В СМИ активно обсуждается ультиматум президента Украины в адрес белорусского диктатора Александра Лукашенко. Владимир Зеленский требует от него в течение недели убрать размещенное у украинско-белорусской границы оборудование, которое помогает россиянам корректировать дроновые удары по Украине. Такой ультиматум ставит самопровозглашенного президента Беларуси перед очень непростым выбором. В Еврокомиссии с пониманием отнеслись к требованию Киева, намекнув, что Белоруссия способствует российской войне против Украины. О чем говорит ультиматум Зеленского и какие могут быть последствия? Издание "Комментарии" разбиралось в этих вопросах, собрав мнения экспертов.
Владимир Зеленский и Александр Лукашенко
Нейтралитет Лукашенко стал неубедительным
Профессор кафедры политических наук КНУ им. Шевченко, политолог Анна Малкина отметила, ультиматум Владимира Зеленского, в первую очередь, является важным политическим сигналом, которым публично фиксируется ответственность Александра Лукашенко за участие в российской агрессии, даже несмотря на то, что Беларусь пока формально не принимает непосредственного участия в боевых действиях.
"И это неудобная ситуация для белорусского диктатора, который в течение всей войны пытался балансировать. С одной стороны, он предоставлял свою территорию для размещения русских войск, ракетных комплексов, авиации и военной инфраструктуры. С другой стороны, постоянно демонстрировал нежелание втягивать белорусскую армию в войну, даже публично извинился перед украинским президентом. Такая стратегия позволяла ему избегать худшего сценария, то есть прямого военного столкновения с Украиной и новых масштабных санкций от Запада. Сегодня ситуация изменилась. Если информация об использовании белорусской территории для корректировки ударов российских дронов подтверждается, речь уже идет не просто о политической поддержке Кремля, а о фактическом участии в ведении боевых действий. Именно поэтому ультиматум Зеленского попытка провести четкую границу: либо Лукашенко демонстрирует, что еще способен принимать собственные решения, либо окончательно признает статус Беларуси как военного плацдарма России", – отметила эксперт.
Анна Малкина продолжает, для Лукашенко выбор действительно сложен. Если он выполнит требование Украины, это однозначно вызывает негативные для Беларуси последствия. Если же проигнорирует ультиматум, рискует получить новый уровень политической изоляции и быть официально воспринятым международным сообществом как соучастник агрессии.
"Но, по-моему, не стоит ожидать немедленной военной эскалации в случае отказа. Пока все выглядит так, что ультиматум является элементом политико-дипломатического давления. Украина стремится заранее предупредить Беларусь об ответственности за любые действия, способствующие ударам по украинской территории. В то же время, это также сигнал Кремлю, что Украина рассматривает любую инфраструктуру, задействованную в атаках, как законную военную цель независимо от того, где она расположена", – отметила собеседница портала "Комментарии".
Политолог отмечает, что главное следствие этой истории может заключаться в том, что нейтралитет Лукашенко, который он пытался демонстрировать последние годы, стал неубедительным.
"Если Белоруссия продолжает предоставлять свою территорию для поддержки российских ударов, международное сообщество будет рассматривать ее как одного из участников войны на стороне России. Именно это, а не судьба конкретного оборудования на границе, является, по моему мнению, главной политической ставкой нынешнего ультиматума", – подытожила Анна Малкина.
Беларусь медленно превращается из актива Кремля в его бремя
Доктор политических наук, эксперт Аналитического центра "Объединенная Украина" Игорь Петренко отметил, что на первый взгляд ультиматум Владимира Зеленского звучит как очередное громкое заявление, но, уточняет эксперт, интересно здесь не в громкости, а в том, как именно сформулировано требование.
"Зеленский особо объяснил механику: публичное заявление никогда не бывает первым шагом. Сначала – непубличные сигналы из-за разведки и военных: заканчивайте помогать россиянам. И только когда реакции нет – открытое предупреждение. Ультиматум, следовательно, не эмоция и не импровизация, а последняя ступенька долгой тихой работы, которая не принесла результата. Еще одна деталь, которую президент подчеркнул отдельно. Лукашенко перед этим извинился – в интервью арабскому телеканалу. Ответ: извинения можно оставить при себе, потому что деэскалация измеряется не словами, а демонтированным оборудованием, которое можно проверить. "Извиняюсь" не работает с первого дня войны. По сути, это универсальная формула: никаких оценок, только видимое действие. Вопрос, почему это требование вообще чего-то стоит. Ибо угроза имеет ровно столько веса, сколько за ней стоит способность. А с возможностью этой недели все наглядно. 22 июня Воздушные силы ударили крылатыми ракетами по Воронежскому заводу полупроводниковых приборов "Сборка" – он делает электронные компоненты для "Искандеров", Х-101 и "Панциров" и давно под санкциями США и ЕС (средство поражения Генштаб назвал осторожно – "крылатые ракеты только мониторинги, без подтверждения)", – отметил эксперт.
Он отмечает, что это не единичный эпизод, а часть системной работы по российскому ВПК и нефтепереработке: за несколько дней до этого остановился московский НПЗ. По данным Минобороны, с начала года украинские дроны поразили более 800 тысяч целей и дают более 90% всех потерь окупантов. Командующий Сил беспилотных систем Роберт Бровди говорил и о 500 намеченных целях на территории Беларуси.
По словам эксперта, Беларусь любит повторять, что она ни при чем. Киев отвечает на это не оценкам, а фактам.
"Четыре известных ретранслятора на пограничных вышках координируют удары "шахедов". Топливо: по словам Зеленского, только за январь-май поставки бензина из Беларуси в Россию выросли в 13 раз, дизеля — втрое. В тот же день Объединенный переходный кабинет Беларуси (команда Тихановской) через Павла Латушко передал МИД Украины 30-страничный доклад по признакам милитаризации Минска. Здесь честно: это оценка оппозиции – заинтересованной стороны, а не заключение разведки или НАТО. Ее ценность состоит в том, что она совпадает с тем, что фиксирует Киев. Но читать ее нужно именно так – как экспертную оценку оппозиции. То, что отличает этот эпизод от обычной двусторонней перепалки: Украина здесь не одна. Представитель Еврокомиссии Анитта Хиппер, комментируя требование Зеленского, напомнила, что Беларусь и дальше способствует российской агрессии, и прямо сказала, что Украина имеет право защищаться. Это больше чем дипломатическая вежливость: право на самооборону перестает быть лишь тезисом Киева и становится зафиксированной позицией Брюсселя. А чуть севернее немецкая 45-я танковая бригада – "Литовская" – учится в Пабраде, в 20 километрах от белорусской границы. До конца 2027 года это должна быть постоянная бригада примерно на 5 тысяч военных, первая такая немецкая часть за границей со времен Второй мировой. Не ротация, а структура", – отметил Игорь Петренко.
Эксперт отмечает, что уже была и реакция Москвы. Кремль ответил словами. Песков назвал требование "совершенно агрессивной угрозой", "вмешательством во внутренние дела" и "посягательством на суверенитет" Беларуси и сообщил, что Путин в ближайшее время свяжется с Лукашенко.
"И вот здесь самое выразительное. С одной стороны – конкретное, проверяемое требование: снимите оборудование и укажите. С другой – апелляция к "суверенитету" от государства, которое не уважает никакую чужую границу. Когда на предметное требование отвечают абстрактными принципами, это обычно означает одно: предметного ответа нет. Разговор переводят в плоскость слов, потому что в плоскости действий ответить нечем. Чем глубже Москва вовлекает Минск, тем больше внимания и ресурса Беларусь оттягивает на северный фланг НАТО – и тем менее управляемой становится ситуация для самого Лукашенко. Для Украины вывод предметный: в этом направлении она больше не догоняет события, а задает им темп – подкрепляя слова действием и имея за спиной не только собственную позицию, но и зафиксированное право на самооборону. Беларусь в этой конструкции медленно превращается из актива Кремля в его бремя, а главный критерий остается тем, что его назвал Киев: не что сказано, а что снято", – отметил Игорь Петренко.
Читайте на портале "Комментарии" — Путин отреагировал на сигнал из Киева: что в Кремле заявили об условиях для переговоров.
/https%3A%2F%2Fs3.eu-central-1.amazonaws.com%2Fmedia.my.ua%2Ffeed%2F46%2Fada343a0732bc22b607dc7761f0bde5d.jpg)