Ставка на будущее: куда Япония инвестирует триллионы

Правительство Японии представило долгосрочную концепцию  экономического развития страны. Она предусматривает масштабные инвестиции в 17 приоритетных направлений, среди которых, в частности, искусственный интеллект и полупроводники, квантовые вычисления, фармацевтика, коммуникации, оборонные технологии, космическая сфера, энергетика и судостроение. План предусматривает инвестиции в больше 370 трлн йен (приблизительно 2,3 трлн долл. США) на протяжении 14-летнего периода до марта 2041 года, из которых 101,6 трлн йен зарезервированы именно на затраты в сфере искусственного интеллекта и чипов. Согласно документам, обнародованным на прошлой неделе после заседания политической консультативной группы, в течение 2021–2025 годов средний показатель роста экономики Японии с поправкой на инфляцию составлял 0,4%. Цель нового плана — достижение и превышение показателя в 1% с перспективой скорейшего роста до 3%.

Представляя план, премьер-министр Санаэ Такаичи заявила, что хочет создать «сильный и эффективный инвестиционный инструмент», который объединит государственные и частные инвестиции для достижения целевых сумм. В то же время можно ожидать, что правительство обеспечит чуть меньше половины этой суммы при условии, что инфляция будет отвечать прогнозам (около 2%). То есть инвестиционный план предусматривает эффективное государственно-частное партнерство, когда компании будут инвестировать в будущее страны практически на равных условиях с правительством.

Основная часть инвестиций в искусственный интеллект и чипы пойдет на полупроводники, которые являются основой физических интеллектуальных систем, а также на вертикальный ИИ, разработанный для конкретных задач или отраслей. Япония подчеркивает именно практические аспекты применения ИИ, а не соревнования за то, у кого он лучше. Эти инвестиции призваны также устранить узкие места в промышленном секторе благодаря преодолению структурного дефицита рабочей силы в стареющей стране. По оценкам плана, инвестиции в полупроводники до 2040 финансового года принесут 443 трлн йен экономического побочного эффекта, в то время как инвестиции в физический ИИ и вертикальный ИИ дадут соответственно 144 трлн и 222 трлн йен (по оптимистическому сценарию). Итак, речь идет не просто об инвестициях, а о тех, что дадут значительный экономический эффект в течение следующего десятилетия.

Этот инвестиционный план — часть долговременных усилий Японии по возрождению чиповой отрасли. По данным Министерства экономики, промышленности и торговли, с момента обнародования новой стратегии еще в 2021 году правительство выделило около 7,2 трлн йен на полупроводники и ИИ. Из этой суммы он направил средства на конкретные проекты, в частности на развитие чиповой компании Rapidus, получившей государственную поддержку на сумму около 2,6 трлн йен. Эксперты считают инвестиционную дорожную карту весомым вкладом Санаэ Такаичи в стратегию экономического роста Японии. Это особенно актуально сейчас, когда технологические изменения и геополитическая напряженность переформатируют экономические приоритеты. Премьер-министр хочет направить инвестиции в отрасли, способные укрепить экономическую безопасность — от устойчивости цепочек поставок до критических технологий, — в то же время повышая долгосрочный потенциал роста страны благодаря поддержке новых отраслей.

Долгосрочные экономические и фискальные прогнозы, которые учитывают стратегию роста Такаичи, делятся на три сценария. В самом оптимальном случае, когда стратегия сработает так, как задумано, соотношение долга к ВВП, по прогнозам, стабильно будет снижаться, даже если государство ежегодно реально будет вкладывать около 10 трлн йен в реализацию плана. По двум другим сценариям — когда технологическая и рыночная неопределенность ослабит влияние стратегии или когда сохранятся текущие тенденции — ожидается, что это соотношение снова начнет расти в 2030-х годах. Все три сценария предусматривают стабилизацию инфляции на нынешнем уровне около 2%.

Правительство Такаичи сместило фискальный фокус в сторону снижения соотношения долга к ВВП, отказавшись от ориентира первичного баланса, определявшего государственную политику более двух десятилетий. Показатель соотношения долга к ВВП обычно легче улучшить в периоды инфляции. Эти прогнозы подчеркивают, насколько сильно фискальные перспективы Японии зависят от успеха программы роста Такаичи. Оценки не учитывают затраты на возможное повышение оборонных расходов или потенциальное снижение налога на потребление. Это свидетельствует о том, что фискальное давление может оказаться сильнее, чем предполагают прогнозы. Существенное повышение затрат на оборону и снижение налога на продукты питания с 8 до 1%, которое будет действовать с 2027 до 2029 года, будет возможно в случае успеха инвестиционной стратегии. Опасения в отношении фискальной стабильности уже привели к росту доходности японских государственных долгосрочных облигаций до самого высокого уровня за несколько десятилетий.

Новое видение политики экономического и фискального управления и реформ подчеркивает переход от предыдущего курса на жесткую экономию, который привел к сокращению инвестиций в будущее, к агрессивным шагам, направленным на стимулирование экономического роста. Но поскольку внешний долг Японии больше чем вдвое превышает размер экономики, фискальное поле Японии ограничено, и обеспокоенность фискальным здоровьем страны имеет под собой основания.

Чтобы обеспечить необходимое финансирование, начиная с 2027 финансового года в государственном бюджете будет действовать специально созданный инвестиционный механизм для развития «сильной и процветающей Японии», в соответствии с которым министерства могут делать бюджетные запросы без верхних ограничений. Запросы будут оценивать во время составления бюджета по нескольким факторам, в частности по тому, обеспечат ли они экономический рост благодаря отдаче от инвестиций. Таким образом, правительство коренным образом изменит порядок составления бюджета. Вместо того, чтобы сохранить традиционную цель достижения позитивного первичного баланса (это означает, что налоги и другие поступления превышают затраты, за исключением затрат на обслуживание долга), правительство будет пытаться «стабильно» уменьшить соотношение долга к ВВП в течение нескольких лет.

Наряду с программой экономического роста, которая для многих экспертов выглядит слишком амбициозной, второе направление изменений государственной политики касается иммиграционной сферы. Согласно данным, опубликованным Министерством внутренних дел и связи, по состоянию на 1 января 2026 года население Японии составляло 119,74 миллиона человек, что на 0,76% меньше, чем в предыдущем году. Уже 17-й год подряд, с момента достижения пика в 2009 году, население Японии сокращается. Впервые за более чем 40 лет его численность составляет меньше 120 миллионов, а средний возраст населения — приблизительно 50 лет. Заменить часть утраченных рабочих рук удается благодаря притоку иностранной рабочей силы, численность которой превысила 4 миллиона, что является рекордным показателем. Приток мигрантов из Индии, Бангладеш, Шри-Ланки, Китая, Вьетнама, Пакистана, Индонезии, Малайзии жестко контролируется. Правительство уже объявило о жестких шагах в отношении нарушителей визового режима (в частности безусловную депортацию), а также о существенном повышении требований к владельцам долгосрочных виз, особенно претендентов на постоянное проживание. Заинтересованность в появлении свободных рабочих рук ничуть не влияет на требование к иностранцам жестко соблюдать законы и обычаи Японии. Правительство вводит государственную систему учебных центров, где иностранцев и членов их семей, включая детей, будут учить основам японского языка, культурным особенностям Японии, правилам поведения в обществе.

Один из примеров — строительство исламской общиной мечети в городке префектуры Сайтама без разрешения местных властей. Рассмотрение этого вопроса привело к решению и соответствующему требованию снести мечеть, несмотря на то, что в ее создании и освящении принимал участие посол одной из исламских стран в Токио. Более того, членам общины категорически запретили публичный пятничный намаз в городском парке, а также погребение умерших по исламскому, а не буддистскому канону, как это принято в Японии. Такие вопросы постоянно обсуждают в СМИ, и мнение как общественности, так и правительства однозначно: в Японии все должны одинаково соблюдать законы и традиции этой страны.

Стоит обратить внимание на то, что после ошеломляющей победы на выборах и формирования второго правительства Санаэ Такаичи в Японии проводятся масштабные реформы во многих сферах, о которых раньше лишь говорили. В первую очередь это касается сферы безопасности и обороны (в Японии не было единой классической службы внешней разведки вроде американского ЦРУ из-за послевоенных конституционных ограничений, но в июле 2026 года правительство создало первую централизованную структуру — Национальное разведывательное бюро и Национальный совет разведки, которые объединяют и координируют работу всех ведомств), экономики (новая инвестиционная программа на 14 лет) и иммиграции. Кроме того, правительство, несмотря на сопротивление общественного мнения, внесло изменения в законодательство, касающееся системы наследования императорского трона, жестко закрепив исключительно «мужскую» линию. Все это вместе свидетельствует, что Япония встала на путь радикальных трансформаций, последствия которых скажутся уже в следующем десятилетии. Есть все основания считать, что оно не будет «потерянным».