Соломия Витвицкая: Чувствовала себя на свадьбе красивой, любимой, было очень много теплых эмоций

В апреле телеведущая Соломия Витвицкая и майор ВСУ Алексей Ситайло поделились радостной новостью – они станут родителями.

«Первая беременность в 45. Кто-то скажет: «поздновато». Кто-то подумает: «рискованно». А я скажу: все приходит именно тогда, когда для этого приходит время. У Бога свои планы на каждого из нас. И сегодня я безгранично счастлива, и мы с любимым в ожидании нашего чуда», - призналась тогда телеведущая.

16 июня Соломия отпраздновала 46-летие, а 20-го она вышла замуж. Так что обсудить нам было что.

В интервью Коротко про Соломия Витвицкая рассказала, какой была их свадьба, почему решили пожениться в Берегово, как они с мужем узнали о беременности, о поддержке коллег, помощи роддомам и других своих жизненных планах.

Свадьба была очень камерной и интимной

- Соломия, мы все насмотрелись на ваши красивые свадебные фотографии. Год назад вы говорили, что еще не приняли окончательного решения о свадьбе, и все как-нибудь сложится само собой. И как все сложилось?

- Действительно, предложение было полтора года назад, соответственно, все постоянно спрашивали: когда свадьба, когда свадьба? Но поскольку сейчас такое непростое время – война, нестабильность, трагические события, которые переживает наша страна, – мы никак не могли решить, какую свадьбу делать и делать ли вообще.

И когда узнали, что мы в ожидании первенца, Олекса сам сказал: «Некуда откладывать. Дети должны рождаться в официальном браке». У него такая позиция. Ибо, если честно, для меня это не было столь принципиальным вопросом. Мне кажется, мы уже совсем по-другому к таким моментам относимся, особенно во время войны.

Сначала думали, может быть, собрать родственников. Планировали, в каком городе все организовать, потому что мои живут во Львове, а семья Олексы – на Житомирщине.

- А если еще кого-то не пригласить, то обидятся!

– Вот и мы так думали. А у нас еще идет ремонт, это огромные затраты. Возможно, я бы даже и не начинала этот ремонт, если бы понимала, какие это будут средства, как трудно найти работников. Реально ремонт длится уже около двух лет. Это некий нескончаемый процесс.

Но Олекса принял волевое решение, что мы вдвоем поедем в отпуск. Решили ехать в Закарпатье. И мой день рождения отпраздновать, и, соответственно, там пожениться.

Я уже больше двух лет не выезжаю из Украины в солидарность с украинскими мужчинами. Соответственно, и Олекса, невзирая на то, что он военный и по идее мог бы выезжать.

– Было все камерно?

- Очень камерно и интимно. Из родственников никого вообще не было. Были наши друзья, у которых мы, собственно, и остановились. Была моя подруга Леся Поврозник, без нее никак не могло случиться, потому что она рассказывала мне о свадебном образе еще до того, как мы вообще начали думали о свадьбе. Поэтому единственное, что было продумано в этой истории – мой свадебный образ (улыбается). И кум Олексы, его лучший друг Александр, решил преподнести сюрприз и приехал к нам с семьей. Фактически на свадьбе нас должно было быть шестеро вместе с нами, а было десять. Заказали столик в ресторане. И, скажу я вам, это была прекрасная возможность пообщаться с каждым, уделить внимание друг другу. Мне очень понравился формат.

И все – сплошная импровизация. У нашей подруги, к которой мы ехали, чуть раньше был день рождения. Мы искали для нее цветы, остановились по дороге, просто спросить, где можно купить цветы, девушка нам объясняла, объясняла, а потом поднимает на меня глаза и говорит: «А я вас знаю»! Оказалось, эта девушка – местная фотограф Аня Рабовская, которая и делала нам фотографии. Так все очень классно сложилось.

- А почему именно Берегово? Чтобы заодно и медовый месяц был?

– Да какой месяц (смеется)? Один медовый день на обратном пути в Киев, потому что уже заканчивался отпуск.

Мы вообще думали расписаться через "Дію", но не смогли, потому что, оказывается, "Дія" в субботу и воскресенье не работает, только в рабочие дни с 9.00 до 18.00. Диджитализация, но с человеческими графиками.

– Ну, "Дія" – это ведь не интересно, не та атмосфера.

– Да. Когда будем бабушкой и дедушкой, будем рассказывать, что у меня есть бумажное свидетельство о браке.

Это действительно классное воспоминание. Я себя чувствовала красивой, любимой, было очень много теплых эмоций, классные люди рядом.

Не подумала ни о букете, ни о фотографе

– Действительно, у вас был очень красивый свадебный образ. Вы делились в соцсетях, что каждый элемент свадебного образа был продуман до мелочей и получился очень личным. Это все ваши идеи?

– Все тоже как-то само по себе сложилось. Почему-то сразу решила, что буду в платье-вышиванке. Олекса, конечно же, в форме как военный, потому что было бы странно, если бы было по-другому. Кстати, форма стоила фактически как костюм жениха.

Хотя я себе представляла и более классический свадебный образ. На странице бренда Svitlo нашла платье и ехала именно за ним. Но когда его надела, мы поняли, что к военной форме оно не очень подходит. Хотя платье очень красивое, из белой органзы, нежное.

А подруга Леся Поврозник уже продумывала весь образ, мейк, прическу. Это она сказала: «Хочу для тебя ленты, как это было у наших прабабушек». Она еще по всему Львову искала именно такие ленты, как следует, конкретного цвета. Вот чтобы они были именно такими, как она их видит. И заплетенная коса должна быть. Я себе это не так представляла. Но когда Леся меня собрала, я поняла, что все сложилось круто.

– Ваша подружка Наталья Карпа писала, что для своего свадебного образа вы выбрали ее любимые кораллы – старинные баламуты, дополненные светлыми рядами кораллов.

– Да. А Леся еще и работает с Наталкой. Есть такая свадебная традиция – иметь что-нибудь старое, что-то новое, что-то одолженное. И эти кораллы как раз и стали «заимствованным чем-то».

Свадебные кроссовки покупал мне Олекса. Может быть, на фотографиях не совсем видно, они плетеные, мне очень нравятся. Хотя читала на этот счет некоторые комментарии, критику.

– Да как же нашим людям не вставить свои пять копеек!

– Просто какие-то классические туфли и не подошли бы. А вышло все нежно, в выдержанном стиле.

Кстати, даже букет нам местная флористка делала. Еще и наши бокалы цветами украсила в таком же стиле, как и мой букет. И это тоже приятная случайность, потому что я вообще о букете не подумала. Ни о букете, ни о фотографе. А еще местная кондитер нам сказала, что свадьбы без торта не может быть, и подарила нам свадебный торт.

Не говоря уже за кольца. Обручальные кольца мы выбрали буквально за две недели, а их делают не менее трех недель. Но украинский бренд Marika пошел нам навстречу. И мы их очень благодарим за такую ​​вовлеченность и клиентоориентированность. Поэтому в пятницу приехали наши кольца по почте, а в субботу в 9 утра мы уже были женаты.

Реально наш украинский бизнес, украинские предприниматели, несмотря на войну, все препятствия, недостаток человеческого ресурса, великие молодцы. Просто восхищаюсь этой несокрушимой украинской стойкостью и поразительной креативностью. Благодарны всем, кто ее проявляет, они очень придают вдохновение и веру в то, что обязательно все у нас будет классно.

У меня очень большая поддержка от моих коллег

- Как вы себя чувствуете? График телемарафона изнурительный – это более 6 часов эфира.

- В течение дня во время эфира малыш меньше двигается. Преимущественно с утра, вечером, когда принимаю горизонтальное положение, пытается как-то давать о себе знать.

Но, в общем, у меня очень большая поддержка от моих коллег. Это очень важно для меня. Все с пониманием относятся, с любовью, очень поддерживают. Такое мне в офисе гендер-пати устроили!

К примеру, у нас есть один рабочий день в субботу, который мы делим между собой. И мои коллеги по телемарафону – Маричка Падалко, Наталья Островская, Святослав Гринчук – освободили меня от рабочей субботы на время беременности.

– Вы вообще такая энерджайзер! Знаю, что у вас еще куча планов и по проектам в благотворительном фонде «Охматдет – здоровое детство». Вы в наблюдательном совете тоже остаетесь?

– Да, я председатель наблюдательного совета. Пока фактически завершен капитальный ремонт нового корпуса «Охматдета», который полностью финансирует БФ «Охматдет  -здоровое детство». Каждая гривна должна работать на результат. Поэтому параллельно с завершением капитального ремонта мы доводим до конца все документальные и отчетные процедуры.

– За те гривны вам уже и так досталось, когда началась в соцсетях критика вокруг сбора средств на восстановление больницы.

- Досталось, еще как. А главное – что и я, я вся наша команда работает на волонтерских началах все это время. Конечно, у нас есть работники, но наблюдательный совет фонда и члены правления работают на волонтерских началах. Роман Лобай возглавлял процесс восстановления, практически больше года он этим занимается очень усердно каждый день. Если говорить честно, он стал просто локомотивом всего процесса капитального ремонта, инициировал совещания, встречи, обсуждения, когда возникали спорные моменты и дополнительные вопросы.

А в декабре прошлого года мы начали новое направление – помощь роддомам. Я тогда вообще еще о беременности не думала. В январе уже начали сотрудничать с Житомирским роддомом.

– Что это за помощь?

- У каждого родильного есть разные запросы. К тому же у региональных больниц нет такой масштабной поддержки, как у киевских, например. Особенно когда речь идет о прифронтовых больницах.

Например, Житомирский роддом попросил нас приобрести аппарат УЗИ и смарт-станции для определения состояния плода в родильном зале. Так случилось, что передавать первую помощь в Житомирский родильный я приехала, когда уже знала, что беременна. Это был февраль, мы только-только узнали с Олексой.

Теперь решили масштабировать проект «Перші життя» на все украинские роддомы, собираем запросы, пытаемся помочь роженицам с тем, что им очень нужно. Это очень важно сейчас, когда мы теряем столько людей, столько жизней. Это поддержка будущего, детей, чтобы беременные чувствовали себя комфортно, чтобы детишек могли спасать в больницах в любом городе Украины.

Кстати, оказалось, наша менеджер, занимающаяся проектом, тоже забеременела. Можно сказать, что фонд работает не только над улучшением детской медицины, но и демографической ситуации в стране (улыбается).

Даже не представляю, как это - идти в декрет

– Вы рассказывали, что беременность стала для вас неожиданностью. А какова была реакция Алексея? Как вы ему сказали об этом?

– Дело в том, что в декабре прошлого года у меня была септопластика, я выравнивала носовую перегородку, операция была под наркозом. У меня была очень долгая и сложная реабилитация. И тогда подумала, что у меня произошел сбой цикла из-за реакции на наркоз, на стресс. Реально была уверена, что просто организм дал сбой.

Сижу на работе, а меня начинает тошнить. В 15 часов я обычно иду поесть, потому что потом у меня вечерние эфиры, и чтобы вечером не нападать на холодильник, то всегда обедаю. Пытаюсь вычислить, отчего мне так плохо. Обед мне тогда не очень зашел, легче не стало. Начала переписываться с чатом GPT, описала свои симптомы, и он мне говорит: "Нужно сделать тест". Вечером мне совсем стало плохо. Начался классический токсикоз.

А Олекса решил, что он каким-то странным образом все чувствовал, что я знаю, в чем причина, просто хочу ему сделать сюрприз на День влюбленных или на его день рождения 25 февраля. Однако за тестом пошел. Так что мы все вместе узнали. Сюрприз для него не получился в отличие от меня (смеется).

Хорошо, что у меня тогда была в ТСН не эфирная неделя, потому что всю неделю очень плохо себя чувствовала. Токсикоз был просто ужасен. Соболезнование всем, кто его переживает, особенно если это еще и более длительное время, чем было у меня. Это очень сложный период. В этот момент важна поддержка всех, кто рядом, потому что тебе ничего не хочется, мир не мил, как говорится.

Потом попросила шеф-редактора пойти мне на уступки – добавить кресло в студии. Очень благодарна, что все отнеслись с пониманием. Как сейчас пишут, все обо всем догадались, когда я начала вести эфиры сидя. Но это реально очень утомительно, особенно первые месяцы, когда у тебя по 10 часов эфира.

- Вы ожидаете сыночка. И если для девочки у вас были варианты, то какой список имен для мальчика написали?

– Что-то у нас все очень сложно со списками. Я уже даже и у Threads спрашивала, там много интересных имен написали, но пока мы не приближаемся к какому-нибудь финалу. Нам хочется какое-нибудь очень интересное, красивое украинское имя.

– Хочется побыть в декрете или сразу на работу? С одной стороны – любимая работа, не хочется выпадать из этой жизни, с другой – хочется же не пропустить все эти мгновения, как малыш растет.

- Думаю, какое-то время точно побуду в декрете, это такой уж возраст осознанного материнства, отцовства. Но, честно говоря, пока этого не представляю. У меня нет никаких рисков или страшилок от врачей, так что пока планирую ходить на работу. Тем более, как я говорила, у меня на работе самые лучшие условия, классное отношение. Все поддерживают, помогают.

Кстати, даже не представляю, как это - идти в декрет. Я с 17 лет никогда не переставала работать, учиться. У меня не было какого-то периода, чтобы я хотя бы три или пять месяцев сидела дома и ничего не делала. И мне трудно даже вообразить, как это вообще может быть.

Конечно, материнство – это другая деятельность. Сейчас мне в соцсетях попадает очень много роликов беременных или уже родивших, и все говорят, что им об этой жизни никто не рассказывал. Я тоже решила больше делиться в соцсетях своими переживаниями. Ведь в Украине из-за возраста все равно есть предостережения, некоторые предубеждения.

У меня в комментариях – просто океан тепла и любви, но находятся и такие, которые могут написать, что в этом возрасте уже нужно внуков забавлять. Интересные люди.

- Это еще отголоски какого-то советского прошлого, когда существовали шаблоны, что до определенного возраста нужно было обязательно выйти замуж, родить детей, потому что, мол, ты никому уже потом не нужна. Мы об этом и с Инной Шевченко говорили, когда она забеременела в 46. И классно, что вы делитесь своим опытом.

– Я вообще считаю, что наше общество сейчас просто гигантскими шагами преодолевает все эти стереотипы, которые за нами тянутся из «совка». По крайней мере, я к себе не слышала, например, терминов типа «старородящая».

Бывают какие-то единичные хейтерские комментарии в соцсетях, но я на них не реагирую. Очень смешно, когда писали: «Она не беременна. Ей суррогатная мама вынашивает ребенка, она с накладным животом. Или – она сделала ЭКО, то все показуха». Но если бы я даже и сделала ЭКО, я бы об этом сказала. Я и в эфире постоянно говорю, что это норма, это ок. Тем более во время войны, когда большинство мужчин находятся не рядом с женщинами. Полагаю, если есть шанс, стоит им воспользоваться.

Мы об ЭКО тоже, кстати, думали с Олексой, потому что когда он был на фронте, у нас реально циклы не совпадали. Я пыталась ездить к нему, видеться, но все равно это тяжело. Так сложилось, что мы этим не воспользовались, но это большой плюс для многих семей. В Украине репродуктивная медицина круто развита, работает и дает крутые результаты.

Очень мило, как Олекса общается с малышом

– А ходите на какие-то курсы для беременных?

– Пока нет. Надо, наверное, уже на какую-нибудь йогу для беременных пойти или в бассейн.

Сейчас еще очень устаю, постоянно хочу спать. Утром такой живчик, а где-то часов до 4-5 уже не очень и живчик. Мой третий триместр в такую ​​адскую жару попадает. У меня сопровождение беременности в «Лелеці», соответственно, у меня есть возможность пойти на курсы родителей. Думаю, мы этим воспользуемся обязательно.

– Алексея тоже возьмете?

– Надеюсь, не знаю, как получится. Он сейчас служит в 3-й отдельной штурмовой бригаде, не все так легко решить со службой. Но если у него будет возможность, то, конечно, будем вместе. Вдруг что – буду на онлайн-связи. Потому что в основном со мной в клинику ездит подружка и моя косметолог Женя Барилко. Мне с ней очень удобно. Благодарна ей за поддержку. По-моему, очень важно, когда рядом есть человек, который может разделить с тобой эмоции, мысли, переживания.

– Планируете партнерские роды?

– Я читала об этом очень много, и все женщины, у которых были партнерские роды, говорили, что очень важна поддержка мужа. Они полагают, что это классное решение.

Конечно, все зависит от того, как будет складываться у Олексы по службе. Но, конечно, поддержка мужа очень важна в такие моменты.

– Вы с Алексеем переживаете очень щемящий и нежный период. Изменились как-то ваши отношения?

– Олекса очень старается не конфликтовать, когда у меня плохое настроение или я устала. Я вижу, как он старается проявлять еще большее заботы и внимания. Очень мило, как он общается с малышом. Это очень трогательные моменты. Смешнее всего, что он ему всегда отвечает. У них уже своя связь есть. Реально он может лежать тихонько, а тут приходит папа, говорит «синуля, привет» - и он ему сразу «отвечает», тоже передает привет, толкается на голос папы.

– А чего бы вам еще хотелось для абсолютного счастья, так сказать?

– Бесспорно, все зависит от того, что происходит в нашей стране. Мне очень нравился период сплоченности, единения украинцев в 2022 году. Помню, я во время каждого эфира, всех интервью, говорила: мечтаю, чтобы эта сплоченность не исчезла. Так было круто чувствовать себя в одной стае. А сейчас много агрессии, в частности, в соцсетях, недоверия ко всем и всему.

Поэтому мечтаю о том, чтобы было больше единения, больше сплоченности, взаимоподдержки, больше доверия друг к другу. Тогда все были бы счастливее. Нам нужно объединяться, верить друг другу, верить в лучшее будущее и вместе его строить.