2025 года завершились полномочия международных экспертов в Конкурсной комиссии, отбирающей членов ВККС. Если их участие не возобновиться, места независимых специалистов могут занять представители нереформированных институций — Совета прокуроров, Советов адвокатов и Национальной академии правовых наук. И тогда ВККС рискует снова превратиться в рекрутинговый центр для зависимых и удобных судей.

Масштаб задачи, стоящей перед Комиссией, исторический. ВККС должна отобрать ориентировочно 1800 судей в местные суды и 550 — в апелляционные, принять участие в формировании двух новых административных судов, отборе в ВАКС и обновлении Верховного суда.

Судей в Украине назначают до достижения 65-летнего возраста — последствия этих назначений будут формировать лицо украинской Фемиды на несколько поколений. Если в этой точке произойдет системный сбой, исправить его за один политический цикл будет невозможно. В этом и заключается опасность ошибок судебной реформы: они не становятся мгновенной катастрофой, а проявляются в решениях, подрывающих доверие — граждан, международных партнеров и инвесторов.

Главная проблема сейчас — не открытый отказ от реформ, а их утонченная имитация. Политические игроки научились ослаблять изменения еще на стадии проектирования: создавать якобы «независимые» органы и проводить «открытые» конкурсы, в то же время сохраняя рычаг для блокирования «неудобных» победителей.

«Суверенитет» как удобная ширма

Когда речь идет о международных экспертах, оппоненты изменений достают из ящика аргумент о «суверенитете». Дескать, в государствах ЕС представители профессии самостоятельно отбирают своих коллег, а внешний компонент лишь подвергает сомнению субъектность государства. Этот аргумент мог бы звучать убедительно, если бы Украина уже была зрелой демократией с развитыми институциями. Но это не наша стартовая точка. Это наша цель.

К тому же международные эксперты действуют в рамках украинского правового поля. Комиссии созданы по закону, принятому Верховной Радой, а Кабинет министров утверждает их состав. Они не назначают судей и не берут на себя полномочий президента, парламента или органов судейского управления. Они — независимый фильтр добропорядочности, отсеивающий тех, кто годами разрушал доверие к праву. Окончательное решение всегда остается за украинскими институциями, но уже среди лучших, а не «самых удобных» кандидатов.

От последствий самоотбора внутри судейской системы в свое время страдали Молдова и Албания, имеющие схожие с Украиной проблемы институционной незрелости. В этих странах судей большей частью отбирают сами судьи. В выводах о реформах правосудия в этих странах Венецианская комиссия подчеркнула: высокие гарантии судейской независимости могут дать обратный эффект, если эту независимость получает недобропорядочный корпус.

Цена имитации изменений

Чтобы избежать этого сценария, Верховная Рада должна принять изменения в Закон «О судоустройстве и статусе судей». Необходимо восстановить эффективную модель Конкурсной комиссии по устойчивой формуле — три украинских эксперта и столько же международников. Нужно также гарантировать реальное влияние международной квоты на всех ключевых этапах: любое решение должны принимать при поддержке как минимум двух представителей международной квоты.

Идеальная модель должна была бы включать и украинских экспертов по международной квоте, ведь они лучше понимают местный контекст. Но здесь скрывается еще одна опасность: пока правоохранительные органы не реформированы, любой отечественный специалист может стать мишенью для давления. Факты преследования активистов и давления на детективов НАБУ наглядно это подтверждают.

Страна, которая ежедневно платит самую высокую цену за свободу, не может позволить себе выборочную ответственность за коррупцию. Где нет доверия к суду, нет защиты ни прав человека, ни права собственности, ни бизнеса. Демократическое восстановление — это не только отстроенные мосты, школы и больницы. Это способность государства действовать по правилам, которым общество готово доверять.

По данным декабрьского опроса, проведенного по заказу Центра «Новая Европа», среди главных показателей успешной европейской интеграции украинцы чаще всего называли борьбу с коррупцией, а также верховенство права, справедливые суды и судебную реформу. Общество ждет от европейского пути вполне конкретных изменений в качестве государства.

Впрочем, членство в ЕС — это не почетный титул и не приз зрительских симпатий за стойкость во время войны. И не моральная компенсация за пережитые страдания. Украине могут предложить промежуточные форматы, политические декларации, доступ к отдельным программам, красивые формулы о необратимости европейского пути. Но все это не заменит главного: способности государства гарантировать верховенство права — фундамента, без которого любая евроинтеграция остается домом на песке.

Мы еще далеки от финиша. Но без честного суда этот финиш будет выглядеть недосягаемым рубежом — сколько бы раз мы ни называли европейский путь необратимым.