Не только рейтинг Трампа: что на самом деле решит результат выборов в США

Первые 100 дней второго срока Дональда Трампа были периодом заранее спланированного «шока и трепета». Новому старому президенту удалось деморализовать оппонентов, навязать им свою повестку дня, условия и правила политической игры, сконцентрировать в своих руках основные рычаги власти в духе «имперского президентства». По общему признанию, ни один из его предшественников не подвергал таким жестким испытаниям на прочность Конституцию страны, ее основные институции и принципы функционирования системы государственного управления.

За 100 дней до промежуточных выборов в Конгресс США политическая ситуация не выглядит настолько монохромной, как в начале нынешней каденции Трампа. Имидж «Дональда Всемогущего» подвергся эрозии, на его все еще импозантном фасаде появились заметные трещины. По результатам ноябрьских выборов Трамп рискует досрочно превратиться в «хромую утку». При токсичности современного политического климата получение демократами большинства хотя бы в Палате представителей Конгресса поставит жирный крест на возможности принятия новых законодательных инициатив президента и даст демократам возможность «кошмарить» администрацию и лично Трампа многочисленными слушаниями, расследованиями, истребованием документов, вплоть до инициирования процедуры очередного импичмента.

Такова «цена» избирательного вопроса. Несмотря на обычную браваду, Трамп это осознает. Именно поэтому он пытается максимально осложнить жизнь Демократической партии, предотвратить мобилизацию ее электората путем создания законодательных и институциональных препятствий, таких как усложнение процесса голосования и манипулирование границами избирательных округов.

Посмотрим, как выглядят позиции демократов и республиканцев накануне длительных политических каникул в США (конгрессмены уже ушли в летний отпуск), после которых избирательная кампания выйдет на финишную прямую.

Весной казалось, что лишь какие-то экстраординарные события могут помешать демократам победить на выборах в Палату представителей. Не исключалось даже получение ими контроля над Сенатом. Сейчас ситуация выглядит более запутанной, и материализация так называемой голубой волны (по традиционному партийному цвету демократов) маловероятна, несмотря на сохранение благоприятной для Демократической партии политической конъюнктуры.

Продолжается падение популярности Трампа: по данным последнего опроса общественного мнения, проведенного журналом The Economist, 60% американцев выражают недовольство его деятельностью на должности президента. Другие исследования свидетельствуют об уменьшении поддержки политики Трампа по ключевым вопросам среди республиканцев и даже его ядерного электората. В оптике следующих выборов самое большое значение имеет увеличение недовольства действующим президентом среди независимых избирателей (51%, по данным опроса по заказу газеты The Washington Post).

Хотя Трамп создал себе репутацию эффективного менеджера экономики, сейчас самые низкие оценки американцев получает именно его работа по преодолению инфляции, созданию новых рабочих мест и в экономике в целом. Эти вопросы (вместе со здравоохранением) возглавляют перечень приоритетов жителей США. Попытки Трампа и его команды перевести ответственность за снижение покупательной способности на «папередников» больше не производят впечатления на американцев, даже на часть его «фанатов». Наоборот, произошла своеобразная смена ролей, когда большинство американцев считает, что достичь прогресса в вопросах борьбы с инфляцией и роста стоимости жизни способны не республиканцы, а демократы.

К тройке антидостижений Трампа относится и его внешняя политика. Война в Иране стала главной причиной падения популярности президента на протяжении последних месяцев. По данным опроса CNN, около двух третей американцев считают, что война нанесла ущерб интересам США. Главная проблема для Трампа и Республиканской партии — то, что война усилила инфляционные тенденции, в первую очередь из-за резкого повышения цен на топливо (74% опрашиваемых сообщили, что страдают от этого).

Среди тенденций, благоприятных для демократов, — более высокая (по сравнению с республиканцами) степень мотивации, даже энтузиазма по поводу участия в выборах их традиционного электората, а также все большее разочарование в политике Трампа представителей тех групп, которые традиционно голосуют за демократов (в частности испаноязычные, «цветная» молодежь), но поддержали его в 2024 году. Те, кого он заинтриговал, возвращаются в лагерь «возмущенных Трампом».

В целом моделирование следующих выборов в Конгресс, когда участникам опросов предлагают определиться с поддержкой той или другой политической партии, а не отдельных кандидатов, отдают преимущество демократам — от 5 до 11%.

Впрочем, реальные результаты народного волеизъявления будут зависеть от того, насколько Демократической партии удастся преодолеть или хотя бы минимизировать влияние препятствий, которыми нашпигован ее путь к вожделенной победе.

В первую очередь по инициативе Белого дома Республиканская партия провела беспрецедентную ревизию границ избирательных округов, опираясь на решение Верховного суда США и подконтрольных республиканцам законодательных органов ряда штатов. Обычно такие изменения вносятся после после очередной переписи населения США, которую проводят раз в 10 лет (следующая — в 2030 году). В результате было создано 10 округов, где преобладает электорат, поддерживающий республиканцев. Таким образом, сейчас кандидатам от демократов нужно добиваться переизбрания в 23 округах, где Трамп победил в 2024 году, по сравнению с 13 в начале этого избирательного цикла. Это существенно усложняет их задачу получить большинство в Палате представителей, для чего им нужно добавить как минимум три депутатских места к своей численности в палате нынешнего созыва. В то же время количество округов, где демократы способны нанести поражение республиканцам, представляющим сейчас эти округа в Конгрессе, довольно ограничено.

Ради получения большинства в Сенате демократам нужно сохранить все 13 мандатов, которыми они владеют в округах, где проводится голосование (по Конституции, переизбранию подлежит весь состав Палаты представителей и треть Сената) и отвоевать у республиканцев четыре дополнительных места. В этом контексте их внимание сконцентрировано сейчас на таких штатах, как Мичиган, Нью-Хэмпшир и Джорджия (удержание), Северная Каролина, Мэйн, Огайо, Аляска, Айова и Техас (отвоевание). Демократов не устраивает даже достижение паритета в Сенате, поскольку республиканцы и впредь будут располагать дополнительным голосом вице-президента США как конституционного главы Сената.

Республиканская партия значительно преобладает над политическими конкурентами  по объему средств на ведение избирательной кампании. Положительное для республиканцев сальдо составляет приблизительно 600 млн долл., которые могут быть направлены в поддержку партийных кандидатов согласно недавнему решению Верховного Суда США. Взносы республиканских мегадоноров почти втрое больше чем поступления от аналогичных симпатиков демократов.

Серьезная проблема для демократов в этом политическом цикле — внутренний кризис в партии, приобретающий все большую остроту. Речь идет о заметном усилении позиций левого и крайнего левого флангов партии, часть которых позиционирует себя как демократических социалистов. Позиции кандидатов-«социалистов» не однородны, но в целом они выступают за фактическую национализацию системы здравоохранения, радикальное повышение налогообложения американцев с высокими доходами и корпораций, передачу под контроль государства или местного самоуправления ключевых коммунальных и других социальных услуг, общественный контроль над жилищным фондом, существенное уменьшение военных затрат. Озвучены мнения о предельном сокращении расходов на полицию и даже об отмене тюрем и службы по контролю над иммиграцией (печально известной ICE), максимальной либерализации режима допуска иммигрантов в США. Демократические социалисты отстаивают антиизраильские, пропалестинские позиции.

Самым большим достижением демократических социалистов стало избрание Зохрана Мамдани мэром Нью-Йорка. Их представители также победили в ряде праймериз и будут представлять Демократическую партию на промежуточных выборах. Это политическое течение возникло как ответ «слева» на реальные социально-экономические проблемы в американском обществе, негативно сказывающиеся на положении в первую очередь малообеспеченных слоев населения.

Усиление влияния левых является также реакцией на эксцессы «имперского президентства» Трампа (в частности на жесткую репрессивную линию в отношении иммигрантов) и недовольство их сторонников «слабым», неэффективным противодействием трампистам со стороны демократического истеблишмента. В свою очередь его представители обеспокоены тем, что радикальные требования прогрессистов могут оттолкнуть от демократов умеренных независимых избирателей и «либеральных» жителей пригородов. Показательно мнение одного из самых влиятельных демократов Рама Эмануэля: «Это очень важные выборы, где мы можем объявить Дональду Трампу «шах и мат», но мы рискуем утратить эту возможность из-за затеи демократических социалистов Америки». Республиканцы уже активно взяли на вооружение тезис о новой «коммунистической угрозе», которая якобы исходит от демократов. Трамп активно запугивает ею американцев.

Очевидно, что в оптике нынешних промежуточных и «больших» выборов 2028 года Демократическая партия должна выйти за пределы критики Трампа и трампизма, предложив альтернативные рецепты для решения серьезных проблем Соединенных Штатов, причем такие, которые восприняли бы большинство жителей страны, а не только партийная «база». Неприятная для демократов реальность заключается в том, что три четверти взрослых граждан США выражают недовольство деятельностью партии. Приблизительно такой же показатель характеризует и отношение американцев к Республиканской партии. Это свидетельствует о кризисе двухпартийной системы США, который, по моему мнению, в не слишком отдаленном будущем может испытать серьезные трансформации.

По состоянию на сегодняшний день, перед финишным рывком, большинство американских экспертов — несмотря на существующие сложности — прогнозирует победу демократов на выборах в Палату представителей Конгресса США. Впрочем, их преобладание над республиканцами, вероятно, будет незначительным. Получение демократами большинства в Сенате выглядит теоретически возможным, но очень сложным в реализации.

Времени до проведения выборов достаточно для того, чтобы в расписании политических сил произошли изменения. Прежде всего это будет зависеть от характера развития экономики, особенно от факторов, которые оказывают непосредственное влияние на стоимость жизни простых избирателей. Вопросы внешней политики традиционно занимают низшие ступени их приоритетов. Наверное, за исключением войны в Иране, учитывая, что она негативно сказывается на уровне цен, уже повлекла за собой значительные финансовые затраты и грозит превратиться в очередную «вечную» войну на Ближнем Востоке, усталость от чего в американском обществе стала хронической.

На фоне событий в секторе Газа и южном Ливане в США началась активная дискуссия о поддержке Израиля и сотрудничестве с правительством Биньямина Нетаньяху. Больше всего это сказалось на Демократической партии, в которой фактически произошел раскол по этому вопросу.

Вряд ли мы увидим войну в Украине как заметный элемент американских предвыборных баталий. Очевидно, усилия всех политических игроков, включая президента Трампа, будут сосредоточены на той проблематике, которая способна существенно повлиять — позитивно или негативно — на ход конгрессовых гонок. В то же время нам и нашим симпатикам в США нужно приложить максимум усилий для того, чтобы американские и украинские политические ветры не прибили к земле те ломкие ростки позитивных изменений в отношении к Украине, которые мы наблюдаем в последнее время у президента США и «трампосферы», поскольку при любом результате промежуточных выборов его влияние на украинском направлении будет решающим до января 2029 года.