Молчание ягнят. Как система Зеленского делает вид, что кризиса не существует

Заработало! Парламент начал голосовать законопроекты для разблокирования 90 миллиардов евро помощи ЕС. И это хорошо. Но за дружным нажатием кнопок разворачивается история, о которой никто не говорит вслух.

Нет-нет, президент не прервал своего молчания по поводу произошедшего с его правой рукой Андреем Ермаком, который подозревается НАБУ в отмывании коррупционных денег на строительстве особняка в кооперативе «Династия» рядом с «Вовой». Президент пошел в Раду. После многих лет ручного управления глава государства внезапно решил предложить депутатам субъектность.

Зеленский встретился с руководством парламента, потом с собственной фракцией и даже с лидерами оппозиции, включая Петра Порошенко. Все медиа уже подробно изложили цитаты депутатов, присутствовавших на встречах, — от счастливого «отсутствия напряжения, которое было при Ермаке» до «важного шага к перезагрузке отношений с парламентом, который Банковая наконец-то увидела».

Но мы о другом. О том неловком давящем ощущении, когда в комнате находится группа людей, все знают, что произошло нечто очень плохое, но делают вид, что ничего не произошло. И молчат. Иногда все-таки кто-то не выдерживает и режет правду-матку, разрушая круговую поруку. Больно, но невероятно полезно. Особенно для государственных систем, которые в этот момент получают шанс для роста. Но не в этот раз. И не у нас.

Итак, 170 народных депутатов правящей партии «Слуга народа», семь лет назад присягнувших служить народу Украины, не нашли в себе смелости прямо спросить у президента: Владимир Александрович, а как вы прокомментируете подозрение вашему другу и бывшему главе офиса Андрею Ермаку? А это правда, что вы тоже строите дом в Козине? А почему вы не отправляете в отставку Умерова, который реально рисковал национальной безопасностью воюющего государства, докладывая гражданину Израиля Миндичу государственные секреты? А вы будете убирать людей Ермака из власти или это ваши люди, а не его? А вы поддержите парламент в части кадровой перезагрузки правительства, чтобы поменять «ваших» и «его» на компетентных?

Еще много может быть вопросов, но это основные. Ведь депутаты всегда говорят, что хотят чувствовать себя властью, а не балластом. Но любая субъектность начинается с вопроса. Пусть маленького, но прямого.

Никто не встал. Кроме уже не члена фракции Марьяны Безуглой, поинтересовавшейся отставкой Сырского. Больше — никого. Ни одного человека, который решился бы вынести президента из зоны психологического комфорта. Дать шанс президенту на честный ответ. Парламенту — на конституционную роль. Стране — на реальные изменения.

Почему? Тут много разных версий.

Во-первых, многие уверены: честного ответа все равно не будет. Поэтому играть по правилам и не высовываться — легче, чем их нарушать, принимая огонь на себя.

Во-вторых, большая часть депутатов давно думают о своем будущем в новой политической конфигурации. И стараются быть удобными, чтобы не поставить на себе крест раньше времени.

В-третьих, достаточно и тех, кто не собирается оставаться в политике, поэтому занят исключительно тем, чтобы отменить закон о PEP. Зачем портить нервы?

Психологи назвали бы это коллективным отрицанием — когда все делают вид, что очевидной проблемы не существует. Или нормализацией, когда ненормальное постепенно становится новой политической нормой.

Но в нашем случае причина глубже. Вроде и тирании еще нет. А и не скажешь…

Проблема не в том, что система защищает Ермака, Миндича или Зеленского. И не в том, что президент молчит. Проблема глубже: система — это и есть президент, и парламент, и правительство вместе. Они не отдельные игроки с разными интересами, а единое целое — просто с разными ценниками, но из одной общей кассы. И держится все не на лояльности, а на том, что каждый знает о каждом достаточно, чтобы молчать.

Депутаты не задают вопросов о коррупции — не только потому, что боятся. Но еще и потому, что сами под следствием НАБУ. Дело Киселя — помимо шести уже подозреваемых — потенциально касается до 20 «слуг народа». Правда, по нашей информации, их по указке Банковой охраняет сам генпрокурор. И это только один «куст», где власть выращивала бонусы для своих подручных депутатов.

Как люди, которые могут стать фигурантами расследования НАБУ о подкупе голосов, могут спрашивать президента о коррупции? Да никак! В этом смысле они даже честны — они молчат, потому что понимают: им нечем крыть. И Зеленский это понимает.

Поэтому перед нами банальное групповое соучастие. Правда, в заложниках у подельников оказалось целое воюющее государство. Никто из игроков — ни президент, ни парламент, ни правительство — ничего менять не собирается. Да уже и не в состоянии. Все возможные варианты за семь лет проиграны, пазлы сложены. Даже если картина получилась кривая.

А до окончания большой войны перезагрузить власть невозможно. Потому что выборы невозможны тоже.

И что с этим делать, спросите вы?

Точно не заходить в стойло молчащих ягнят под версию СВР о том, что русские специально раскручивают тему коррупции для дискредитации и ослабления президента. Может, и раскручивают. Но коррупция от этого никуда не девается. И это сигнал не столько обществу, сколько самому президенту — чтобы не давал повода врагу бить в наши слабые места.

И точно не принимать ложную дилемму, которую сейчас активно предлагают даже вполне уважаемые люди: одна сознательная сторона общества якобы сначала за победу, другая узколобая — только за борьбу с коррупцией. Это удобная конструкция. Удобная прежде всего для системы, которая не хочет отвечать ни за одно, ни за другое.

Сейчас внутри власти все настойчивее звучит еще одна мысль: никакого кризиса управления якобы нет. Да, есть падение доверия. Да, есть коррупционные скандалы. Да, есть раздражение внутри самой власти. Но государство ведь функционирует? Армия воюет? Парламент голосует? Ну так чего вы добиваетесь?

Так система постепенно начинает защищать уже не себя, а саму нормальность происходящего. Мол, не мешайте стране воевать своей борьбой с коррупцией. Не раскачивайте лодку.

Если бы они не делили потоки, а занялись дронами на полтора года раньше, в стране было бы больше целой инфраструктуры, энергетики и жилых домов. Если бы они еще в 2023 году услышали тех, кто говорил, что энергетику нужно дробить, мы бы проходили зимы теплее и увереннее. Если бы на фронте поднимали умных командиров, а не только берущих под козырек, было бы больше живых. Если бы не обещали западным партнерам все подряд, а делали хотя бы на копейку больше в законодательстве, мы были бы ближе к Европейскому Союзу.

И это можно перечислять бесконечно — в образовании, медицине, государственном управлении и в любой другой сфере.

Так вот, раскачивать, знаете ли, уже нечего. Менеджеры лодку не удержали — менеджеры ее украли. Поэтому мы уже давно в воде и плывем бок о бок, удерживая нашу государственность.

И доплывем, что бы ни случилось с кормчим возле берега.