Роман Бессмертный: Мадяр бессознательно играет на руку Кремлю, хотя публично его не поддерживает

Сразу после победы в Венгрии Петера Мадяра Киев ожидал получить в его лице своего сторонника. Сначала так и было: он разблокировал кредит на 90 миллиардов для Украины, вернул украденные режимом Орбана миллионы украинского Сбербанка и даже поддержал открытие первого кластера процесса вступления Украины в Евросоюз. А дальше – «как отрезало». Тот же Мадяр начал всячески блокировать дальнейшее ускоренное движение Украины в ЕС, также выступает против предоставления нам оружия. Стал ли проевропейский Мадяр Орбаном 2.0, журналист Коротко про узнавал об этом у украинского дипломата Романа Бессмертного.

Мадяр, как и Трамп, - нарцисс

- В лице Мадяра Киев ожидал получить сторонника, а получает второго Орбана. Почему?

- Вряд ли это новый Орбан. Несмотря на внешнее сходство с позицией Орбана, его мотивы несколько иные. Просто он действует как идеологически правый венгерский политик. Если посмотреть на его программу, то на самом деле то, что он сейчас делает, это реализация его программных основ, но без пророссийского компонента.
- Тогда какова природа нынешнего сохранения антиукраинских взглядов в новой венгерской власти, в экономике? Может, Мадяр боится, что если Украина вступит в ЕС, то именно она, а не Венгрия будет получать финансирование?

– Есть и эта причина. Действительно, Мадяр, как и все остальные, прекрасно понимает, что Украина должна переводить в нормы Европейского Союза свои экономические параметры. Но у него, как и у многих в Европе, есть страх, например, перед украинскими агрохолдингами, которые станут серьезными конкурентами для венгерских и европейских производителей сельхозпродукции. А поскольку европейский стандарт аграрного сектора - это фермер, здесь нужно будет взаимно менять правила для Украины и Европы.

Но главная причина кроется в другом. Мадяр не имеет опыта ведения международной политики. Уже сейчас видно, что он очень своеобразно относится к дипломатическому протоколу и международным отношениям. Здесь надо понимать, что это человек несистемный, он появился в политике, как только стал премьером. До этого Мадяр не работал в правительственных структурах.

Ну и главное, что сейчас уже видно, – это то, что Мадяр, как и Трамп, – нарцисс. А такие типы политиков чрезмерно влюблены в себя и лишены самокритики. При этом они уверены в своей личной непогрешимости. И к этому нужно очень спокойно относиться с учетом того, что он нарцисс.

- Но все это играет на руку России, и значит ли это, что Мадяр сознательно и тайно подыгрывает Кремлю, как это делал Орбан, или есть какие-то другие мотивы?

- Да, это правда, что действия Мадяра играют на руку Кремлю. Он играет на основе российских нормативов, хотя сам их публично и не поддерживает. Он просто этого не понимает. Так же, как словацкий премьер Фицо, выступая против помощи Украине. И нам нужно понимать, что каждый из наших соседей будет использовать ситуацию для решения двусторонних и своих проблем. Мадяр будет использовать ситуацию для решения собственных проблем в отношениях как с Европой, так и с Украиной.

- Тогда что ему помешало поддержать ускоренное вступление Украины в Евросоюз, почему он заблокировал этот формат?

- Давайте будем честны и объективны - никакого нашего ускоренного вступления в ЕС нет в природе. Против этого выступает не только Мадяр, но и многие другие, в том числе ведущие европейские страны. Так что он не может помешать тому, чего нет.

Природа антиукраинских взглядов Мадяра в его политической идеологии

- Но почему Мадяр, как и Орбан, категорически блокирует любые прямые поставки венгерского оружия и военной техники для ВСУ?

- Это природа венгерских правых, Мадяр ведь не левый, не центрист, а именно правый популист. А это то же поле, на котором играл Орбан. И именно из-за этой своей природы он не может не «поиграть» на военной помощи Украине.

- А может быть, Мадяр своими антиукраинскими нарративами заигрывает с правым электоратом Орбана и хочет прибрать его к рукам, ведь в Венгрии очень большое рейтинговое «наследие Орбана»?

- В какой-то степени да. Но в отличие от Орбана, Мадяр, пытаясь привлечь электорат Орбана, одновременно играет с Евросоюзом. Он показывает, что можно проводить ЛГБТ-прайды в Будапеште и быть правым политиком.

- А мы, Украина, не слишком уступчивы требованиям Мадяра относительно Закарпатья? Киев подписал с Венгрией договоренность, согласно которой венграм в этом регионе фактически разрешили не учить государственный украинский язык?

- Нет, а Мадяр, требуя этого, "выстрелил сам себе в ногу". Потому что если венгры не будут учить украинский язык, они будут ограничены в правах, поскольку не смогут претендовать на должности в Украине. Ни один венгр не сможет стать, например, министром в Украине, если он не знает украинский язык. Это так называемое положительное нарушение общей декларации прав человека, и рано или поздно это даст о себе знать.

Выполнение Киевом требований Мадяра – это встречный компромисс

– Тогда почему мы пошли на это и приняли 11 пунктов требований Венгрии к Украине?

- Это встречный компромисс, но в целом это нужно спрашивать у тех, кто с украинской стороны вел переговоры и принял эту позицию. Но еще раз скажу: если бы мне, например, пришлось вести переговоры, я бы никогда в жизни не пошел на это, потому что это нарушение прав, прежде всего, самих венгров Закарпатья.

- Здесь примечательно еще и то, что эти 11 пунктов требований Мадяра - это фактически те же ультиматумы, которые постоянно выставлял нам Орбан. Почему же мы отказывались удовлетворять эти требования Орбану, а согласились - Мадяру?

- Ну, во-первых, эти требования никто еще официально не подписал. Они только приняты для обработки двумя сторонами. Кроме того, мы не сможем выполнять те позиции, которые противоречат национальным интересам Украины, ее Конституции и европейским стандартам. Исходя именно из этого, нужно понимать ситуацию и не прибавлять сюда эмоций. Да и мы не можем сделать больше, чем предполагает всеобщая европейская декларация прав человека, в том числе и в области образования.

Причем следует особо отметить, что это должно делаться на основе зеркальности. Условно говоря: мы идем навстречу закарпатским венграм в Берегово, а Будапешт - в центрах венгерских землячеств украинцев в Ньиредьгаге или Будапеште.

- Такая уступчивость указывает на слабость Киева и может создать опасный прецедент требований других национальных меньшинств Украины?

- Чтобы этого не произошло, должен работать принцип равенства. Действительно, мы не можем давать одному национальному меньшинству больше, а другому - меньше.

Украине нужно использовать жесткость в зависимости от политических целей

- Мадяр и дальше будет гнут свою антиукраинскую линию или в конце концов успокоится?

- Он и дальше будет настаивать на реализации своих интересов, но Киев должен вести с ним диалог исходя из интересов Украины и стандартов Европейского Союза. Это дипломатическая стратегия. Есть проблема - давайте решать. Поэтому я не вижу угрозы здесь ни национальной безопасности, ни чему-либо другому, потому что это европейский общий дом.

У меня был такой случай, когда я работал послом в Белоруссии. У меня там были хорошие отношения с венгерским послом в Белоруссии. Я помню, как Орбан на очередных выборах предложил двойное гражданство Венгрии. Тогда я спросил венгерского посла: зачем это двойное гражданство, если Венгрия и так уже в Европейском Союзе, где нет внутренних границ? И он объяснил, что это исключительно политическая позиция, не требующая практической реализации таких призывов. Но она хорошо ложится в рейтинги озвучивающего ее политика.

- А может, Киеву нужно жестче отвечать Мадяру, как, например, на претензии польского президента Навроцкого в случае с «орденским скандалом»? Потому что дашь палец - руку откусят.

- Опять же это зависит от тех целей, которые ставит перед собой политическое руководство Украины. Это дипломатическая тактика: одному отвечать так, а другому - иначе. Лично я как дипломат не понимаю, зачем бывшие президенты Украины (Кучма, Ющенко, Порошенко) вернули свои ордена Белого Орла Польше. Они заслужили эти ордена, и я лично видел эту тяжелую работу, начиная с 94-го года, в налаживании межгосударственных отношений с Польшей.

И я понимаю, как трудно было урегулировать ситуацию. Кроме того, эти ордена - это не только заслуга президента, но и уважение ко всему украинскому народу. А отказавшись от орденов, они только раздули пламя скандала. Это не значит, что не нужно было никак реагировать, но они просто бросили новые «дрова» в костер.

- Тогда как нужно было поступить в этом случае?

- Есть множество вариантов действий, в рамках которых можно было бы работать. Потому что тот же президент Польши Навроцкий, получая орден Белого Орла, сказал, я цитирую: «Это не наше дело, кто будет "коралировать" (господствовать) на улицах Украины, даже если это будет Степан Бандера». Поэтому и сейчас нужно было вступать в дипломатический диалог с Варшавой, как это работало в свое время при польских президентах Квасьневском, Коморовском и даже при Качиньском. С ними работали, встречались, обсуждали межгосударственные проблемы, находили их решение. Так и сейчас нужно делать.