Человек с титановыми деталями. Разведчик Павел Гольченко о страхе, штурмах и возвращении на фронт

За справку об инвалидности, которая якобы гарантирует, что человек не попадет в армию, требуют взятку не менее 4500 долларов.

Об этом сообщают СБУ и МВД, которые разоблачали коррупцию с такими справками.

Ежегодно правоохранители объявляют подозрения нескольким сотням врачей и таким фиктивным "людям с инвалидностью", которые не хотят служить.

Бывают и другие ситуации: когда человек страдает реальным заболеванием, имеет тяжелое ранение, группу инвалидности, но снова возвращается в строй.

Любая ВЛК отправила бы его домой, но после больницы такой боец возвращается к своим побратимам.

Хотя имеет законное право больше не воевать.

Один из таких военнослужащих – старший сержант разведывательной роты 46-й отдельной аэромобильной Подольской бригады ДШВ Павел Гольченко.

Высокий, худощавый, он выглядит старше своих 30 лет.

На войне – с февраля 2022 года.

За эти годы получил семь ранений.

Позывной – "Артист".

После такого количества ранений он должен был бы быть каким-то робокопом – человеком, наполовину состоящим из металлических деталей.

Это впечатление на самом деле недалеко от истины: в его теле несколько титановых имплантатов.

А в документах – та самая инвалидность, которая даёт ему законное право не служить в армии.

Но в гражданскую жизнь он возвращаться не собирается.

"Война будет долгой, – уверен он.

– Наша задача – продержаться, пока она не станет максимально роботизированной".

О своих ранениях он рассказывает как о походе с друзьями в бар – буднично и с большой дозой самоиронии.

"Контузий было много, но мы их за ранения не считаем", – с улыбкой говорит он.

О шестом ранении я потом отдельно спросил хирурга из Харькова, который делал Павлу операцию.

"В случае, который был у Артиста, уровень летальности – 96%, – сказал врач.

– Это общемировая статистика по травматическому разрыву аорты".

То, что Павел до сих пор жив, – настоящее чудо, которым он обязан парамедикам, которые вовремя стабилизировали его состояние, и врачам в Харькове.

"Не надо куражиться".

Павел родился в Мариуполе.

После нескольких переездов его родители поселились в Селидовом – шахтерском городке.

Обычная рабочая семья: отец – монтажник-высотник, мать работала в администрации одной из местных шахт.

Павел тоже учился на шахтера, после института начал работать на шахте имени Засядько.

Тогда ему впервые очень повезло – он сумел остаться в живых там, где через несколько лет погибли более 300 человек.

Именно на этой шахте в начале 2000-х произошло несколько взрывов газа, унесших жизни сотен шахтеров.

Именно там, на шахте, он прошел несколько уроков домедицинской помощи по протоколу MARCH, научился останавливать кровотечение.

И именно это умение впоследствии не раз спасало ему жизнь – но уже не на шахте, а на войне.

Страх на войне никуда не исчезает, признает Павел Гольченко.

Фото Ивана Шатохина, 46-я ОАеМБр.

– Выжил на очень опасной шахте, пережил в боях семь ранений, теперь веришь, что ты "поцелован Богом"? Ведь так можно и погибнуть от куража, – спрашиваю я Артиста.

– Это, наоборот, работает, – отвечает он.

– Чем больше ты знаешь о фронте и о том, как идет бой, тем больше страха.

На передовой тебе постоянно напоминают, что куражиться не надо, что ты такой же смертный, как и все.

То миномёт прилетает, то дроны, то артиллерия.

Но там уже начинает работать инстинкт самосохранения.

Главное – контролировать свой страх.

– Судя по тому, что мне о тебе рассказывали, у тебя вообще нет страха.

– Это не так.

Я же на собственном опыте видел, что такое война.

Страх есть.

Он есть у каждого.

Кто-то может его контролировать, кто-то – нет.

Страх никуда не исчезает.

Но после каждого боя у нас проводится разбор, а затем планируется следующий.

И всем ребятам я постоянно повторяю: не надо куражиться и считать себя бессмертным.

Три добермана и СИЗО в Житомире.

В мирное время он мечтал открыть "отель для собак" в Мариуполе – городе, где прошла часть его жизни.

Летом здесь было много туристов, в том числе с собаками.

Жена Павла тоже "собачник", поэтому втроем они всё распланировали и уже нашли место под будущий приют.

Последние приготовления пришлись на вторую половину февраля 2022 года.

Большая война перечеркнула эти планы.

Любовь к собакам как-то привела Артиста в тюрьму.

Но повезло – его выпустили через несколько часов.

Чтобы пройти мобилизацию в десантную бригаду, в которой он ранее служил, в марте 2022 года он приехал в Житомир – именно там расположен пункт постоянной дислокации 95-й отдельной десантно-штурмовой Полесской бригады.

Приехал вместе с тремя своими доберманами.

"Это очень хорошие животные", – вспоминает он с ностальгией.

Но к самой проходной военной части он добрался слишком поздно, уже около 21:00, и дежурный сказал ему прийти на следующий день.

Мужчина с тремя собаками у проходной воинской части вызвал подозрение у бойцов местной территориальной обороны.

Тогда, в самом начале полномасштабной войны, все искали диверсантов и шпионов – Павел им показался похожим на одного из таких.

Поэтому они быстро обратились в СБУ, и уже через несколько минут бойцы спецназа скрутили безоружного Павла и отправили в ближайшее СИЗО.

На допросе выяснилось, кто он такой на самом деле, и его отпустили.

– Хочешь служить, тогда найди, куда пристроить своих собак.

Потому что таких берут только в Пограничную службу, а сейчас там нет свободных должностей, – объяснил ему следователь.

Павел так и поступил: оставил своих доберманов у друзей и мобилизовался.

Вскоре ему пришлось вступить в первый бой.

Первый бой и командир Гений.

Окрестности Лисичанска, июнь 2022 года.

Павел с соратниками выходит из окружения.

Небольшая колонна – один пикап командира роты и три БТРа.

Артист вместе с другими бойцами сидит на одном из этих БТРа.

Слышен выстрел – и он видит, как снаряд пробивает первую машину, падает под БТР и не взрывается.

В пикапе тогда находился первый командир Артиста – Александр Ширшин, о котором позже узнает весь мир благодаря фото в окопе с книгой Тимоти Снайдера.

А тогда колонна попала под прямой обстрел российского танка.

"Десант, земля!" – раздалась громкая команда.

Все бойцы спрыгнули с БТР, водители боевых машин начали маневрировать и уходить из-под обстрела.

Артиста и его соратников тогда спасли друзья из 110-й бригады, которые находились рядом.

Они начали обстреливать российский танк из своего противотанкового оружия и оттеснили его.

Фото Ивана Шатохина, 46-я ОАеМБр.

Именно Ширшин, позывной "Гений", стал для Артиста примером боевого командира.

"Я прошел с ним бои в Луганской области, а затем весь Харьковский контрнаступление.

Как командир он – огонь, – вспоминает Павел.

– Он постоянно был с ребятами на боевых позициях, контролировал все позиции, знал всё о каждом".

Смелый командир Ширшин стал для Гольченко примером и образцом лидера.

Человека, который не только "раздает задания", но и сам находится рядом с бойцами в любой опасной ситуации.

И теперь, когда командиром стал уже сам Артист, примерно то же самое о нём говорят его бойцы.

"Если бы его не было в штурмах, я бы не пошёл, – рассказывал младший сержант его взвода с позывным "Кабина" в прошлом году в интервью на канале "Бутусов плюс".

– В нём есть уверенность, что он всё делает правильно, думает головой, никогда не подвергнет тебя лишнему риску.

Мозги работают на высшем уровне, у него всё чётко, слаженно.

За таким хочется идти".

Красный скотч на рукавах.

Район Лисичанского НПЗ, июнь 2022 года.

Тогда это был один из самых опасных участков фронта.

"Мы стояли на краю посадочной площадки, я наблюдал.

Услышал голоса нескольких человек, которые приближались со стороны россиян.

Спросил у командира взвода – тот ответил: ничего особенного, это наша разведка", – говорит Павел.

Как выяснилось позже, разведка уже пошла дальше, а приближающиеся голоса на самом деле принадлежали россиянам.

"Я был уверен, что это наша разведка, пока не увидел красный скотч на рукавах", – вспоминает Павел.

Он первым открыл огонь: "Возможно, кого-то удалось уничтожить, но там было трудно точно определить".

Начался перестрел – взвод Павла оборонялся, россияне попытались провести штурм.

Им удалось обойти позиции с фланга и забросать окопы гранатами.

Осколками гранаты Павлу ранило ногу.

Он сам наложил себе турникет и дополз до основного окопа.

Там удалось осмотреть ногу.

"Я увидел, что венозного кровотечения нет, снял турникет, обработал раны и наложил повязку", – рассказывает Артист.

Остальных раненых передали медикам.

В то же время остальные бойцы подразделения перешли в контратаку, что заставило россиян отступить.

Но в том бою погиб один из молодых сержантов.

"Молодой парень был, упорный.

Прослужил всего две недели", – вспоминает о нём Павел.

"Ты не Паша, а артист".

В сентябре 2022 года Павел служил в 80-й отдельной десантно-штурмовой бригаде, вместе с побратимами участвовал в контрнаступлении в Харьковской области.

Позиции были обустроены возле трассы в Сватово.

"Я нес ребятам пульт от "Джавелина", но почувствовал: сбоку что-то мокрое.

Попросил друга посмотреть, потому что сам не мог разглядеть", – вспоминает он.

Как оказалось, после одного из взрывов осколок снаряда пробил ему легкое – залетел рядом с бронежилетом.

Побратим заметил кровь возле бронежилета Павла.

Парамедик наложил окклюзионный пластырь и отправил его в стабилизационный пункт.

Оттуда Павла на БТРе доставили в ближайшую больницу.

Павел "Артист" Гольченко с побратимом.

Фото Ивана Шатохина, 46-я ОАеМБр.

Откуда позывной "Артист"? Сначала Павла называли "Марик" – как человека из Мариуполя.

После одного из ранений Гольченко лечился во Львове, а когда выздоровел, то вместе с побратимами отдыхал в одном из местных ресторанов.

Пел в караоке несколько любимых песен, в частности народную "Сила птица".

– Да ты же не Паша, ты артист, – пошутили над ним друзья после этого пения.

Так и остался этот позывной.

Павел любит музыку, пел ещё в хоре, когда был студентом.

Среди любимых групп – Nord Division.

"И тексты у них сильные, и это ребята из "Кракена".

Я видел, как они сражались в Харьковской области.

Они очень крутые", – говорит Гольченко.

"Мы свои, откройте!".

Как выглядят штурмовые действия, в которых постоянно участвует Павел со своими разведчиками? Это хорошо показано в документальном фильме Мстислава Чернова "2000 метров до Андреевки".

Это не случайный пример.

В этой картине бойцы Третьей штурмовой бригады выбивали врага из окрестностей Бахмута.

И вместе с ними – Павел Гольченко.

"Постоянные штурмовые действия, было круто, – снова с улыбкой вспоминает он.

– Приходит понимание, что на той стороне солдатам тоже страшно.

И тогда побеждают твои навыки ведения боя, твоя скорость реакции на изменение ситуации.

У россиян нет мотивации.

Если они видят, что их обходят с флангов, то отступают".

Декабрь 2024 года.

Штурмовая группа "Артиста" ведёт стрелковые бои в селе Загризово в Харьковской области.

Результат – 15 пленных россиян, десятки других уничтожены.

Вспоминая те бои, Павел рассказывает о различных тактических уловках.

Например, в ближнем бою в помещении, когда россияне могли находиться в соседней комнате, он иногда выдавал себя за россиянина: "Ребята, вы чего там закрылись? Мы свои, откройте", – кричал он по-русски.

И только потом, когда бой закончился и он допрашивал пленных, узнал, что они ему не верили: "Я слышал по акценту, что ты нифига не свой".

Россияне тогда сдались не потому, что приняли Павла за своего, а потому, что его группа успела их окружить и сделала сопротивление безнадёжным.

Тогда Артист служил в 78-й бригаде, в 8-м отдельном стрелковом батальоне.

Командиром этого батальона был майор Евгений Лех, позывной Деви.

"Нам выделили участок в Харьковской области.

Деви планировал все операции, за ним было последнее слово, он обеспечивал всё необходимое для того, чтобы задача была выполнена, – вспоминает Павел.

– Именно после его планирования уже на самой боевой задаче всё получалось хорошо.

Поэтому я доверяю этому командиру".

Впоследствии Дэви получил повышение – был назначен начальником штаба 46-й бригады ДШВ.

И пригласил Гольченко заниматься разведкой в новом подразделении.

Здесь Павел служит с осени 2025 года.

"Артист – особый воин, верный нации, – говорит подполковник Евгений Лех.

– Он умеет быть смелым там, где нужно.

У него есть то, что очень нужно для его работы: самодисциплина, которая переходит в дисциплину подразделения с единым мнением, интуиция, умение быть примером для бойцов и принимать решения в самый сложный момент".

Фото Ивана Шатохина, 46-я ОАеМБр.

После каждого боя и каждого задания Павел собирает всех бойцов и проводит after action review – анализ выполненных действий.

Что удалось, что не сработало, где помогло планирование, а где – везение.

Возможно, именно поэтому его группе удается выполнять задания.

Бывает ли отдых между заданиями? Конечно.

Но Гольченко тратит его на занятия с новыми бойцами на полигоне.

"Главное, что они должны уметь, – хорошо обращаться с оружием", – уверен он.

Когда нет практических занятий, Павел вместе с ребятами смотрит видео на You.

Среди его любимых – интервью Юрия Федоренко, командира 429-го отдельного полка беспилотных систем, Кирилла Вереса, командира бригады К2, или видео "Движу" Третьей штурмовой бригады.

Есть ли время читать книги? Не очень часто, но удается.

Он показывает на телефоне список загруженных книг: "Психология боя" Андрея Романишина, "Человек в поисках смысла" Виктора Франкла, "Следы на дороге" Валерия Маркуса.

Какой сейчас смысл в пехотных рейдах, если зона действия может достигать 10–20 километров в ширину?.

"Понятно, что теперь всё по-другому, – отвечает он.

– Но даже если мы не захватили позицию, то заставили россиян её раскрыть.

И теперь наши "птички" хорошо знают, где они прячутся, а потом их уничтожают".

"Мне просто повезло".

Самым тяжёлым было ранение аорты.

Артист ехал на боевое задание на багги, в который попал вражеский дрон-камикадзе.

Взрыв непосредственно не задел Павла, но сама машина несколько раз перевернулась вместе с ним.

Именно тогда он получил тяжёлую травму шеи и грудной клетки.

Снова повезло – рядом были медики, которые быстро стабилизировали его состояние и доставили в больницу.

Сильная кровопотеря, тяжелое состояние – врачам пришлось ввести пациента в искусственную кому.

К счастью, он выжил.

"Тогда я очнулся уже в Харькове, в Институте сосудистой хирургии", – вспоминает артист.

Теперь в его теле – искусственная аорта от шеи до сердца.

Но после реабилитации Павел снова вернулся на фронт.

"Наше время рано или поздно наступит, – – философски говорит он.

– Я уже жду, когда моя война закончится.

Но я не ищу этот момент искусственно, у меня нет суицидальных мыслей.

Психологически я к этому готов.

Меня держит то, что я могу ещё много людей научить и подготовить.

И это не потому, что я лучше других.

Я много общаюсь с другими подразделениями.

Другие ребята делают больше полезного, чем я".

После шестого ранения Павел получил орден "За мужество".

До этого он был награждён орденом "За личную храбрость" от главнокомандующего.

"Я не сделал ничего такого выдающегося, чтобы меня выдвигали на высокие награды", – считает он.

От предложения пойти на офицерские курсы, чтобы потом стать командиром взвода, он сознательно отказался.

Считает, что будет более полезен в качестве сержанта и командира группы в разведывательной роте.

"Мне просто везёт.

И поэтому у меня много опыта.

Теперь я знаю, как нужно обучать новых солдат, чтобы они были эффективны в бою, – говорит он.

– А ещё хочется дожить до того времени, когда роботы начнут полноценно воевать".

Владислав Головин.