Прогресс Украины в войне дает Европе редкий шанс усилить давление на Путина, главное им воспользоваться — Atlantic Council

Президент Украины Владимир Зеленский заявлял, что у РФ больше нет инициативы в войне, и многие европейские лидеры, похоже, разделяют его оптимистичную точку зрения. Прогресс Украины открывает редкую возможность усилить давление на главу Кремля Владимира Путина и создать условия для переговорного завершения крупнейшей войны в Европе со времен Второй мировой, пишет Atlantic Council.

Однако эта возможность, вероятно, окажется временной. Поэтому европейские партнеры Украины должны воспользоваться моментом и продемонстрировать, что они способны решительно действовать на международной арене, увеличивая поддержку Киева.

Последний реальный шанс для Украины завершить войну возник в последние недели 2022 года. Успех украинского контрнаступления в Харьковской области и освобождение Херсона позволили Киеву перехватить инициативу на поле боя, оставив войска Путина в состоянии деморализованного беспорядка. Казалось, что война вступает в решающую фазу, и Украина готова отразить вторжение России. В этот критический момент западные партнеры Киева потеряли самообладание. Их страх перед эскалацией дал Путину спасительную передышку.

Благодаря осторожности Запада Россия смогла перегруппироваться, мобилизовать дополнительные ресурсы живой силы, расширить оборонное производство и построить крупные укрепления. К тому времени, когда Украина начала крупное наступление следующим летом, Россия оправилась, и шанс был упущен. Поскольку ход войны вновь складывается в пользу Украины, европейские лидеры должны избегать повторения ошибок 2022 года.

С начала 2026 года появляется все больше признаков того, что инициатива перешла от России к Украине. На линии фронта российская армия в течение года пыталась продвигаться вперед, неся рекордные потери. Хотя Москва все еще может задействовать значительные резервы людских ресурсов, считается, что Путин в настоящее время теряет в Украине больше солдат, чем он реально может завербовать без объявления политически рискованной массовой мобилизации.

Позиции Украины также заметно улучшаются за пределами поля боя. Быстро развивается отечественная индустрия беспилотников, что позволило начать высокоэффективную кампанию ударов средней дальности по российской логистике. Это срывает вторжение и изолирует оккупированный Крым.

Параллельно с этим расширение дальнобойных ударов украинских беспилотников по военным и промышленным целям глубоко внутри России вызвало топливный кризис и донесло информацию о вторжении до российской общественности. Сообщения о новых атаках и изображения горящих российских нефтеперерабатывающих заводов стали привычным явлением в российских социальных сетях. Украина также все успешнее наносит удары по российскому судоходству, пытаясь лишить Кремль жизненно важных экспортных доходов.

В сочетании с кумулятивным эффектом международных санкций эти украинские удары создают все большие трудности для военных усилий Кремля, а также угрожают дестабилизацией внутренней ситуации в России. Это привело к все более оптимистичным оценкам перспектив Украины. Однако, чтобы в полной мере воспользоваться нынешним затруднительным положением Путина, Украине понадобится больше поддержки со стороны союзников.

США при президенте Дональде Трампе остаются незаменимым партнером, особенно с точки зрения обмена разведданными и передовой технологической поддержки. Однако с начала прошлого года стало ясно, что нынешняя администрация США больше не готова нести основную нагрузку по поддержке военных усилий Украины. Вместо этого Европа должна продолжать увеличивать поддержку.

Приоритеты включают решение проблемы нехватки людских ресурсов в Украине. Европейские правительства должны пересмотреть давние ограничения на финансирование расходов на военный персонал. Учитывая чрезвычайную нагрузку на государственный бюджет Украины, существенные реформы, направленные на улучшение набора, удержания и мобилизации военнослужащих, требуют значительных дополнительных ресурсов для финансирования конкурентоспособных заработных плат и стимулов за службу.

Финансирование этих расходов следует рассматривать как инвестицию в европейскую безопасность, а не как бюджетную помощь исключительно Украине. Дополнительное финансирование расширенных учебных миссий, специализированных программ для операторов беспилотников и специалистов по радиоэлектронной борьбе, реабилитационных инициатив и медицинской поддержки на поле боя еще больше укрепит военные позиции Украины.

Еще одним важным элементом является поддержка украинского оборонного сектора. Вместо того чтобы полагаться преимущественно на передачу оружия из уже существующих арсеналов, европейские правительства должны расширить использование механизмов ЕС для обеспечения предсказуемого, долгосрочного финансирования украинского оборонного производства. Украина уже продемонстрировала свою способность к инновациям и быстрому производству. Однако страна по-прежнему не располагает достаточными ресурсами для увеличения объемов производства.

Европа также должна предоставить Украине привилегированный доступ к критически важным технологиям, в частности к передовой электронике, инфраструктуре облачных вычислений, инструментам искусственного интеллекта и системам связи. Во многих случаях препятствием является не технологическая нехватка, а регуляторные барьеры и режимы экспортного контроля, разработанные для мирных условий, а не для крупной европейской войны.

Промышленная интеграция не менее важна. Украинские оборонные компании необходимо включить в европейские системы закупок, совместные предприятия, исследовательские программы и цепочки поставок. Проверенные в боевых условиях украинские системы должны получить ускоренный доступ к европейским рынкам благодаря упрощенным процедурам сертификации. Европа и Украина могут многое предложить друг другу.

Психологическая устойчивость также должна стать частью европейской стратегии поддержки. После более чем четырёх лет полномасштабной войны боевой стресс, травмы и посттравматическое стрессовое расстройство уже не являются индивидуальными проблемами. Сегодня это уже стратегический вопрос. Европа обладает мировым опытом в сфере психического здоровья и реабилитации. Интеграция этих возможностей в систему военного восстановления Украины укрепит долгосрочную устойчивость страны так же, как и поставки боеприпасов или оборудования.

В конечном итоге Европа должна сохранить политическое единство, одновременно повышая для Москвы цену агрессии. Это означает более строгое соблюдение действующих санкций, более жесткий контроль над сетями обхода санкций и более скоординированные усилия по противодействию российским операциям влияния за рубежом.

Это также требует серьезной информационной стратегии. Европа обладает огромными аналитическими, медийными и технологическими ресурсами, однако российская дезинформация продолжает подрывать общественную поддержку Украины. Европа должна не только защищаться от враждебных нарративов, но и активно оспаривать легитимность российской агрессии и нарративов, которые её поддерживают, как внутри, так и за пределами РФ.

В совокупности эти меры будут представлять собой нечто более существенное, чем просто поддержка Украины. Они будут воплощением европейской стратегической активности. На протяжении многих лет европейские лидеры говорили о стратегической автономии и превращении Европы в серьезного игрока в сфере безопасности. Ближайшие месяцы могут стать самым ярким испытанием реалистичности этих амбиций.

В то же время, как писала газета The Telegraph, уход Кира Стармера с поста премьер-министра Великобритании и невозможность для Эммануэля Макрона баллотироваться на следующих президентских выборах во Франции вызывают опасения по поводу возникновения вакуума лидерства в «коалиции желающих». Это может привестик ослаблению поддержки Украинысо стороны Европы.

В то время как внутренняя стабильность кандидатов, которые могли бы заполнить этот вакуум, таких как канцлер Германии Фридрих Мерц, остается под вопросом. Между тем претенденты на лидерство, более симпатизирующие России, такие как Марин Ле Пен, ждут своего часа и могут уже в следующем году изменить поддержку Украины со стороны Европы.