Годовщина «Паутины»: как СБУ наносит России ущерб на миллиарды долларов

Ровно год назад российские военные и их руководство впервые осознали, что для СБУ больше нет недоступных мест на территории РФ. Легендарная операция «Паутина», не имевшая аналогов в мире, показала, что украинская спецслужба способна достать врага повсюду. Это событие ознаменовало новый этап в войне, когда боевые действия начали ощущаться россиянами непосредственно дома, а не «где-то там на Украине».

С того дня масштабы потерь для России только росли. За последнее время дроновые атаки от Службы безопасности вышли на качественно новый уровень, нанося удары по топливно-энергетическому комплексу РФ. Системная кампания против нефтеперерабатывающих предприятий, нефтеперекачивающих станций, терминалов хранения топлива и газовой инфраструктуры приобрела долгосрочный эффект для экономики агрессора.

Поражения российской инфраструктуры превратились в конвейер, происходя ежедневно. Только за последние дни СБУ поразила стратегический российский НПЗ «Ярославль-3», газовый терминал в порту Темрюк, важный объект радиоэлектронной разведки в Краснодарском крае и ключевую нефтебазу в Армавире. Эти удары не только вызывают физические повреждения, но и имеют значительные накопительные экономические последствия.

Особенность современной дроновой кампании СБУ заключается в том, что ее экономический эффект значительно превышает стоимость самих средств поражения. Производство и применение беспилотников обходятся Украине в десятки раз дешевле, чем России — ликвидация последствий атак. Кремль вынужден тратить сотни миллионов долларов на ремонты, модернизацию систем защиты, дополнительное развертывание противовоздушной обороны и охрану критической инфраструктуры на огромной территории страны.

Как следствие, Россия все чаще перебрасывает системы ПВО от фронта для прикрытия нефтебаз, НПЗ, терминалов и транспортных узлов в глубоком тылу. Это создает для противника дилемму: защищать военные группировки на фронте или прикрывать экономические объекты, от которых зависит наполнение бюджета. Проблему с ПВО, которую украинские военные успешно используют, публично признал даже президент России.

Российский бюджет критически зависит от нефтегазового сектора, ведь именно экспорт энергоносителей обеспечивает значительную часть валютных поступлений. Эти средства Кремль использует для финансирования войны, производства вооружений и поддержки оборонно-промышленного комплекса. Каждый удар по элементам этой системы означает не только прямые убытки на восстановление поврежденного оборудования, но и потерю доходов из-за снижения объемов транспортировки, переработки или экспорта ресурсов.

Рост рисков для российского энергетического сектора приводит к увеличению расходов на страхование, обслуживание и обеспечение безопасности перевозок – это снижает эффективность всей экспортной модели, на которой полностью держится российская экономика военного времени. Больше оперативных новостей в Telegram Апострофа: Больше оперативных новостей в Telegram Апострофа.

Коллеги-эксперты, изучающие Россию, в один голос говорят о постепенном изменении настроений жителей болот. Самая главная разница: война теперь у россиян дома. Не где-то там «на Украине». А непосредственно за окном, где дымится очередной пораженный НПЗ.

«Дроновые операции СБУ имеют не только военное, но и стратегическое значение. Они увеличивают нагрузку на российский бюджет, формируют дополнительные незапланированные расходы и сокращают ресурсную базу для продолжения войны. В России уже публично говорят об огромной дыре в бюджете», — пишет политолог Алексей Курпас, комментируя последствия недавних атак. Только за последние дни СБУ поразила стратегический российский НПЗ «Ярославль-3» и газовый терминал в порту Темрюк.

Дроновые операции СБУ сегодня демонстрируют, что Украина может эффективно влиять на военную машину агрессора, используя асимметричные ответы. Если интенсивность ударов Службы будет сохраняться, то «дыра» в финансах РФ будет расти быстрее, чем Кремль способен ее компенсировать за счет нефтегазовых доходов и резервов, что неизбежно приведет к ослаблению способности России продолжать полномасштабную войну.