Год до выборов в Польше: почему Туск резко «поправел» и подхватил антиукраинскую риторику

Польско-украинские отношения — худшие за многие годы, пожалуй, за все время независимости. Год назад проукраинского президента Анджея Дуду сменил радикально правый Кароль Навроцкий, еще во время избирательной кампании декларировавший, что будет проводить твердую политику в отношении Украины. Однако многих читателей, вероятно, удивит тот факт, что твердый курс проводит и либеральное правительство Дональда Туска, от которого многие ожидали проукраинских позиций.

Об общественных настроениях в Польше (усталости от украинских мигрантов) и исторических спорах написано уже много. Но для полного понимания твердого курса польского правительства в отношении Украины нужно знать и внутриполитический контекст, который меняется очень динамично. Осенью 2027 года в Польше пройдут парламентские выборы, на которых, согласно актуальным рейтингам, коалиция Дональда Туска может потерять власть. Если бы выборы состоялись сегодня, то новое правительство сформировали бы правые и ультраправые партии: «Право и справедливость» (ПиС) Ярослава Качинского, крайне правая «Конфедерация» и еще более радикальная антиукраинская «Конфедерация польской короны» (коротко — «Корона») Гжегожа Брауна. Хотя возможны и другие варианты коалиций, в частности Туска с частью «Конфедерации», состоящей из двух партий — более радикального «Национального движения» Кшиштофа Босака и более либеральной свободнорыночной «Новой надежды» Славомира Ментцена.

В последние недели правительство Туска переживает многочисленные проблемы, конфликты и скандалы, которые теоретически должны были бы окончательно его потопить. Усиление антиукраинской риторики — одна из стратегий выхода премьера из кризиса так, чтобы избиратели сосредоточились на украинском вопросе вместо коррупционных скандалов в здравоохранении или несоблюдении предвыборных обещаний.

Кризис в лагере Туска

После победы над ПиС в октябре 2023 года в либеральных кругах Польши царила эйфория. Это была не просто смена власти, а победа над лагерем, который обвиняли в авторитарных тенденциях, грубых и системных нарушениях Конституции и который остро конфликтовал с ЕС. Туск обещал быстрые реформы, реализацию «100 обещаний на первые 100 дней правления» (из которых до сих пор выполнил лишь треть) и привлечение некоторых политиков ПиС к уголовной ответственности за нарушение Конституции и коррупцию. Почти ничего не вышло, ведь Туск, как и в 2007–2014 годах, в очередной раз проявил себя скорее как администратор с хорошим пиаром, избегающий непопулярных решений, чем как реформатор. Современное правление Туска очень напоминает разочарование «оранжевыми» после победы Ющенко. И оно может закончиться так же, т.е. приведением к власти условного «польского Януковича», который пойдет на конфликт или даже на выход из ЕС (этого можно ожидать от кандидата ПиС в премьеры Пшемыслава Чарнека и Гжегожа Брауна).

За первые полтора года правления члены правительства не выполнили почти ничего из обещанного. Дескать, не было смысла работать над законопроектами, которые мог ветировать Анджей Дуда. Реформы обещали начать только с августа 2025-го, после ожидаемой тогда победы Рафала Тшасковского на президентских выборах. Неожиданно президентом был избран Кароль Навроцкий, что стало началом кризиса в коалиции.

Потом было еще хуже. Победа Навроцкого вдохновила оппозицию на дерзкие атаки на окружение Туска. Сначала планировали привести к досрочным выборам или изменению коалиции в парламенте. Когда же не вышло, решили ударить по Туску, организовав сбор подписей за референдум по досрочному отзыву мэра Кракова и однопартийца действующего премьера Александра Мишальского.

Почему именно Краков? Провести референдум в Варшаве, где мэром является Тшасковский, нереально — там поддержка либералов слишком высока. А вот Краков более консервативен. И вдобавок это бывшая столица и второй город страны. В кампанию по организации референдума были вложены миллионы злотых, и мэра все-таки отозвали. Теперь правая оппозиция пытается провести похожие референдумы в других городах, которыми правят политики «Гражданской коалиции».

Это не конец проблем Туска: недавно в Польше вспыхнул коррупционный скандал в здравоохранении. Оказалось, что политик «Гражданской коалиции», молодой врач, зарабатывал нереально высокие деньги в коммунальной больнице в Варшаве, которая подчиняется мэру Тшасковскому, хотя на самом деле не находился на работе в декларированное время. А еще политиков из лагеря Туска принимали без очереди на медицинские процедуры, создавая для них «VIP-приемную».

Все это вписалось в более широкий контекст углубления проблем польской системы здравоохранения, т.е. стремительного роста дефицита и увеличения очередей к врачам-специалистам. Есть здесь и украинский вопрос: часть поляков приводит в негодование тот факт, что украинские беженцы со статусом временной защиты до недавнего времени могли лечиться в Польше бесплатно, тогда как не все польские граждане имеют право на бесплатную медицинскую помощь. Такого права лишены, например, польские фрилансеры, работающие на основании так называемых мусорных договоров (umowa o dzielo), или лица, потерявшие работу или статус студента. Кроме того, российская пропаганда усиливает миф о том, что врачи якобы принимают украинцев в Польше вне очереди, что не отвечает действительности. Атмосфера вокруг здравоохранения на самом деле нервная. Лишение украинских беженцев, которые не работают и не платят медицинских взносов, права на бесплатную медицинскую помощь — это очередная попытка правительства Туска уладить кризис, который его партия сама и создала.

Каким будет будущий парламент?

Нынешнюю руководящую коалицию создают четыре партии: «Гражданская коалиция» (ГП), «Левые», Польская крестьянская партия министра обороны Владислава Косиняка-Камыша и «Польша 2050». Последней уже фактически не существует: она разделилась на две фракции, а ее остатки имеют в рейтингах всего 0,5% поддержки. Рейтинги дают «Гражданской коалиции» 28–30%, «Левым» — 5–8%, а Польской крестьянской партии — от 2 до 5%, т.е. она может не преодолеть проходной барьер в 5%. Согласно подавляющему большинству опросов, поствыборная коалиция ГП и «Левых» будет иметь значительно меньше депутатов, чем нужно для парламентского большинства.

Вместе с тем растут рейтинги крайне правых. Ксенофобская антиукраинская «Конфедерация» имеет уже 15,7%, а еще более радикальная «Конфедерация польской короны» Гжегожа Брауна — 10,2%. Вместе у них — почти 26%, и это уже больше, чем у ПиС, которую поддерживают 23% (рейтинг агентства ИБРИС для портала «Виртуальная Польша» от середины июля).

В ответ на рост поддержки крайне правых партии Туска, Качинского и Косиняка-Камыша становятся более радикальными, чтобы удержать часть избирателей с правыми взглядами. Именно поэтому Туск фактически перенял риторику, присущую Качинскому, и стал радикально антииммигрантским, заметно антиукраинским и отступил от либеральных тем — таких как охрана окружающей среды, противодействие климатическим изменениям или права представителей ЛГБТ и меньшинств. А это лишь усиливает рейтинги двух «Конфедераций». Если даже Туск и Качинский перенимают их риторику, то зачем голосовать за копию, если можно избрать оригинал?

Ярослав Качинский уже объявил, что кандидатом в премьеры от ПиС (в возможной коалиции с «Конфедерацией» и «Короной») будет бывший люблинский воевода и экс-министр образования Пшемыслав Чарнек. Сложно найти более антиукраинского, антиевропейского и крайне правого политика ПиС.

С этим курсом не соглашается довольно большая группа более либеральных политиков ПиС, сосредоточенных вокруг Матеуша Моравецкого. Вместе с 45 депутатами и многими рядовыми членами ПиС бывший премьер основал новое объединение «Развитие плюс», которое декларирует умеренный консерватизм, европейские ценности и поддержку Украины. Не исключено, что конфликт с Качинским закончится расколом. Новая партия Моравецкого может рассчитывать на поддержку в 5–7% и создать свою фракцию в будущем парламенте.

В новом парламенте возможны крайне разные коалиции. В частности Туск может создать коалицию с фракцией Моравецкого и более либеральной частью «Конфедерации», которую представляет Славомир Мензен. Но за год еще многое изменится, поэтому прогнозировать что-то наверняка сейчас сложно.