Войны XXI века: битву выиграет тот, чей алгоритм умнее

Нельзя не согласиться с тем, что технологическое развитие — один из ключевых факторов как позитивного развития нашей цивилизации, так и средств ее уничтожения. Изобретение колеса начало эволюцию транспорта, сельского хозяйства, строительства и промышленности, сделало возможным эффективную торговлю и преодоление больших расстояний. Но с не меньшей эффективностью колесо начали использовать для военных нужд.

В 1274 году до нашей эры в битве возле Кадеша основным оружием как хеттов, так и египтян были колесницы. Битва не определила победителя, но стратегического преимущества в ней все-таки достигли хетты, применившие технологическую новацию — их колесницы были тяжелее и мощнее, так как колеса крепились в центре повозки, что обеспечивало идеальный баланс для экипажа из трех человек. В то время как у египетских колесниц колеса располагались ближе к задней части и в экипаж входило два человека. Это конструктивное решение стало чуть ли не первым достоверным доказательством эффективного применения инноваций в военном деле. Архимед с его изобретениями для обороны Сиракуз появится только через тысячу лет. Важно также, что упорство и инновационность хеттов (а колесницы были не единственным их изобретением) привели к заключению первого в истории человечества мирного договора между ними и Египтом. Интересный опыт принуждения к миру.

Сегодня, как считают исследователи инновационных циклов, мы живем во времена шестой волны, разворачивающейся с экспоненциальной скоростью. По сравнению с предыдущими периодами, каждый из которых нуждался в нескольких десятилетиях для достижения накопительного эффекта, технологии ИИ сжимают время, открывают невиданные возможности, но и приближают будущее, когда последствия их внедрения достигнут поля боя. Тем временем искусственный интеллект, который сегодня оказался в центре дискуссий о технологическом будущем человечества, в этом году празднует 70-ю годовщину с момента своего официального рождения, а технологии на его основе давно — намного дольше, чем в гражданском секторе, — используются для нужд войны. То, что является отличительной чертой сейчас, — это масштаб расчетов и обработки данных, который дает современная элементная база. Вопрос в том, какое будущее ожидает человечество, если развитие ИИ выйдет из-под контроля. Именно на устранении любого контроля и ничем не ограниченном внедрении агентов настаивают апостолы секты ИИ, «интеллектуалы» вроде Тиля, Маска и Альтмана.

Из нескольких опубликованных интервью одного из основных кукловодовмировой закулисы Питера Тиля нам разрешили узнать, о чем именно говорят в режиме тотальной тишины на протяжении уже двадцати лет избранные неизвестно кем представители мировой политической и технологической элиты. Сам Тиль, очевидно, имеет серьезные проблемы с формулировкой мыслей, поэтому набор тезисов, которыми он оперирует, адресован, вероятнее всего, тем, с кем он ведет свой Dialog. В американском варианте английского именно такой вариант написания этого слова применяют для обозначения интерфейсов взаимодействия человека с машиной. Человек, аргументирующий «визионерские» взгляды терминологией о «Христе и антихристе», вряд ли неосознанно использовал именно это слово для названия своей тайной платформы.

Так вот, по мнению Тиля, мир находится в состоянии длительной стагнации, классические научные подходы не дают новых прорывов, в частности в лечении рака, болезни Альцгеймера и деменции, человечество больше не мечтает о вечной жизни, не летает на Луну и даже не достигает прогресса в повышении стандартов своего существования. Тот факт, что все эти утверждения просто не соответствуют действительности, его, по всей видимости, не беспокоит. Именно поэтому, по его словам, было важно устраивать беседы между представителями разных сфер деятельности, включая действующих и бывших политиков, ученых и предпринимателей и просто выдающихся личностей, чтобы увидеть, где еще есть непривлеченные резервы преодоления этой мысленной стагнации. Резерв, который нашли они с Илоном Маском, — привести к власти Трампа и Венса, которые были намерены тотально изменить мир. Мир изменен, но нет уверенности, что политические инвесторы с Dialog удовлетворены результатом.

Аргументируя проблемы с «замедлением развития человечества», сам Тиль инвестирует в Palantir, Anduril, криптовалюты и десятки стартапов, которые имеют потенциал стать в будущем монополистами в определенных областях. Но одна его инвестиция стоит в стороне. Фонд Питера Тиля Founders Fund инвестировал около 220 млн долл. в новозеландский стартап Halter, который производит цифровые ошейники для коров. После этого раунда финансирования компанию оценили приблизительно в 2 млрд долл. Устройство дает возможность удаленно руководить тысячами коров — животные реагируют на звуковые и вибрационные сигналы, самостоятельно перемещаясь, например к доильным аппаратам без помощи пастухов или собак. Система создает так называемые виртуальные заборы — стадо содержится в установленных границах без реальных заграждений. Ошейники собирают данные о состоянии животных в реальном времени: отслеживают пищеварение, циклы размножения и общее состояние здоровья. Есть надежда, что в будущем хотя бы те, на кого наденут эти ошейники, будут иметь неплохое пищеварение и циклы размножения, очевидно, в отличие от всех прочих.

Нет ничего нового в том, чтобы интеллектуалы из разных, порой бесконечно далеких областей в спокойной атмосфере обсуждали стратегические вызовы, которые либо уже наносят, либо имеют потенциал нанести ущерб общественному благу. Так же не стоит переоценивать, как это делают конспирологи, разные форматы такого диалога, в частности закрытые для публики. Но все-таки стоит вопрос: в чем заключаются настоящие намерения инвесторов в будущее — в лечении Альцгеймера или обсуждении таких тем, как Navigating WWIII и Battlefield Technologies, включенных в повестку дня очередного собрания Dialog по приглашению Тиля, которое пройдет в августе в Ирландии?

Вполне очевидно, что среди тех, кого Тиль приглашает к диалогу, нет ни китайцев, ни украинцев. Тем временем Народно-освободительная армия Китая готовится к масштабной модернизации своих беспилотных сил и систем управления на поле боя с учетом опыта российско-украинской войны. Предполагается масштабная перестройка сил беспилотных летательных аппаратов с непосредственным учетом уроков, вынесенных с полей битв в Украине. Победа будет за «той стороной, которая имеет лучший алгоритм», отмечает группа исследователей в статье, опубликованной в китайском журнале Tactical Missile Technology. По их мнению, для современной войны необходимы простые, дешевые и массовые беспилотники-«рои» для проведения атак насыщения, а также меньшее количество высокотехнологичных, малозаметных и высокоавтономных беспилотников типа «охотник-убийца» для поражения важнейших целей.

Вместе с тем самыми актуальными задачами они считают создание системы, которую невозможно легко обезглавить, уничтожив ее центр управления.

Передовые боевые подразделения должны использовать «подобные биологическим» алгоритмы, которые дадут возможность беспилотникам самоорганизовываться и выполнять поставленные задачи даже в случае уничтожения центрального командования. В статье указано, что на пике войны в Украине беспилотники перестают быть только летающими камерами. Они превращаются в центральный узел, объединяющий артиллерию, наземных роботов, боевые корабли и даже спутники в единую автоматизированную «цепь поражения». Беспилотники также становятся главным инструментом ведения радиоэлектронной борьбы, выполняя широкий спектр задач — от установки препятствий и искажения сигналов до введения в заблуждение вражеских радаров. Утратить контроль над электромагнитным спектром — значит проиграть войну.

Однако самый тревожный прогноз статьи — утверждения, что будущие войны будут определяться не тем, чья платформа быстрее или менее заметная, а тем, чей «кооперативный алгоритм» окажется способным перехитрить «контралгоритм» противника. Китайские исследователи прогнозируют появление полностью автономных «интеллектуальных боевых кластеров», которые смогут самостоятельно определять обстановку, принимать решения и адаптироваться без участия человека. По их мнению, решающее противостояние будущего развернется между двумя большими устойчивыми системами. Это будет борьба за живучесть сетей, скорость объединения и обработки данных и, самое главное, за совершенство «кооперативного алгоритма», объединяющего все элементы в единое целое. Не об этом ли беспокоится Тиль?

Сегодня опыт Украины — действительно передовой и затребованный как среди наших друзей, так и врагов. Но нужно четко осознавать, что без постоянного прогресса в ключевых элементах современной войны — и это не о «Петриоте» — лидерство можно утратить, а с ним — и возможность защищаться в условиях очевидной асимметрии с потенциальным врагом.

Это значит, что ситуационные инвестиции и «горячие» деньги, которые направляются в сферу постоянной модернизации непилотированных летательных аппаратов, должны превратиться в политику и институции, которые этой сферой будут заниматься. Так же с осторожностью нужно подходить к раскрытию ноу-хау, даже когда речь идет о ближайших партнерах. Конечно, те, кто принимает решения, как на Западе, так и на Востоке, готовятся к новым конфликтам, если не к полномасштабной войне. Инновационность хеттов дала им возможность выстоять против значительно более сильного Египта и установить мир. Мы должны позаботиться о себе и наших инновациях, иначе за нас это сделает Питер Тиль.